[256x400]И силлогизм: первое – он никогда не видел ничего подобного; второе – ни о чем подобном никогда не писал домой. Вывод: домой об этом писать не стоит…
***
Розенкранц. Ужасно, если мы опоздали.
Небольшая пауза.
Гильденстерн. Опоздали – куда?
Розенкранц. Откуда я знаю? Мы же еще не там.
***
Розенкранц. То есть я имею в виду – что именно вы делаете?
Актер. Обычные вещи, сэр, только наизнанку. Представляем на сцене то, что происходит вне ее. В чем есть некий род единства – если смотреть на всякий выход как на вход куда-то.
***
Слушай, бывало с тобой когда-нибудь – внезапно – без всякого повода – идиотское ощущение, что не знаешь, как пишется «жена» – или «дом», – хотя сто раз писал эти слова – но ощущение такое, будто никогда не видел букв, стоящих в таком порядке?
***
Единственный вход: рождение, единственный выход – смерть. Какие тебе еще ориентиры?
more...
[238x400]Метод этот настолько замечателен, что в девятнадцатом веке не нашлось ни одного человека, который применил бы его.
***
Красота газетной публикации отнюдь не целиком заключена в статье; оторванная от умов, в которых она находит свое завершение, она представляет собой лишь разбитую Венеру. И поскольку окончательную форму придает ей толпа (пусть даже элитарная), форма эта всегда слегка вульгарна.
***
Несложно проделать путь бегом, если перед тем, как пуститься в него, выбросить все сокровища, которыми тебя снабдили. Вот только скорость, с которой преодолевается путь, никого не интересует, коль скоро к концу его приходишь с пустыми руками.
***
Просто человек, уживающийся в одной телесной оболочке с гением, имеет с ним мало общего; близким раскрывается лишь человеческая сущность гения, и потому бессмысленно, подобно Сент-Бёву, судить о поэте по его человеческим качествам или по отзывам друзей. Что до самого человека, он – всего лишь человек и может даже не подозревать, каковы намерения живущего в нем поэта.
***
Вульгарность его чувств была настолько велика, что всей его жизни ему не хватило, чтобы преодолеть ее.
more...
[271x400]Кто только не являлся работать в «Ньюс»: все типы – от диких молодых экстремистов, страстно желавших порвать мир напополам и начать всё заново, до старых усталых ханыг с пивными брюшками, которым только и хотелось, что пожить в блаженном покое, прежде чем упомянутая банда психов порвет мир напополам.
***
Пока пальмы проскакивали мимо, а огромное солнце выжигало дорогу впереди, во мне вспыхнуло что-то такое, чего я не ощущал со времени моих первых месяцев о Европе, – смесь неведения и отвязанности – самоуверенность типа «а фиг с ним», что обретает человек, когда ветер дует в спину и он по четкой прямой начинает двигаться к неведомому горизонту.
***
Мы пожали друг другу руки, У Сандерсона была крепкая, отработанная хватка, и у меня возникло чувство, что когда-то в молодости его убедили мерить мужчину по силе рукопожатия.
***
– Моему агенту нужны кое-какие снимки из казино. Не так легко их заполучить.
– Почему? – спросил я.
– Нелегальщина, – объяснил Сала. – Когда я только-только сюда приехал, меня застукали за фотографированием в «Карибе». Пришлось с комиссаром Роганом повидаться. – Он рассмеялся. – Он спросил меня, каково бы мне было, если бы я сфотографировал какого-нибудь несчастного ублюдка у рулетки и этот снимок появился бы в газете его родного городка аккурат перед тем, как он захотел бы взять ссуду в банке. – Он снова рассмеялся. – Я ответил, что мне было бы глубоко плевать. Я, черт возьми, фотограф, а не работник сферы социальных проблем.
***
Здесь народу в казино было больше, но атмосфера висела все та же – ощущение какого-то тупого неистовства. Примерно так чувствует себя человек, принимающий стимулятор, когда все, что ему на самом деле хочется, – просто поспать.
more...
[273x400]Дарами, девы, волен я бессмертных чтить;
но их дары мне неугодны. Чужды мы.
***
Я зеркалом
сиял недвижным, и в меня гляделся мир
(но зеркалом моим был мир воистину).
