А теперь ты совсем другая,
и, прости, я тебе не верю,
твоя сказка про Герду с Каем
превратилась в петлю истерик,
где разбитой уставшей куклой
ты с трудом поднимаешь веки,
чтоб найти свое сердце в углях
и соврать про себя коллеге.
Но вот близким труднее врется -
мы читаем глаза как книги:
на обложке сияет солнце,
меж страниц не стихают крики,
темнота пожирает строки,
и всё то, что казалось счастьем,
станет взрывом - таким жестоким,
что тебя разорвет на части.
Ты менялась, росла, стремилась,
угождала, цвела и гасла,
для него становилась милой,
выцветала, чтоб он был счастлив.
Ты сливалась с ним будто тени,
превращаясь во что угодно,
не вставая при нем с коленей,
но считая себя свободной.
Удалила из жизни многих,
ведь мы были тобой вчерашней,
мы лечили твои ожоги,
мы мечтали о чем-то важном,
но твой бог не любил делиться,
ненавидел, когда сияла:
если крылья подрезать птице,
она просит ничтожно мало.
Она будет клевать отбросы
и сновать у подошв владыки...
Для тебя я - твои вопросы,
что звучат тишиной и криком.
Кроме лжи, что течет по нотам,
оба видим, что ты - иная.
Иногда ты гадаешь, кто ты?
Посмотри мне в глаза,
я знаю...
(с) Дикон Шерола (Deacon)

| |