Просыпайся до рассвета
Выйди в темноту во двор
Пока солнца света нету
Действуй быстро словно вор

Выйди тихо за ограду
Осторожен будь в пути
Там в лесу найдешь награду
Что не ждал уже найти

Тебя встретит у оврага
Лань с серебренной спиной
Вместе с ней иди без страха
Еле слышно песни пой

Там за темною листвою
Между небом и рекой
Для тебя лисицы воют
Лось качает головой

У заброшенной запруды
Среди сумрачных огней
Всех созвездий изумруды
Проступают вдоль костей

Скинь немногую одежду
Упади в траву спиной
Больше ты не будешь прежним
Будешь странный и иной

Пусть подарят тебе рыбы
Чешуи кристальный звон
В позвоночнике изгибе
Гребень будет помещен

Птицы принесут в подарок
Перья и веселый грай
Зубы острые овчарок
От волков подарок лай

Ящеры подарят гибкость
Полуночный резкий свист
Змеи яды и токсичность
Хвост опасный словно хлыст

Спина выгнется упруго
Лопнет кожа на хребте
Звездный свет созвездий юга
Знаки выжжет на тебе

Побежишь веселым зверем
В новозданной красоте
Легким шагом землю меря
И исчезнешь в темноте

ты взвешен был ночью и найден был легким
легче дыхания мыши-полёвки
воют собаки у гнилого моста
все мысли твои - ритуальная нечистота

таись в темноте избегая встречь странных
остерегайся гостей иностранных
окна завесь и двери закрой
ничто не поможет - мы придем за тобой

воет ветер в поле
поднимает пыль
хорошо на воле
солнце да ковыль

выбирал дороги
намечал пути
поистерлись ноги
сбились сапоги

намечал на карте
свой карьерный трек
словно солнце в марте
наш нелепый век

все твои подруги
братья и враги
потерялись в вьюге
не видать ни зги

свадьбы, рейвы, тризны
лютики-цветы
повидали в жизни
лютой хуеты

где ты бродишь милый
голову склоня
свежая могила
мерзлая земля

кто тебя ласкает
кто плетет венок
яму там копают
скоро выйдет срок

наступает вечер
в дальних странах оз
забежал далече
пока ловил стрекоз

отдохнуть бы что ли
и упасть в ковыль
ходит ветер в поле
оседает пыль

Я сегодня был счастлив. По-настоящему, целых сорок минут.  Из-за жары и духоты в город пришли грозы, а мне надо было выходить из дома, так что футболку я решил положить в рюкзак. Посмотрел на свой красивый чистый велик, улыбнулся той улыбкой, которая бывает, когда девушка берёт тебя за руку и уводит в комнату, и... Боже, я собрал весь ливень! Это было прекрасно, восторг и наслаждение. Капли хлестали прямо по мокрой коже мышцы под ней работали, не уставая; я даже на самых крутых подъёмах решил ехать вверх, не останавливаясь. Благо мотаться мне нужно было через полгорода, и я носился по нему, крутился перед красными светофорами, высунув язык набок, в жажде возобновить гонку по улицам. Лицо у меня, наверное, было как у тех собак, которые на всяких видео то радостно в кучу листьев запрыгнут, то в снег, то в грязь или воду. Во мне что-то пело. Обожаю ливень. Обожаю промокнуть к хуям до нитки, чтобы стекало, чтобы задыхаться не то от скорости, не то от возбуждения. Нестерпимо хотелось поделиться этим чувством, прямо мокрыми ладонями почти ударом вложить в грудь эти брызги, ах, вот бы гонять с ней вместе! Я даже не мог записать это на телефон, лило так, что невозможно взять его  в руки. Бесшумно скользил по лужам, совсем не поднимая воды, капли искрились в свете фар, я плохо видел дорогу, но остановиться не мог и не хотел.

Завтра тоже должен быть дождь. Пожалуйста.

Луна величаво встала
И смотрит с улыбкой на всех
И каждый невольно вспомнит
Про свой самый сладостный грех

И будь ты министр или дворник
Хоть блоггер, а хоть сталевар
В крови разгорается ровный
Томящий душевный пожар

И кто-то мечтает с девушкой
Обнявшись сидеть под вишней
А другому лишь одно мечтается:
Чтоб тимлида прибрал Всевышний

И каждому новое хочется
Чтоб искры из глаз, полет!
А жизнь потихоньку все строится
И ровненько так идет

И дни потихоньку
Щелкают костяшками домино
И кто-то пьет славный Хеннеси
А кто-то дрянное вино.

И пазл уж почти сложился
Осталось совсем чуть-чуть
Весь год ты над ним трудился
И надо бы передохнуть

Но вот лунный кот ухмыльнулся,
Мигнул одноглазым зрачком
И пазл твой перевернулся
Оставив тебя дурачком

И снова ругаться и каяться
Метаться, грозя небесам
Желать что само исправится
Пасьянс вдруг сойдется сам...

