А потом будешь чуть мудрее и спокойно воспримешь раны:
если больно, то, значит, живы, и сдаваться, бесспорно, рано.
И сегодняшний дождь по лужам - просто песня вчерашних мыслей,
где по крышам крадется осень, поджигая листву и числа.
В темноте, что приносит вечер, фонари не заменят звезды,
но рассвет непременно вспыхнет, хоть дождаться не так уж просто.
Не всегда все мечты доступны, и не всем им удастся сбыться,
Но и сам, если хочешь книгу, напиши хоть одну страницу.
Ты не будешь всегда прекрасен в отражении глаз прохожих.
Это зеркало так опасно, что словами течет под кожу,
Оседает в глубинах сердца: "Ты уродлив", "Ты глуп", "Ты серый",
Но для них ты всего лишь скука... или зависть... Но ты им веришь.
Для кого-то - осколок чашки, непонятно откуда взятый,
просто рядом лежал с сервизом, что давно никому не надо.
Отнести бы скорей на свалку, ведь и так не хватает полок.
А кому-то бриллиант не нужен, лишь бы в целости был осколок...
А потом будешь чуть мудрее и научишься видеть счастье.
Собирать его шаг за шагом, словно бисер вокруг запястья,
находить его в куче хлама словно золото в грязной миске,
составлять из побед и кофе, из дождей и звонков от близких..
(с) Дикон Шерола (Deacon)
[560x700]
Мой плен, моё спасение. Колючий полусвет.
Я шёл, не балансируя, по лезвию ножа.
Смешался ветер северный, съедающий твой след,
Со звоном одиночества на грани миража.
Рассыпался, разрезался, измазался золой,
Забился в ожидании, завыл и замолчал.
Ах, только б безболезнено исполниться тобой
И воспринять как данное изменчивость начал.
Откуда предан? Ведомо тебе. Я жду шагов.
Я не воскресну — жертвами докажешь ничего.
Бесчисленными бедами, волнующими кровь,
Приходит сумасшествие, как будто божество.
Сырые доски, вороны, колонны, горький дым.
За слоем одиночества — святая бирюза.
Мы были переломаны для большей пустоты.
Достань своё оружие —
Закрой свои глаза.
© Злата Маркина
[390x700]
Когда я вырасту, всё будет хорошо.
И будут путешествия по миру,
И будет доберман, такой большой!..
Я лично буду знать своих кумиров,
Схожу на все концерты лучших групп,
Уеду к морю жить, смеяться буду,
И трогать пальм шершавую кору,
И есть всегда из праздничной посуды. Читать далее
© Злата Маркина
Пудреница с эмалевой миниатюрой "Иван-Царевич на сером волке" (по картине В. Васнецова).
Серебро. Мастер Федор Рюкерт. Фирма Фаберже.
Техника: Чеканка, Живописная эмаль, Золочение, Токарно-давильные работы, Эмаль по скани, Амальгама.
Дата - 1908-1917 г.
Скульптор Fulgencio Garcia.
СССР, 1973 г.
Ленинградский фарфоровый завод им. М. В. Ломоносова
фарфор
Владимир Донатович Орловский (1842-1914)
"Хлеба зреют", 1870 г. Холст, масло. Частное собрание
Секрет необычного внешнего вида пушистых коров кроется в профессиональном уходе.
Знаменитые снимки этих животных зародились на ферме в американском штате Айова. В 2013 году фото призера по кличке Техасский Торнадо стало вирусным. Миллионы людей решили, что открыли новую породу, но этот облик создается многочасовым грумингом, а не генетикой.
Скот моют особыми шампунями, обрабатывают кондиционером, сушат феном и стригут для придания объема. Перед крупными соревнованиями такой уход за шерстью повторяют ежедневно. Салонные процедуры для коров являются давней выставочной традицией.
Король Туле (Фульский король)
Пьер Жан ван дер Аудера (Van der Ouderaa, 1841 - 1915, Антверпен, Бельгия).
С 15 лет учился в Королевской академии изящных искусств в Антверпене, затем преподавал в Академии, совершил путешествие в Палестину. Картины художника хранятся в музеях Антверпена и Брюсселя.
Песнь любви
Что с тобою стало? Что с тобою? Что?
Тишина скандалов да пустая ложь.
Нервы на пределе. Мы опять молчим.