***
Тантал
Гостиного для дружества, — отцу скажи, —
что взалчет сам, то в дар возьмет от Тантала.
Гермес
Надменный, страшно одарять богов! Им дар
угоден чистый; и одно потребно им, —
что жизни тук и сердце и живая кровь.
«Возьми мое», ты скажешь: взалчет бог — тебя.
***
Тантал
Все бери, что длань вместит.
Бротеас
Вместит!... Но если, что возьму, то прах
в моей руке? и до чего притронусь, — тлен?
Поят все чаши желчью жажду смертного.
***
Сын, две Мойры держат ключ
рожденья (он же — смерти): и одна из двух —
во преисподней; и другая — в нас самих.
more...
[263x400]Since being dead--since achieving this state of bonelessness, liplessness, breastlessness--I've learned some things I would rather not know, as one does when listening at windows or opening other people's letters. You think you'd like to read minds? Think again.
***
I kept my mouth shut; or, if I opened it, I sang his praises. I didn't contradict, I didn't ask awkward questions, I didn't dig deep. I wanted happy endings in those days, and happy endings are best achieved by keeping the right doors locked and going to sleep during the rampages.
***
Where shall I begin? There are only two choices: at the beginning or not at the beginning. The real beginning would be the beginning of the world, after which one thing has led to another; but since there are differences of opinion about that, I'll begin with my own birth.
***
I was a kind girl--kinder than Helen, or so I thought. I knew I would have to have something to offer instead of beauty. I was clever, everyone said so in fact they said it so much that I found it discouraging--but cleverness is a quality a man likes to have in his wife as long as she is some distance away from him. Up close, he'll take kindness any day of the week, if there's nothing more alluring to be had.
***
The gods wanted meat as much as we did, but all they ever got from us was the bones and fat, thanks to a bit of rudimentary sleight of hand by Prometheus: only an idiot would have been deceived by a bag of bad cow parts disguised as good ones, and Zeus was deceived; which goes to show that the gods were not always as intelligent as they wanted us to believe.
more...
[218x336]Однажды Бог создал губы Джун Райл. И именно тогда ему на ум внезапно пришла мысль о грехе.
***
Время от времени мистер Райл возвращался. Как правило, это случалось спустя некоторое время после того, как он уезжал. Что свидетельствует о внутренней, психологической и, можно сказать, моральной дисциплине этого человека. По-своему мистер Райл любил точность.
Гораздо труднее было понять, почему он время от времени уезжал.
***
Такова судьба: она могла бы плести нить нашей жизни тихо и незаметно, а вместо этого она поджигает на своем пути, там и тут, отдельные мгновения, выбирая их из тысячи других мгновений нашей жизни. Ночью, когда вы предаетесь воспоминаниям, они горят ярким светом, отмечая вехами ход вашей судьбы. Эти одинокие огни горят так ярко, что иногда высвечивают хоть какие-то причины произошедшего в вашей жизни.
***
Она просто тихо заплакала, и ничто не изменилось в ее лице; она плакала так, как умеют немногие, – одними лишь глазами, подобно тому, как сосуд, до краев наполненный грустью, стоит безучастно до тех пор, пока одна лишь капля не переполнит его и не перетечет через край, а за ней следует тысяча других, а он стоит, бесстрастный, и по краям его стекают слезы обиды.
***
Когда раздается этот звон, кажется, будто удары колокола разрезают ночь на части, а время – это острый клинок, рассекающий на части вечность, – о, хирургия часов, – и каждую минуту оно наносит рану, чтобы самому спастись, а эти удары колокола цепляются за время, так оно и есть, потому что время отсчитывает усилия жизни, состоящей в том, чтобы считать минуту за минутой, именно это и значит – спасаться, – так оно и есть, правда, и трансцендентная узаконенность любого часового механизма, и мучительная сладость всякого колокольного звона осязаемо связаны со временем, для того только, чтобы установить некий порядок в постоянном электризующем крахе до и после каждого удара, – связаны диким страхом, истеричным педантизмом и нечеловеческой силой.
more...
можно сколько угодно не любить бжд за их "пафосный" томный взгляд, массовость и бездушие, но скульпты и конструкции у них порой выходят потрясные.
[показать]