Остроумный, язвительный сатирик Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826–1889 гг.), автор хрестоматийных романов «История одного города», «Господа Головлевы» и оригинальных сказок о наболевших проблемах России 19 века всю жизнь прожил в браке с дочкой вятского вице-губернатора – Елизаветой Аполлоновной Болтиной.

Долгие 17 лет писатель ждал детей, поэтому когда один за другим на свет появились Костя и Лиза (1873–1927 гг.), он буквально опьянел от счастья. Как сложилась судьба единственной дочери классика?

«Порядочная крикунья» и прилежная ученица

Рождение сына повергло сатирика в состояние эйфории. Он был чрезвычайно рад и девочке, которая получила имя в честь матери, но его восторг был более сдержанным.

«Ее рождение уже не было встречено моим отцом с той же экзальтацией, хотя и оно доставило ему радость», – вспоминал Константин в своей книге «Интимный Щедрин».

Прошло совсем немного времени, и счастливый сатирик в письме к матери докладывал, что «маленькая Лиза начала улыбаться» и что «она порядочная крикунья».

Гости писателя обращали внимание, что его дети были балованными. Михаил Евграфович даже отдал им свой кабинет, а сам переместился в гостиную, «где ему все мешают», – сообщала Елизавета Аполлоновна. По словам счастливой матери, девочка была «маленькой и черненькой».

Родители не жалели денег на сладости и игрушки детям, ни в чем им не отказывали.

Портативный граммофон, в народе часто зовущийся патефоном, с эмблемой His Master’s Voice (HMV) — один из самых узнаваемых артефактов эпохи механической звукозаписи. Это не просто старинный бытовой прибор, а целая история: история ранней звукозаписи, культуры домашнего прослушивания и фирменной символики, которая умеет рассказывать сильнее сухих технических описаний.

В начале XX века грамзапись превратила музыку из мероприятия, требующего живого исполнения в театре или салоне, в личный опыт, который можно было повторять дома в любое удобное время. Первые аппараты с наружным рупором были эффектны и громоздки; затем появились «чемоданные» переносные аппараты с внутренним резонатором — именно они сделали прослушивание пластинок повседневной привычкой. Портативный патефон позволял закрыть устройство, перенести его, поставить на стол, взять на дачу или слушать в разных комнатах; в закрытом виде он выглядел как небольшой чемодан, а в открытом — становился полнофункциональным проигрывателем.

His Master’s Voice — бренд с богатой историей: фирма объединяла производство аппаратов, выпуск грампластинок и продвижение исполнителей, поэтому покупатель получал не только прибор, но и доступ в целый мир грамзаписи. Главный визуальный символ компании — изображение собаки Ниппера, внимательно слушающей граммофон — возник в конце XIX века и быстро стал одним из самых сильных и понятных образов в истории звукозаписи.

В современном городском ритме маленькие собаки стали настоящим спасением для любителей животных. Они не занимают много места в квартире, их легко взять с собой в путешествие, кафе или на шопинг, а их очаровательная внешность способна растопить любое сердце.

Но какие породы официально признаны самыми крошечными на планете? Представляем вам актуальный рейтинг пушистых «дюймовочек», чей вес порой не превышает веса стандартного пакета молока.

1. Чихуахуа — бессменный лидер мировых рейтингов

• Вес: от 0,5 до 3 кг
• Рост: 15–23 см

Чихуахуа — официально самая маленькая порода собак на планете. Именно представители этой мексиканской породы чаще всего попадают в Книгу рекордов Гиннесса. Например, чихуахуа по кличке Перл в 2023 году была признана самой маленькой живущей собакой в мире — её рост составлял всего 9,14 см, а вес — чуть более 500 граммов!

В чем секрет породы: Несмотря на свои игрушечные размеры, чихуахуа обладают характером настоящего льва. Они невероятно преданны хозяину, бесстрашны, обладают отличным слухом и всегда готовы встать на защиту своего человека. Это собака с огромным сердцем и ярко выраженной индивидуальностью.

2. Йоркширский терьер (мини) — гламур и отвага

• Вес: от 1,5 до 2,5 кг (для мини-разновидностей)
• Рост: 17–20 см

Стандартные йорки весят до 3,2 кг, но огромной популярностью пользуются именно их миниатюрные собратья. Изначально эту породу выводили в Англии вовсе не для светских раутов, а для борьбы с крысами на шахтах и ткацких фабриках.

Был он невелик ростом, кудряв, с лукавыми зеленоватыми глазами вечного мальчишки. Сын бедного витебского грузчика, что таскал бочки с селёдкой у местного торговца, Марк Шагал всю жизнь рисовал одно и то же: летающих людей, влюблённых в небе, скрипачей на крышах да свой нищий, милый сердцу Витебск.

А ещё её, Беллу. Без неё он не умел ни жить, ни писать. Вырос он в большой и бедной семье, в тесном еврейском местечке, где пахло селёдкой, ладаном синагоги да печным дымом, где по субботам зажигали свечи, а по будням считали каждую копейку, – и весь этот скудный, тёплый, обречённый мир он потом всю жизнь бережно переносил на свои холсты…

Познакомились они летом 1909 года в Витебске и были друг другу совсем не пара. Он – нищий художник, сын грузчика, малевавший какие-то непонятные картинки, над которыми посмеивался весь город. Она – Белла Розенфельд, дочь богатейшего витебского ювелира, барышня тонкая, образованная, учившаяся в самой Москве. Меж ними лежала пропасть (та самая, денежная, что испокон веку разделяет богатых и бедных). Родня Беллы только руками всплеснула.

– Он же голодранец, нищий! Никогда ему не заработать на хлеб, – убивались родители. – Пропадёшь ты с ним, доченька, ни за грош пропадёшь!

Да только Белла их не послушала. Бывает ведь любовь, что сильнее всех денег на свете… Сказывали, в первую же встречу что-то меж ними вспыхнуло – тихо и навсегда, как зажигается лампада: она разглядела в нелепом, нищем мечтателе будущего гения, а он в ней – ту единственную, что станет его судьбой, его небом, его второю душою.