Нет ни одного логичного объяснения этой до смешного абсурдной ситуации: последний мой пост был в 2015, а сегодня я решила внезапно вспомнить пароль (и вспомнила же!) и предаться какой-то светлой ностальгии.
700+ читателей. Интересно, хотя бы парочка жива?
14000+ комментариев (моих)
Симпатии-антипатии
Читаю какие-то древние сохраненки, а кое-что до сих пор в сердечке.
Долгое, долгое время моим эпиграфом на дневниках стояли последние фразы произведения Али Кудряшовой:
«Господи, кто бы понял, как я устала,
Господи, кто бы понял, как я боюсь.»
И хочется обнять себя ту, из прошлого, и сказать: девочка моя, ни один из твоих страхов не случится. Так сейчас нужно. И все будет хорошо.
Помню это четкое ощущение, смешанное с каким-то невероятным внутренним удивлением, когда в один момент я перечитала эти строчки и мысленно сказала «это больше не про меня».
И надеюсь, что не про вас. Потому что никто не должен себя так чувствовать.
Я живу свою очень взрослую жизнь (и не заметила как выросла), все как у всех, наверное, но даже в этой рутине стараюсь замечать всё то прекрасное, что меня окружает.
Счастлива ли я? Определенно да.
Эта удивительная жизнь мне так сильно нравится.
(с) Джек-с-Фонарём
в двадцать не жизнь, а сплошные схемы: куча намёток и чертежей. вот ты плетешься домой со смены - вырастешь в Джеймса, пока что Джей. куртка, наушник с плохим контактом, рваные кеды, огонь в глазах - осень на два отбивает такты и залезает к тебе в рюкзак. кончилось лето - волшебный бисер, туго сплети, сбереги навек, память ступает проворной рысью, ждёт темноты в городской траве. вроде не то чтобы зол и загнан — нервые стальные, пока щадят...
но накрывает всегда внезапно — бомбой на скверах и площадях.
мы научились различным трюкам - так, что не снилось и циркачам. стерпим уход и врага и друга, небо попрём на своих плечах. если ты сильный, пока ты молод - что тебе горе и нищета?
только когда настигает холод - Бог упаси не иметь щита. это в кино всё легко и колко - помощь друзей, волшебство, гроза... здесь на окне ледяная корка, и у метели твои глаза. если бесцветно, темно и страшно, выход не виден и за версту...
...те, кто однажды вступил на стражу, будут стоять на своем посту.
***
старый трамвай тормозит со стоном, ярко искрятся во тьме рога. сумку хватай и беги из дома, кто будет вправе тебя ругать? мысли по ветру - легко и быстро, будто вовек не прибавят лет... значит, шли к чёрту своих Магистров, быстро садись и бери билет. небо - чужое, свои кумиры, кружит волшебной каймою стих... даже пусть где-то ты центр Мира - сможет ли это тебя спасти? в Ехо дела не бывают плохи, беды - нестрашные мотыльки. вот мне пятнадцать, и я в лоохи - кто еще помнит меня таким? гибель моя обитает в птице, жизнь обращается к нам на "вы" - эй, а не хочешь ли прокатиться вниз по мерцающим мостовым? орден за Орден, и брат за брата, только звенит в глубине струна - мысль о том, что пора обратно - и есть твоя Тёмная Сторона. мантию снять, и стянуть корону, скабой завесить дверной глазок; бросить монетку на дно Хурона, чтобы приснился еще разок.
в мире другом зацветает вереск, как не тасуй - наверху валет. где бы ты ни был, я здесь надеюсь, что ты умеешь вставать на след.
поезд летит, заедают дверцы, в Лондоне холодно в ноябре. если еще не разбито сердце, так ли уж важно, кто здесь храбрей? гул заголовков — "волна террора", "происки Лорда", "борьба за трон"...только какая судьба, авроры, если семнадцать, и ты влюблен? хитрость, мозги, доброта, отвага, страшно ли, мальчик? ничуть, ничуть...можно не быть с гриффиндорским флагом, чтобы сражаться плечом к плечу. старая песня, тебе не знать ли: дружба - и воин, и проводник; самого сильного из заклятий нет ни в одной из запретных книг. палочка, клетка, за плечи лямка, чуточку пороха брось в камин - глупо всю жизнь ждать письма из замка, нужно садиться писать самим. здесь не заклятья - скорей патроны, маггловский кодекс, извечный рок... где-то вдали стережёт Патронус зыбкие грани твоих миров. старые сны накрывают шалью, чьи-то глаза сберегут от пуль — я замышляю одну лишь шалость, карта, скорей, укажи мне путь.