Но нет... Поднимайся сызнова!
И снова неси свой крест
И помни "все люди - братья"
И: "homo homini lupus est" .))

Здравствуй, ты!
Я помню что ты меня любишь, и я помню твои цветы.
И все твои подарки, и все, что ты называешь: любовь.
Но мне это незачем и я повторяю вновь:
Живи, дыши и будь.
Я тебя выбрал и в этом вся суть.

Ты все равно меня не видишь.
Даже когда ругаешься, когда, казалось бы, ненавидишь.
Я все равно не тот, о ком ты мечтал
Я вроде бы был таким, отвернулся - а я и пропал.

Я - лес, который растет вне временного сезона.
Я странная область и аномальная зона.
Я старый как гинко билоба.
(я удивляюсь что у меня не выросла следующая голова)

Валькирия, несущаяся на безумном коне,
Старый плешивый пес, кошка в сарае, белка в дупле,
Дятел, долбящий бетонный столб... А я к этому не готов...
Это все про меня, все еще обо мне.

Пожалуйста, просто смотри на то, что показывает тебе Бог.
Я все равно не скажу тебе больше, да и никто бы не смог.
Я просто буду любить тебя, так, как смогу.
И если ты упадешь - я всегда тебе помогу...

Лишений много - свершений мало.
Движений уйма - подвижек ноль.
Распахнут сумрак, но поддувало
Намертво впаяно ещё зимой.

Отсюда заводи. Отсюда затхлое.
Местами ветхое. И полный штиль.
Но дамба верная, а мысль корректная -
И значит рано нам пока в утиль.

Чуть-чуть по ниточке. Чуть-чуть на паперти.
И никакой - но всё же движ.
Ластится скотик мой к блошиной матери,
Мычит-мурлычит: не торопись.

Рисуем родинки. Линяем доблестно.
Жуя сермяжную глушь под кустом.
А глобус вертится назло тревожностям -
И значит дышим. Сиречь живём.

Вышиби голову цветом красивым,

Излейся лазурной рекой.

Сколько ты выплакал - нитку завитую

Вырастишь острой травой.

Ветер качает тебя, ебаната -

Радуйся, жизнь хороша.

Чего же тебе так отчаянно надо?

И где же твоя душа?

Я последнее время очень нестабилен внутри. Затяжная депрессия и отсутствие близкого человека вылились в такое, что меньше чем за минуту настроение может смениться на прямо противоположное. И есть ещё кое-что, но это совсем ужасно. Такое было уже когда-то, но сейчас я не знаю, что делать, и не попросишь об этом. К тому же я ведь никогда не признаюсь, что со мной что-то не так или что мне нужна помощь. По ощущениям мне пизда, голова просто не выдерживает постоянного напряжения. С таким человеком никто не захочет быть рядом, конечно же, я понимаю, но это единственное, что мне нужно всю мою жизнь. И всегда что-то не так. Мне надоедает эта бессмысленная хуйня.

- Я скучала! - <целует куда ни попадя>. - Скучала очень, Вик, Вик, а ты?
Я держу её лицо в ладонях. Руки дрожат от возбуждения, я не попадаю в губы толком, как подросток..
- Ты не представляешь, кошмар ебучий, но я вот не могу, кроме как тебя, Вввиии...
Кусает в шею, мне пиздец. я к такому не привык, хотя и жду каждую минуту. Она отрывается от меня, смотрит в глаза.
- Здравствуй, милая! - говорю.
- Милая?  Здравствуй? <целует лицо> ебанутый?
- Да.
- Манда! - сжимает меня за загривок. - Ничего не хочешь добавить?
- Я всё чаще думаю, что останемся только мы вдвоём.
Нежно смотрит на меня и гладит плечи и грудь.
- Я этого и боюсь. Я не хочу так, чтобы меня не было без тебя.
- Но мы же не можем умереть.
- А вдруг? Вдруг что-то... - опускает взгляд, утыкается лбом в мои губы. - ...Вдруг что-то другое, чего я не знаю? Чего мы не знаем. Это же будет как жить с трупом.
- Да ты и так с трупом, Хэл. - Она вскидывает глаза.
- Нет, я тебя вижу и чувствую. Вик. Вот посмотри на меня.
Её взгляд не ищет чего-то во мне. Она всегда точно знает, на что смотрит. Глубоко вдыхает.
- Почему ты не пускаешь меня ближе? Ты тоже боишься, да?
Держу её в своих руках, и такое чувство, будто она не отсюда. И ведёт себя, как диковинный зверёк, и будто не дрожь по ней пробегает, а как у кошки, только под пальцами.
- Мне думается, что я ничего не боюсь. Только за кого-то близкого. Но это очень редко. Я просто не хочу тебе даже шанса на какую-то хуйню, понимаешь?
- Так ведь ты же не хуйня.
- Повторяй мне это почаще. А лучше - будь просто рядом. Всегда. Если можешь и... если хочешь.
Тупит взгляд и ковыряет носком землю передо мной.
- Я боюсь. Я. Я даже бояться боюсь. Ты что-то со мной сделал, и я теперь ни туда, ни сюда. Не могу быть прежней. Не знаю, как быть с тобой. Нужно что-то такое, что сильнее нас; знаешь, как на библии поклясться.
- И что это могло бы быть?
- Не знаю...
- Я думал об этом. Думал о том, что можно верить, но вера уходит. Так не работает. Теперь я думаю, что нет ничего сильнее нас самих. Мы уже перешли ту грань, когда можно было опереться на что-то, чтобы переворачивать мир. Теперь мы сами.
Хэл замирает, обдумывая слова. Поднимает голову и прижимает меня крепче.
- Да. Наверное, ты прав. Я как-то по инерции вот жила последнее время и не понимала, что изменилось, почему всё стало сложней. Да, видимо, так. Но я не знаю, что делать без тебя. Значит... выходит, ты моя опора. Чёрт. Что теперь делать?
- Я знаю только один способ.
Вопросительно смотрит.
- Просыпаться друг с другом.
Её глаза распускаются как цветок в этот момент, одни зрачки.