Закрываешь двери, отдаёшь ключи.
Едешь в невесомость, сжав себя в комок,
Город беспризорен, пуст и одинок.
Пальцы снова мёрзнут, голова трещит.
На улыбку звёзды сыплются с морщин.
Полоса дороги уплывает в даль.
Жаль ли мне кого-то? Никого не жаль.
Ни волшебных песен, ни тепла души.
Я до бреда весел. Для чего я жил?
Для кого старался счастье уберечь?
Клялся и не клялся, возлагая меч
К обелиску правды, только рухнул он.
Люди нам не рады, нам не рад никто.
Скоро всё исчезнет, я уйду в закат.
Виноват ли вечер?
Нет, не виноват.
Нам достались страсти, пара песен в долг
Да о нашем счастье мирный некролог.
© Злата Маркина
[466x700]
8 Советов как получать резкие портретные фото. Урок по фотографии
Ваши портреты недостаточно резкие или вовсе размытые? Вы не одиноки. Сделать четкие, кристально резкие портреты бывает непросто — если только вы не используете правильный подход:) Именно об этом я расскажу в данном уроке по фотографии: вот восемь лучших советов, техник и секретов, которые помогут вам получать максимально резкие портретные фотографии.
Вы узнаете:
- как подобрать оптимальную выдержку, чтобы избежать смаза от движения;
- куда нужно фокусироваться, чтобы получить идеальный результат;
- как выбрать лучшую диафрагму для портретов;
- и многое другое!
Так что прочитайте эту статью внимательно. Следуйте этим рекомендациям. Немного практики — и вы очень скоро заметите серьезные улучшения!
1. Используйте правильную выдержку, чтобы «заморозить» движение
Мягкие портреты часто возникают из-за двух связанных проблем:
- движения модели;
- дрожания камеры (camera shake).
Если в кадре есть движущийся объект (например, человек, подпрыгивающий в воздух), то движение может быть слишком быстрым для камеры, и в итоге вы получите смаз от движения (размытие в движении). А если ваши руки дрожат — пусть даже совсем немного! — то вы рискуете получить смаз из-за дрожания камеры.
К счастью, у этих двух проблем есть одно простое решение: используйте короткую выдержку.
Чем быстрее выдержка, тем легче «заморозить» движение — будь то движение объекта или камеры.
Но как определить оптимальную выдержку для вашей ситуации? Единого рецепта не существует, и часто приходится экспериментировать с настройками, пока не получите идеальный результат.
закончился стих, ограничившись точкой.
я слышу звонок, но звонок без ответа.
а в голове повторяются строчки:
будь моим морем.
будь моим летом.
© Злата Маркина
[393x700]
"Рыцарем красоты" называли современники Василия Поленова. Его полотна ценят за удивительно светлые краски, тургеневскую романтику старинных усадеб и глубокую веру в человека.
Государственная Третьяковская галерея
Мартин Барра потратила десятилетия, чтобы заслужить право создавать такие снимки.
Теперь, в возрасте 93 лет, эта франко-американская фотохудожница наконец получает международное признание — то, которого, по мнению многих, она была достойна уже давно. Масштабная ретроспектива на фестивале фотографии «Ранконтр д’Арль» (Rencontres d’Arles) посвящена более чем пятидесяти годам ее работы, запечатлевшей жизнь Гарлема, Южного Бронкса и Парижа.
Фотографии Барра уникальны не просто своей красотой.
Их ценность — в доверии, которое стоит за ними.
|
Сюжет вырос из пушкинской «Сказки о царе Салтане». Художник изобразил мгновение, когда царевна ещё не рассталась с обликом белой птицы, но уже становится человеком. Это переходное состояние Врубеля всегда привлекало больше, чем завершённое действие. Даже белые перья у него вовсе не белые. В них переливаются жемчужные, розовые, голубоватые и сиреневые оттенки, благодаря которым крылья словно светятся изнутри.
Меня, да наверное и каждого зрителя, пленяет взгляд Царевны. Он одновременно спокойный и тревожный, будто героиня знает гораздо больше, чем может рассказать. Такой взгляд появился в работах Врубеля ещё задолго до этой картины, когда он расписывал Кирилловскую церковь в Киеве и создавал образы святых. Если будет интереснго, найдите его работу «Богоматерь с младенцем» - кажется, именно оттуда в «Царевну-Лебедь» пришла эта почти неземная глубина глаз.