раз уж пришёл - никуда не деться, строчки на стенах укажут путь. волчья тропа охраняет детство - значит, мы справимся как-нибудь. струйка из крана - заместо речки, зубы порою острей меча; ночь старых Сказок продлится вечно - или пока не решишь смолчать. кто выделяется - тот опасен, лучше не знать ни о чём лихом... но почему в надоевшем классе пахнет корою и влажным мхом? но почему всё сильнее знаки, руки - прозрачнее и светлей? странные песни поёт Табаки, древние травы бурлят в котле, пальцы Седого скользят небрежно, вяжет холщовый мешок тесьма... если сумеешь найти надежду, то соберёшь её в талисман. но почему всё сильнее знаки, ветер за окнами сер и тих; все коридоры ведут к Изнанке - хватит ли духа туда пойти? пусть нелегко и пусты пороги, истина, вообщем, совсем проста - здесь ты становишься тем в итоге, кем ты нашёл в себе силы стать.
строчки
вчера разрыдалась, пока чистила зубы. прям со щеткой во рту. так устала, что не выдержала мысль, что не могу никуда вылить.
никому вылить.
видимо, потому что мое подсознание все-таки стремится меня убить. во сне все прям чудесно. а ты потом с этим послевкусием поживи. и там уже поехали горевать за последние 15 лет.
не отгоревано, видимо.
Сижу за компом, она рядом, вытягивает ногу, будто любуясь отсветом на коже.
- Вик.
- М.
- А люди вообще совпадают?
Закрыл видео про LoRa, развернулся к ней, поймал ногу.
- Никогда, - отвечаю. - А как бы ты хотела?
- Я не знаю... - покачивает в моей руке. - Они же всякую дичь творят постоянно. Почему нам похую?
От того, что она сказала "нам", мне почему-то теплее.
- Я перестал задавать себе этот вопрос, когда понял, что не человек.
Тянет ногу на себя, и я <не>вольно подъезжаю ближе в кресле. Бля, её запах надо просто запретить., хотя и найти его нереально.
- Вот и я думаю, почему мы вместе. Ты мне нравишься вполне конкретными вещами, но этого мало. Будто что-то ещё, независимо теперь от того, вместе мы или нет. И люди - они ж не все дураки, они тоже это чувствуют к кому-то. Никто не объясняет. Ну.... пустые разговоры, за уши притянули, что ли, подогнали под вещи, им понятные. При этом чувствуют себя умными. Вот я точно не такая, и спрашиваю тебя, потому что ты дольше и ёбже. Хоть и другой. Чёрт, я одним вопросом сразу пять задала, - улыбается. Я люблю с ней говорить, это редкость, но она спрашивает порой такое, что остальное неважно. Это единственное её доминирование надо мной. Умная девочка.
- Если начнёшь разбирать чувства, то, поняв их, убьёшь их сущность, знаешь же.
Знаю, - наклоняется ко мне, говорит прямо губами в губы. - Я что-то упускаю. Ты это тоже чувствуешь. Что это такое? Это у всех так?
- Хел... у нас точно. Я не знаю, как у других. Ты, говоря об этом, многое мне объясняешь такого, чего я не смог найти нигде, кроме себя. Я тоже не знаю, как это называется. Ты мне нравишься так, что уже не хватает здравого смысла, как и объяснить то, что ты до сих пор рядом.
Она смеётся и нежно смотрит.
- Я твоя выдумка, - сжимает пальцами ног мои руки. - Как и ты моя. Но я бы такое не смогла выдумать; так откуда вообще эта ситуация? Бля! Я даже не задумывалась до тебя настолько об этом, всё было проще. Ты причина, и, соответственно, знаешь свою природу. Расскажи, почему с нами вот так.
Тянусь за сигаретой, она вынимает её из моих пальцев, подкуривает и дает мне курить из своих рук, внимательно наблюдая за губами. Мне приятно и непривычно. А можно так всегда?
- Какое объяснение тебя устроит? Есть же множество.
- Я заебалась, - улыбается.
- Ладно. Смотри, - разминаю пальцами её ступню, она тут же кладёт другую мне в ладони, всё так же смотря на меня с интересом. Мне, должно быть, сложно, потому что это чертовски отвлекает. Стараюсь быть нежным. - Нас отличает от других то, что нам нет нужды думать, на какой волне говорить. И говорить ли вообще.
- Да, разрешённая частота 868, - выёбывается Хел. - Но скажи, почему, с каких пор эта ассимиляция, я же другой была. Какого чёрта ты меня... <пыхтит> ну... не изменил, но.... да твою мать, ты же понимаешь меня! - сжимает пальцы. Глажу ладонями её красивые ноги. Мне сложно на такое отвечать, я понимаю, но таких слов не готовил никогда. Просто знаешь об этом, ощущаешь типа, но - объяснить вот так?
- Помнишь квантовую?
- Угу. Ну... так, в целом, ты ж у нас умник.
- Хуюмник. Вот взаимосвязанность - когда одно из бесконечности влияет на другое. Да? Нельзя же объяснить полностью, что не думай.
- ...Ну да. Но разве мы физика? Вот я, смотри, я же живая и смотрю на тебя.
- И я на тебя. И все мириады мыслей, что внутри бесятся, не могут объяснить того, что ты для меня особенная.
