10 стыдных вопросов о тревоге: отвечает психиатр Сергей Потанин
1. Как ощущается тревога? Как понять, что она неоправдана и чрезмерна?
В целом тревога — это абсолютно нормальный компонент жизни. Более того, у части людей с тревожными расстройствами проблема как раз в том, что они не воспринимают тревогу как часть нормальной психики. У них есть внутренняя концепция: «Пока я тревожусь, жить невозможно, нужно избавиться от этого». На самом деле это то же самое, что пытаться не думать о белой обезьяне.
Наверное, есть отдельные люди, которые вообще не переживают, но это не очень адаптивно. Потому что тревога — эволюционная штука, которая помогала нам выживать. Те предки, которые особенно не волновались, умерли. Поэтому сама по себе тревога не патологична. Если я потревожился, сделал что-то адаптивное и успокоился — это нормально. Например, переживал о предстоящем выступлении, пять раз повторил речь, а потом лёг спать. Но вот если тревога не дала мне сомкнуть глаз до рассвета, я не смог позавтракать и так волновался, что забыл слова, — это уже похоже на проблему.
Если тревога сильно нарушает сон, снижает аппетит или, наоборот, увеличивает его, бьёт по концентрации, не даёт нормально работать, учиться и общаться — это повод обратиться к врачу.
Также стоит сходить к доктору, если у вас появились физические симптомы. Так, при тревоге нередко бывают головные боли напряжения, боли в спине. При генерализованном тревожном расстройстве один из симптомов — напряжение мышц. Ко мне часто приходят люди от неврологов с болью в спине, рассказывая про мифический остеохондроз — у нас такой диагноз ошибочно ставят всем подряд.
Но тут есть ещё одна проблема. Когда человек говорит о тревоге, он может подразумевать под этим совершенно разные состояния, от депрессии до посттравматического стрессового расстройства.
Алекситемия нередко встречается у людей с тревожными и депрессивными расстройствами, а также при телесном дистрессе. Это состояние, при котором у человека возникают боли, но они не связаны с конкретными физическими болезнями или повреждениями. Скорее всего, такой пациент пойдёт со своими жалобами к терапевту, неврологу или кардиологу — узнать, что с ним происходит, почему возникают физические симптомы. С одной стороны, это правильно. С другой — человек может потратить много времени и денег впустую. Бывает, что ко мне приходят люди с обследованиями на полтора миллиона рублей.
Тревога может проявляться в теле. Пациенты часто удивляются, неужели сильное головокружение, ужасная диарея, боль в животе и учащённое сердцебиение могут быть просто от тревоги? Да, могут.
Вот если представить, что человек увидел в лесу медведя, реакции вроде учащённого сердцебиения или внезапной диареи кажутся вполне естественными. И так же, как на острый сильный стресс, тело может реагировать и на длительный.
Мы живём в мире, к которому эволюция нас не готовила. Наши мозги не приспособлены к такому количеству информации, ежедневному стрессу, огромному количеству людей. Наши предки так не жили. Поэтому некоторые люди, особенно уязвимые, постоянно находятся в состоянии встречи с медведем.
Если вы хотите хотя бы примерно прикинуть, тревога это или нет, попробуйте специальные опросники. Например, можно пройти опросник HADS — шкалу тревоги и депрессии. Она используется много лет, и недавно её перевели на русский язык и валидировали на нескольких сотнях пациентов и здоровых людей.
Нельзя сказать, что этот опросник обеспечивает точные результаты в 100% случаев, но с его помощью можно заподозрить расстройство. При этом не стоит ставить себе диагноз самостоятельно, лучше всё же дойти до врача. Потому что надо ещё суметь правильно интерпретировать
Очень многое из того, что тревожит, болит, царапает, откровенно бесит и просто печалит, никуда не денется.
Такая вот правда.
И можно, конечно, включиться в яростную борьбу, пытаясь хроническое сделать временным, и даже одерживать иногда короткие победы, но жизнь тогда неизбежно утратит свой мир, превратившись в вечную войну.
А можно балансировать, смягчая необратимое нежностью отдельно создаваемых историй.
Самых разных.
Только тебе одному порой понятных.
