
Ольга стояла у калитки и смотрела, как чужая машина выезжает со двора. Пятьдесят тысяч рублей лежали у неё в кармане куртки, аккуратно свёрнутые резинкой, той самой аптечной резинкой, которой Виктор обычно перетягивал пачки наличных, когда возвращался от знакомых поздно вечером и не хотел объяснять, откуда деньги.
– Хорошая сумма за дворнягу, – сказал он, закуривая на крыльце.
– Он не дворняга, у него родословная, – ответила Ольга, не глядя на мужа.
– Какая разница, если он теперь не наш.
Она промолчала. За месяц до этого Виктор трижды приходил домой поздно, пахнущий чужим табаком, один раз с разбитой губой, которую объяснил падением на гололёде, хотя гололёда в тот день не было. Ольга не спрашивала напрямую, потому что боялась ответа больше, чем самой правды.
Читать далее