- Зануда ты особенная. Я не могу ни с тобой, ни без тебя. Хотя... Без тебя больше не могу, - ухмыляется и гладит руками, сжимая, мои плечи, будто впервые видит. - Надо просто принять этот факт и не ебать тебе мозг?
- Еби меня как угодно, но прими себя в этом. Ведь хорошо же?
- Хееех, хорошо!
- Зачем вопросы?
- Понять.
- Хел, я не знаю больше твоего, если честно.
- Вик. - Наклоняется прямо в ухо, и такая тёплая. Млею безудержно. - Я, с одной стороны, счастлива с тобой. Со многих сторон, мне неважно, в общем-то, многое. Но вот это...Мне, как женщине, любопытно, я не могу это объяснить или понять. Спросить, кроме как у тебя, тоже не у кого. Со мной пиздец. Это неестественно. Ну чё ты такой?
- Какой же? - смеюсь, придвигаясь ближе. Она дышит мне в шею.
- Другой.
- Почему?
Замирает. Думает секунду, как бы соглашаясь сама с собой.
- Потому что я не представляю этот мир без тебя. Даже если меня не будет. Это.... - поднимает глаза на меня. - Это глупо же?
Мы долго смотрим друг на друга, замерев в этом кадре. Как ей объяснить, что ради такого стоит вообще быть? Боже, какие у неё глаза ночью... Боюсь даже дышать. Она, как бы вторя, совершенно застыла во взгляде.
- Что это? - тихо, одними губами спрашивает меня. А это ТЫ, это фейерверк,
а это сформулировано. это мой дар и мое проклятье - ебучее обоняние. которое не притупляется даже спустя 20 лет курения. я знаю и помню, как пахнут люди. и это еще задолго до прочтения парфюмера, тем более, просмотра фильма. весьма дерьмового, кстати, сделанного людьми, не имеющими понятия, о чем они говорят.
а если люди еще приправляют себя парфюмом или чем-то другим сильно пахнущим, а потом это встречается, меня триггерит.
поэтому одну куртку мне хочется сжечь, а другую засунуть себе в мозг.
поэтому иногда в метро я выхожу из вагона.
хотя спустя столько лет откуда люди берут этот парфюм, который не выпускают лет 15? без понятия.
поэтому некоторыми своими парфюмами, которые я так люблю, не пользуюсь, потому что так пах какой-то период жизни.
поэтому спустя 3 года я все еще чувствую запах пожара у мамы в квартире, а она нет.
поэтому обожаю запах скипидара, растворителя, маслянных красок, лака и тд.
поэтому вопрос: сжигать ли нахуй новую куртку?
кажется, сформулировала.
никому, кроме меня, это не нужно, но мне было нужно понять хоть что-то.
я не люблю врать, но делаю это лет с шести. помню первый обман: «ты выпила кефир?» «да»
с тех пор и вру.
играю, делаю вид, кривляюсь, неважно.
даже с самыми близкими друзьями.
тебе я не вру.
ни в переписках, ни в разговорах, ни в поведении.
у меня даже не возникает мысли начать обычную программу «веселый человек». я просто я. а это скучный персонаж.
я просто я только сама с собой, и то не всегда. была с папой, пока он не заболел.
с животными.
и с тобой.
хотя, казалось бы, должно быть наоборот, обычно хотят понравиться, как-то впечатлить, рассмешить.
безусловно, это тоже есть, точнее было. в переписке можно рассказать прикол, можно вслух рассказать. но в остальное время быть собой. а я давным давно забыла, кто я.
все время нужно спасать, помогать, решать. помогу, спасу, решу. но вот это ровное состояние, когда ты не один, я в последний раз ярко помню лет дцать назад, когда сижу читаю на кухне, заходит папа: «че, изба читальня у нас? чай будешь?»
и с тобой оно есть.
так себе объясняю хотя бы процентов десять, может быть, двадцать-тридцать, почему эти чувства не проходят.
ты все равно всегда выбираешь сначала себя, потом уже другого.
моя рыжая осень, с цветными глазами своими, со жгучим на солнце дыханием, с яростно-тихой прохладой, дрожа, забираешься в тёплые вены, чтоб вечером мне показать одиночества космос, целуя мне пальцы немою мольбой - ты держи меня, милый - и я в твоём бархате кожи не чувствую смерть, что таится за каждым, кто кроме, прекрасная, в пепельно-снежные капли исходишь, что пальцами я по губам твоим так осторожно касаясь, рисую, бескрайнее звёздное падает с каждым дыханием глубже в бездонные наши зрачки, где зеркал череда, бесконечность животно-
ну и не смогла.
я же не думала, что все еще так могу. не подозревала.
видимо, мозг все-таки ненавидит сам себя, раз так себя ведет. стремится воспламениться, утонуть, еще как-то убить тело, в котором он живет.
я мало что в жизни не могу контролировать, но это не могу. ни мозгом, ни телом, ничем блять не могу.