Мы меняемся внешне. И совершенно не похожи на самих себя; на тех, кем мы были. Внешне мы разительно изменились с того момента, как появились на свет. Но это нормально. Естественно. Главное, не измениться внутренне. Не потерять главное, что у нас было при рождении.
Если вам подарят ложку сахара или жестяную банку с сухим молоком, вы вряд ли обрадуетесь. Мягко говоря. И уж точно не испытаете глубокую благодарность. Может, обидитесь даже в глубине души.
Говорить о его доброте можно долго. Это Писсарро убедил арт-дилера Амбруаза Воллара присмотреться к работам Сезанна, что стало началом запоздалого признания «отшельника из Экса». Это он добился, чтобы в экспозицию последней выставки импрессионистов включили работы почти неизвестных Сера и Синьяка, чьей живописью сам не на шутку увлекся и даже временно перешел в пуантилизм. Это он стал учителем Гогена, помог ему раскрыть свой дар и сыграл очень большую роль в том, что биржевой маклер решил с головой уйти в искусство. Это он поддерживал приехавшего в Париж Ван Гога и говорил о нем своим друзьям.
