https://rodina-history.ru/2026/05/26/rekviem-po-dvorianstvu.html
В литературу вернулись романы Болеслава Маркевича, которого современники ставили выше Льва Толстого
После векового отсутствия в русскую литературу вернулся некогда очень популярный беллетрист Болеслав Михайлович Маркевич (1822-1884). Его романами зачитывались такие разные современники, как супруга Александра II Освободителя императрица Мария Александровна, ее сын Александр III, светские дамы, студенты и рядовые посетители публичных библиотек.
С. Голенищева-Кутузова. Вид усадьбы в Новом Селе.
Интереснее "Анны Карениной"?!
24 января 1879 года в письме к своему постоянному корреспонденту, историку литературы и публицисту Петру Карловичу Щебальскому (1810-1886) Маркевич сообщал о фуроре, который произвел первый роман его будущей трилогии: "Я знаю, что "Четверть века" имеет большой успех, что о нем говорят во всех слоях общества, начиная с кабинета императрицы, которой читают его по вечерам, и кончая студенческими кружками..."1.
В высшей степени комплиментарно отзывался о романе мыслитель Константин Николаевич Леонтьев (1831-1891): "...Сюжет, по-моему, гораздо интереснее и даже серьезнее "Анны Карениной", и есть места восхитительные по силе и поэзии... Роман прелестен, и весь Тургенев - одной главы этого романа не стоит!"2
Увы, за небывалым успехом и несомненным сочувствием читающей публики для автора наступила длительная полоса забвения, впервые преодоленная лишь в прошлом году.
В 2025 году в культовой для подлинных библиофилов серии "Литературные памятники" издательство "Наука" выпустило знаменитую в 1870-1880-х годах романную трилогию Маркевича "Четверть века назад", "Перелом", "Бездна". Любители русской классической литературы XIX века получили дорогой - в прямом и переносном смысле этого слова - подарок. (Стоимость трилогии на сайте издательства "Наука" составляет 7 800 рублей, а на "Озоне" достигает 13 448 рублей.)
Маститый санкт-петербургский филолог Владимир Алексеевич Котельников - доктор филологических наук, профессор, главный научный сотрудник Института русской литературы (Пушкинского Дома) Российской Академии наук, подготовил к печати трилогию, снабдив ее 200-страничными приложениями - обширной историко-литературной статьей о жизни и творчестве Маркевича и пространными комментариями, необходимыми для адекватного восприятия "романа с ключом". Положено начало чрезвычайно увлекательной исследовательской работе по выявлению реальных исторических деятелей, послуживших прототипами для тех или иных литературных персонажей трилогии.
Эта занимательная работа, надеюсь, будет продолжена историками.
На "Переломе"
Эпический размах 2300-страничной трилогии впечатляет. Ее хронотоп, то есть художественно освоенное время-пространство, по своему масштабу соизмерим с гениальной толстовской эпопеей "Война и мир" и охватывает временной промежуток с 1850-го по 1879 год. Если по мотивам трилогии Маркевича снять костюмный исторический сериал, сочетающий роскошные наряды, романтические усадебные пейзажи, пышные дворцовые интерьеры, политические и любовные интриги, пленительную атмосферу давно прошедшего времени, - такой телевизионный проект будет обречен на успех.
Действие романа "Четверть века назад" начинается в 1850 году в окрестностях богатого подмосковного имения Сицкое, родового владения нескольких поколений князей Шастуновых, ведущих свой род от самого князя Рюрика. В Сицком есть великолепно обустроенный домашний театр, на сцене которого персонажи первой части трилогии играют трагедию Шекспира "Гамлета". С нескрываемой ностальгией Маркевич мастерски воскрешает жизнь благородного сословия Российской империи накануне Крымской войны.
"В ту эпоху замкнутости и немоты"3, которыми отличались последние годы правления Николая I, дворянство еще не успело разорвать свою кровную связь с золотым веком отечественной культуры. Эмоциональная укорененность в культуре прошлого наиболее отчетливо проявляется в образе княжны Лины Шастуновой. "В ней угадывалось - именно угадывалось - присутствие той высшей культуры ума и сердца, что так мало походит на казовую русскую образованность, на русское воспитание спустя рукава, скользящие по поверхности предметов и явлений и не умеющие сладить ни с каким
Читать далее...
