
«В моей медицинской практике, равно как и в личной жизни, я часто сталкивался с загадкой любви и никогда не мог ее разрешить. Подобно Иову, руку свою полагаю на уста мои (Иов XXXIX, 34). Здесь заключено самое великое и самое малое, самое далекое и самое близкое, самое высокое и самое низменное. И одно не существует без другого. Мы не в состоянии выразить этот парадокс. Что бы мы ни сказали, мы никогда не скажем всего. А говорить о частностях – значит сказать слишком много или слишком мало, поскольку смысл имеет лишь целое. Любовь «все покрывает, всему верит… все переносит» (1 Кор. XIII, 7). Здесь все сказано. Воистину, мы суть жертвы или средство великой космической «любви». Я беру это слово в кавычки затем, что имею в виду не страсти, предпочтение, желание или благосклонность и прочие подобные вещи, но то, что выше индивидуального, некую целостность, единую и неделимую. Сам будучи частью, человек не в состоянии постигнуть целое. И он собою не располагает. Он может смириться, он может бунтовать, но он всякий раз оказывается в плену этой силы. Он от нее зависит, и он на нее опирается. Любовь – это его свет и его тьма, конца которой нет. «Любовь никогда не перестает» (1 Кор. XIII, 8) – говорит ли он «языками ангельскими», или с научной дотошностью изучает жизнь – от простейшей клетки до основания ее».

Самый известный и самый популярный – 71% от общего потребления – японский сорт. Листья – в отличие от китайской технологии – не обжаривают, а обрабатывают паром, что придает ему тот самый характерный умамный вкус и ярко-зеленый цвет настоя.
А так называют зеленый чай, который готовят по китайской технологии, обжаривая лист. Буквально название переводится как «чай, приготовленный в котелке».
Базовый недорогой японский зеленый чай. Его собирают с тех же кустов, что и сенча, но в самом конце лета, из того, что осталось: грубых крупных листьев, стеблей и веточек.