
Вевер был не только одним из самых значимых французских ювелиров эпохи ар-нуво, но и коллекционером, историком и страстным защитником ювелирного искусства. Одни из самых прекрасных его творений появились благодаря сотрудничеству с художником Эженом Грассе: поэтическое видение последнего идеально гармонировало с талантом Вевера. Вместе они создавали украшения, наполненные символизмом, образами природы и мифическими женскими фигурами, а также воплощали в жизнь одни из самых великолепных эмалевых работ Прекрасной эпохи (Belle Époque).
История на Анри не закончилась. Его сын, Поль Вевер, помог сохранить художественное наследие семьи, не дав этим выдающимся произведениям кануть в Лету.
Дом Vever (Вевер) существует и по сей день, продолжая бережно хранить свое наследие.



1. Тёплый салат со свининой и картофелем
Ингредиенты: свинина 350 г, картофель 400 г, огурцы маринованные 150 г, красный лук 80 г, масло 30 мл, горчица 20 г, сметана 70 г, соль 5 г.
Приготовление: обжарьте мясо и картофель, смешайте с огурцами, луком и сметанно-горчичной заправкой.

В живописи московской художницы Екатерины Чинёновой (1984) особое место занимает любовь к древним русским городам и красоте провинции. Большинство пейзажей создано на пленэрах, а их автор влюблен в искусство всей душой.

Родом Екатерина с Алтая. Окончила детскую "художку" и художественное училище в Новоалтайске. Вопрос выбора профессии перед ней не стоял – она хотела стать профессиональной художницей. В 20 лет уехала покорять Москву, поступила в Академию Ильи Глазунова. Об этом периоде у Екатерины остались яркие воспоминания. Студенты занимались копийной практикой в музеях Москвы и Санкт-Петербурга, ездили на пленэры по историческим городам России и даже за границу.





Я люблю тебя навеки,
А живу с тобою врозь.
Я в часах сдвигаю стрелки,
Чтобы время не сбылось,
Я опять меняю ракурс,
Чтобы виделось ясней.
Подари нам, Боже, август
На каких-то тридцать дней…
Кораблю с дырявым днищем
Снова в доке зимовать.
Я стою почти что нищий –
Что ещё тебе отдать?
Моль почти доела парус,
Время точит якоря.
Подари нам, Боже, август
И немного сентября…
Над моим микрорайоном
Ночь дырявит небеса.
Я прошу за всех влюблённых,
Если нам с тобой нельзя.
Сентябри смыкают веки,
Наши беды не всерьёз.
Я люблю тебя навеки,
А живу с тобою врозь.
Виноградной грозди завязь
Тяжелеет с каждым днём.
Павел Егорович Чехов родился крепостным, а к тридцати с небольшим годам сумел войти в таганрогское купечество. У него была собственная лавка, его избирали на почётные городские должности, а за службу наградили серебряной медалью. Потом торговля рухнула, дом ушёл за долги, и всё пришлось начинать заново — уже в Москве, на месте конторщика в чужом амбаре.
Отец Антона Чехова был человеком способным, трудолюбивым и по-своему художественно одарённым. Он играл на скрипке, руководил церковным хором, немного рисовал и в старости вёл дневник.
При этом в семье Павел Егорович оставался властным хозяином, требовавшим от детей беспрекословного подчинения. Сыновья любили его и заботились о нём, но воспоминания о порках, страхе и бесконечных наставлениях сохранили на всю жизнь.
Каким же был Павел Егорович? Как крепостной мальчик стал купцом второй гильдии? Почему его дело закончилось крахом? И как в одном человеке соединялись любовь к музыке, забота о семье и домашний деспотизм? И откуда появилась история о том, что отец собирался изгнать из юного Антона беса?
Павел Чехов родился в 1825 году в селе Ольховатка Воронежской губернии, в семье крепостного крестьянина Егора Михайловича Чехова. Уже пожилым человеком он записал несколько событий, особенно запомнившихся ему с детства.
В 1831 году в тех местах свирепствовала холера. По словам Павла Егоровича, ему тогда давали пить дёготь. Два года спустя случился неурожай и начался голод:
«Ели лебеду и дубовую кору».
Даже в таких условиях мальчик получил доступное ему образование. В сельской школе Павел учился грамоте, у дьячка — пению по нотам, а приезжий регент-дьякон научил его играть на скрипке. В церковном хоре он пел первым дискантом. Музыка вошла в его жизнь ещё в Ольховатке и впоследствии заняла в ней едва ли не больше места, чем торговля.
В 1840 году Павел учился сахароварению на местном заводе, принадлежавшем Чертковым. Однако главным событием его юности стал следующий год.
Отец, Егор Михайлович, сумел собрать огромную для крепостного крестьянина сумму и выкупил семью на волю. В своей автобиографической хронике Павел Егорович позднее записал:
«…отец откупил всё семейство на волю за 3500 р. ассигнациями, по 700 р. за душу».
Не тверди мне о вечной любви,
Даже звезды на небе не вечны!
Но весь день от зари, до зари
Я мечтаю с тобою о встрече...

Очень милой бывает сирень,
Но цветет только поздней весною...
И от зноя отбрасывать тень
Те кусты нам не станут с тобою.

Ты прими откровенье мое,
Я мечтаю быть рядом с тобою...
Кружит в небе, порой, воронье,
Но недолго мы видим такое.

В этом мире здесь все мимолетно,
Время гасит чудесный закат,
Это время течет однородно,
Но с тобой час короче в сто крат...

Чувства нежные полны коварства,
Образ твой в своем сердце ношу,
От любви не придумать лекарство,
Изменить меня я не прошу...



Если штрудель предполагается на кефире, то, соответственно, тесто для него уже не может быть традиционно вытяжным, но это не помешает нам приготовить его вкусным. На кефире получается прекрасное песочно-рубленое тесто, или быстрое слоеное, как его еще называют. Поэтому не отказывайте себе в радости и готовьте что-то новое для себя и своих родных.


Если надоело готовить курицу привычным способом, советую приготовить "рваную курицу" с сезонными овощами, это очень просто и вкусно.


Еврейские пирожки с картошкой были для меня приятным кулинарным открытием, потому что они необыкновенно вкусные, с хрустящим слоистым тестом, но при этом тесто не слоеное, с понятной домашней начинкой из картошки и жареного лука. К тому же готовятся очень быстро и продукты для таких пирожков найдутся в каждом доме. От души рекомендую попробовать приготовить! Скажу честно, поле первого пирожка я не могла остановиться.


