В Армении начала двухтысячных среди промышленников ходил трезвый совет: производить имеет смысл только то, что можно вывезти самолётом. Лекарства, коньяк и др. — всё лёгкое, дорогое, не боящееся горных серпантинов и чужих границ. Через двадцать лет премьер Никол Пашинян объявил, что страна оказывается «в центре мира» и разбогатеет на логистике. Двадцать лет между трезвым советом и громким обещанием — это и есть расстояние между тем, что позволяет география, и тем, что обещает предвыборная риторика. Его и попробуем промерить, прежде чем верить любой из сторон.
География против «центра мира»
Спор об армянской логистике ведётся в двух регистрах, и оба фальшивят. Пашинян рисует образ транзитного Эльдорадо. Им зеркально отвечают провоенные телеграм-каналы и евразийские аналитические площадки в Москве. Их Армения — обречённая жертва, которую горы, безденежье и дрейф к Западу гарантированно вернут в нищету. Рядом охотно ставят «рациональную» Астану против «самоубийственного» Еревана. Обе картинки говорят о чём угодно, только не об Армении: первая обслуживает предвыборный оптимизм, вторая утешает тех, кто переживает утрату российского влияния в регионе.
Начать всё же придётся с географии, потому что она здесь несущая конструкция. Армения — горная страна без выхода к морю, с рельефом, который удорожает любую дорогу и любую колею в разы по сравнению с равниной. Морская логистика для массовых грузов дешевле сухопутной на порядок; страна без порта обречена быть звеном в чужой мультимодальной цепочке, где узлы и объёмы держат те, у кого есть побережье. В этом регионе побережье есть у Турции, Грузии и Ирана, и ни у кого больше.
Читать далее...