______

...Всю неделю обещали дожди. Мы решили просто спать и проводить по возможности  рядом каждую минуту. Нужно было набраться сил перед тем, как сделать что-то важное, что-то необходимое, а ещё постараться понять, готов ли мир к этому, или это останется между нами. Пока.

Я люблю тебя.

Я спою тебе песню грача
Чтобы ты не грустил, не скучал,

Слышишь, грач то ворчит, то кричит,
Тарахтит и гудит и скрипит,
Будто чайник ворчливо кипит!
Громко клювом по ветке стучит!

Грач мурлычет, как ласковый кот,
Он весну нам как может зовет!
Странной песне грача удивись
И грядущей весне улыбнись!

Я, наверно, не выдержу долго. Мне б хотелось уткнуться в твои, меж лопаток которые, страшно красивые - больно смотреть даже; жизни осталась пригоршня, хуёвый подарок, смотри, это всё моё плачет, так стыдно и сил нет, я выдержу вечность такую любую, коснись меня только, дышу ведь зачем-то, сгореть бы, стекло бы разбить, чтоб с разбегу почувствовать то, что сводит с ума, чтобы "нет меня", чтобы "лишь ты", чтоб не думать ни йоты вперёд, я прошу, хоть случайно дотронься, какие большие зрачки, и безумная жизнь прекратится моя хоть однажды, пустая коробка, так пристален взгляд, что теряюсь, но не до сомнений, я знаю, и хочется самой ужасной расплаты за счастье любое, варить тебе кофе с утра и будить поцелуем - такая ведь, блять, невозможность, люблю тебя, сильно, что делать мне, <имя>, зачем я без "ты", почему я готов умереть за тебя, но ты даришь такое сейчас.. Почему и за что, объясни, зацеловывать бы всё лицо, так внимательно-жадно слова твои впитывать, как и тот приговор, что ты мне... как случилось, что жизнь заключается в этой безумной агонии, в запахе рук и в ночами без сна и без слёз уже, милая мне, почему я

Ты целуешь в самые нужные нервы. Берёшь меня нежно и уверенно так, будто знаешь, зачем я тебе. Обескураживает. Заводит. Фейерверки внутри. Закрываю глаза.
Твой запах будто из другого измерения, не надышаться им. Насколько ты тонко и обходительно истекаешь в моменте близости, настолько же сильно и непреодолимо твоё желание выткать собственное счастье. Прекрасна до одури, благородно-сумасшедшая, ты умеешь быть солнцем, но не показываешь такое никому. Невозможно даже представить, сколько в тебе накопилось ненависти и любви, сколько раз ты сама себя пережила, чтобы, несмотря ни на что, находить свет в самой себе и - дарить его другим, просто так; пусть и не видит никто, но иначе ты не умеешь. Отдаёшься без остатка, всегда насквозь, всегда настоящая, так мне порой с тобой кажется, что и нет никого больше в целом мире.
А ещё ты делаешь со мной одну штуку, которую я не понимаю, как. И не хочу понимать, нет этому определения, слова, никакой вербальности. Мне нравится чувствовать такое. Возможно, потом расскажу.
Теперь мне надо заткнуться и целовать тебя, всю-всю.
И нет, я не влюблён, не схожу с ума.
Я наслаждаюсь тобой.



Спасибо.