При этом Врубель оставался блестящим академическим художником. Достаточно посмотреть, как написана прозрачная ткань, окутывающая фигуру, или как вспыхивают драгоценные камни в кокошнике. Центральный камень сразу напоминает пушкинские строки: «Месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит». Художник не иллюстрирует сказку буквально, а будто вплетает её в собственный художественный язык.
Есть ещё одна деталь, которая делает эту работу особенно личной. Перед нами не просто сказочная героиня, а портрет жены художника - певицы Надежды Забелы. Именно она исполняла роль Царевны-Лебедь в опере Николая Римского-Корсакова. Врубель оформлял спектакль, создавая декорации, и море, небо, и сказочный город, который виден вдали на картине, родились сначала именно на театральной сцене.
Наверное, поэтому полотно так напоминает театральное действие. Всё происходит в сумерках - времени, которое художник особенно любил. Он считал, что именно на границе дня и ночи происходят самые удивительные превращения. И правда, кажется, ещё одно мгновение - и героиня взмахнёт крыльями или окончательно станет человеком.
Кстати, костюм для спектакля Врубель тоже придумал сам. Это была сложная конструкция из металлического каркаса, покрытого шёлком, перьями и сверкающими украшениями. Носить её оказалось невероятно трудно, но зрители этого даже не замечали. Надежда Забела свободно двигалась по сцене, пела, и образ действительно казался сказочным. Сам художник приходил в театр за несколько часов до начала спектакля, чтобы помочь жене подготовиться к выходу. Не знаю почему, но этот факт всегда вызывает у меня улыбку. Очень трогательная история.
Работу над «Царевной-Лебедь» Михаил Врубель завершил весной 1900 года. Почти сразу её приобрёл известный коллекционер Михаил Морозов. В том же году в Москве состоялась премьера оперы «Сказка о царе Салтане», имевшая огромный успех. После спектакля Надежда Забела писала сестре, что декорации мужа произвели сильное впечатление даже на его самых строгих критиков. Многие признавали, что Врубель сумел сказать новое слово в театральном оформлении, хотя вся работа была выполнена всего за две с половиной недели.
В 1917 году, согласно завещанию Михаила Морозова, картина поступила в Третьяковскую галерею, где находится и сегодня
ТИАРА, КОТОРАЯ НЕ УКРАШАЕТ — ОНА НАКРЫВАЕТ ВОЛНОЙ 
Есть украшения, которые спустя сто лет выглядят музейной редкостью. А есть те, что и сегодня кажутся дерзкими и почти авангардными. Именно такая Wave Tiara — «Тиара Волна», созданная домом Boucheron в 1910 году.
НЕ ОРНАМЕНТ, А ЖИВАЯ СТИХИЯ
В этой тиаре нет привычной строгой симметрии. Волны поднимаются одна за другой, изгибаются и рассыпаются сверкающей пеной.
Бриллианты разного размера передают глубину и движение воды, а просветы между ними становятся частью рисунка — создают ощущение воздуха и летящих брызг 
Для начала XX века это было по-настоящему смелое решение. Пока другие тиары украшали цветами, гирляндами, лавровыми листьями и пальметтами, Boucheron превратил драгоценность в скульптуру движения.
ВОЛНА ХОКУСАЯ В БРИЛЛИАНТАХ
Источником вдохновения стала знаменитая гравюра Кацусики Хокусая «Большая волна в Канагаве».
В конце XIX — начале XX века Европу захватил японизм. Художников и ювелиров восхищали асимметрия, необычные ракурсы, внимание к природе и умение поймать одно короткое мгновение.
Мастера Boucheron не стали буквально копировать гравюру. Они словно остановили волну за секунду до того, как она обрушится, — и перевели её энергию на язык бриллиантов. Сам дом Boucheron сегодня подтверждает, что тиара 1910 года была вдохновлена работой Хокусая.
КТО СОЗДАЛ «ВОЛНУ»?
Изготовление тиары связывают с французским мастером-ювелиром Куло — Coulot, работавшим для дома Boucheron. Его имя указывается в публикациях как имя мастера, воплотившего этот необычный замысел.
Но здесь важно разделить роли: Куло считается автором исполнения, а сама тиара была создана для Boucheron. Имя художника,