Русская прима-балерина, которую сравнивали с великой Анной Павловой.

Спесивцеву называли гениальной, сравнивали с Анной Павловой, обсуждали ее многочисленные романы, подозревали в шпионаже и связи с большевиками и просто боготворили, а потом она на два десятилетия оказалась запертой в психиатрической больнице в США.

Когда нацисты пришли к власти, Зигмунд Фрейд был стар и тяжело болел. В Гестапо знаменитого еврея планомерно лишали последних сил и средств. Его работы сжигали на глазах у изумленной публики, а сестер профессора сгубили в концлагере. Он потерял дом, работу, библиотеку и мог расстаться с жизнью. Первые мировые лидеры просили за Фрейда, и после очередных переговоров Геббельс заявил, что хочет за дряхлого еврея пару замков родственницы Наполеона. В противном случае, по легенде, нацист пообещал сделать из маэстро абажур на память. Какое решение приняла принцесса Бонапарт и почему она вступилась за профессора психоанализа?

[700x697]
Когда мне встречается в людях дурное,
То долгое время я верить стараюсь,
Что это, скорее всего, напускное,
Что это случайность. И я ошибаюсь.

И, мыслям подобным ища подтвержденья,
Стремлюсь я поверить, забыв про укор,
Что лжец, может, просто большой фантазер,
А хам, он, наверно, такой от смущенья.

Что сплетник, шагнувший ко мне на порог,
Возможно, по глупости разболтался,
А друг, что однажды в беде не помог,
Не предал, а просто тогда растерялся.

Я вовсе не прячусь от бед под крыло,
Иными тут мерками следует мерить.
Ужасно не хочется верить во зло,
И в подлость ужасно не хочется верить!

Поэтому, встретив нечестных и злых,
Нередко стараешься волей-неволей
В душе своей словно бы выправить их
И попросту «отредактировать», что ли!

Но факты и время отнюдь не пустяк.
И сколько порой ни насилуешь душу,
А гниль все равно невозможно никак
Ни спрятать, ни скрыть, как ослиные уши.

Ведь злого, признаться, мне в жизни моей
Не так уж и мало встречать доводилось.
И сколько хороших надежд поразбилось,
И сколько вот так потерял я друзей!

И все же, и все же я верить не брошу,
Что надо в начале любого пути
С хорошей, с хорошей и только с хорошей,
С доверчивой меркою к людям идти!

Пусть будут ошибки (такое не просто),
Но как же ты будешь безудержно рад,
Когда эта мерка придется по росту
Тому, с кем ты станешь богаче стократ!

Пусть циники жалко бормочут, как дети,
Что, дескать, непрочная штука – сердца…
Не верю! Живут, существуют на свете
И дружба навек, и любовь до конца!

И сердце твердит мне: ищи же и действуй.
Но только одно не забудь наперед:
Ты сам своей мерке большой соответствуй,
И все остальное, увидишь, – придет!

Эдуард Асадов
[301x77]

1. Κypицa +  гpибы +  cыp

 Oтвapнoe или oбжapeннoe κypинoe филe

Настроение сейчас - gloomy

[И вперед дороги нет, нет назад пути]

После очередного выматывающего сна о прошлом сижу, ору песни и чувствую себя весьма странно. В принципе, до этого года я не занималась такой деятельностью, как переосмысление своих действий (как ни парадоксально для тревожника). А также, что тоже очень странно, я ведь никогда не задавалась вопросом "а что я ЧУВСТВУЮ?" Т.е., например, в отношениях я тупо плыла по течению, зачастую вела себя как эгоистичная сволочь, не особо проявляла любовь и отбивалась от чувств, предложенных мне. Я не могла понять, что мне вообще нужно, зачем и почему. В итоге и портила жизнь хорошим людям (ладно, такой был один, с двумя другими мне повезло гораздо меньше), и просирала свою жизнь. И, на самом деле, хоть такое поведение и было отвратительным, я, блин, начинаю понимать, зачем был нужен такой защитный механизм, потому что сейчас я начала что-то чувствовать и осознавать, и оно мне нихрена не нравится. Типа это как понять, что ты все-таки любил родителей, когда они уже умерли и метаться поздно.

Сегодня я проснулась с мыслью, что на новом компьютере у меня информация только за последние 5 лет, а я безумно хочу найти мои старые фотки, что-то из институтских времен, которые я всегда вспоминаю со странной нежностью, фотки из поездок, где мы офигенно проводили время, в конце-концов из бытовых, но прикольных, будней. Вытащила хард из старого компа, смотрю на него и боюсь коннектить, а то вдруг за выслугой лет он отъебнет и информация сотрется.

Отдельно ору от мысли, что я не хочу вообще ни о чем таком думать, я теперь могу просто расслабиться и жить в удовольствие, - найду сейчас работу (предложения потихоньку появляются, надеюсь через неделю уже выйду), буду учиться и кататься, что мне еще нужно для счастья? Но, как назло, даже подруга хитро ржет и предлагает мне позвонить бывшему, о котором я "слишком много и хорошо говорю". А нафига? Он там уже полюбому живет свою лучшую жизнь, женился на ком-нибудь нормальном и завел детей. Не могу не заметить, что я хоть эту мысль сразу и отринула за абсурдностью, но ее упование "зато не будешь жалеть,  если попытаешься" что-то внутри зацепило, лол.

В целом, я углубляться в это определенно не хочу, а то внушу себе какую-нибудь ерунду. Лучше вообще не работать с этими вот вероятностями, особенно, когда тут замешаны длительные отношения и счастье другого человека. Без своего я как-нибудь обойдусь, все равно жизнь выйдет насыщенная и, возможно, в конце я даже ни о чем не пожалею :D

Несу какую-то дичь и не стесняюсь.

Люблю вот лирушку как раз за то, что про нее не знает никто из моего окружения, и я могу бессовестно сливать такую херь из глубины души, о которой в реальности и заикнуться стыдно) Все равно с реальностью никогда не пересекутся, так какая разница