С зашифрованными кодами твоих личных миров, с исхоженными улицами любимого города, с музыкой, прикоснувшейся к сердцу, с картинами, которые исцеляют, с книгами, которым веришь, с маленькими фрагментами внезапно найденной радости, с людьми, в которых не выискиваешь никаких диагнозов, а обнимаешь даже на расстоянии.
Когда всё это есть, то не так уже тревожит, не так болит, не так царапает, не так откровенно бесит и просто печалит.
И не так заботят чужие попытки причинить тебе побольше боли.
Исчезает злая истерика, на которой живут иногда люди, зацикленные только на нехватках и неисполнении желаний, но ничего не предлагающие жизни на уровне благодарности за то, чем она всё-таки одаривает.
Стать уживчивыми, не значит стать сдавшимися.
Значит, стать недосягаемыми для едких разочарований, которыми спекулируют с собственной судьбой, вымогая у неё только подарки...
Лиля Град
https://dzen.ru/a/ahvwfUu6WkRu5ZP6
Почему звезду советского мюзик-холла судили за то, что она выжила в плену
Заносила ей цветы, а потом убежала за кулисы — плакать.
Так говорили очевидцы того вечера. В феврале 1996 года в Театре Сатиры всё никак не могло начаться торжество по случаю юбилея. Зрители ёрзали в креслах. Прошло десять минут, пятнадцать, двадцать. Кто-то уже начал ворчать.
Потом выяснилось: виновница торжества забыла накрасить ногти. Актриса, которой исполнялось девяносто лет, отказывалась выйти к публике с ненакрашенными ногтями.
Когда она наконец появилась — в длинном платье, стройная, с горящими глазами — зал выдохнул. А она улыбнулась и сказала: «Я благодарна всем, кто пришёл посмотреть на уценённый товар, сделанный в 1906 году».
Это была Валентина Токарская. Актриса, у которой было всё — и которая потеряла всё. Дважды.
В тридцатые годы её знала вся Москва. Не из газет и не из скучных докладов — её знали так, как знают человека, мимо которого невозможно пройти. Токарская была примой Московского мюзик-холла. Самой красивой и, по словам современников, самой состоятельной актрисой тогдашней столицы.
По Москве она разъезжала на собственном автомобиле — редкость даже по меркам привилегированной богемы. Жила в квартире с видом на Кремль. Ею восхищались Зощенко, Горький, Ильф и Петров, Катаев. Вальс «Ваша записка в несколько строчек» поэт Павел Герман написал специально для неё, и этот романс не сходил с концертных площадок.
Она вспоминала, что после спектаклей у служебного входа её ждали фаэтоны — богатые поклонники соперничали за право пригласить её на ужин. И она выбирала. Спокойно, без суеты, как человек, который привык к тому, что мир вращается вокруг него.
В 1934 году Илья Ильф, Евгений Петров и Валентин Катаев написали для неё главную роль в спектакле «Под куполом цирка». На премьере сидел Максим Горький. По этой же пьесе позднее Григорий Александров снял фильм «Цирк» — но уже с Любовью Орловой в главной роли. Говорят, Орлова ходила на спектакли Токарской специально, чтобы учиться. Шарм, лёгкость, умение держать зал — всё это она подсматривала у Валентины Георгиевны.
Казалось бы, такую жизнь не сломать ничем.
Осенью 1941 года Токарская вместе с другими артистами Театра Сатиры отправилась на фронт. Культурные бригады ехали к солдатам — поднимать боевой дух, петь, смешить, напоминать о мирной жизни. Предполагалось, что через месяц их сменят.
Немецкие танки прорвали фронт под Вязьмой раньше, чем кто-либо успел перестроиться.
Артисты оказались в окружении вместе с частями армии Рокоссовского. Токарская бежала. Несколько дней скиталась по лесу в осеннем холоде, ела что придётся, не понимала, куда идёт. Полуживая, вышла к людям — и наткнулась на немецкий патруль.
На допросе она призналась, что актриса. И спела, чтобы доказать.
А потом сделала кое-что ещё. Рядом с ней был арестован актёр Театра Сатиры Рафаил Холодов — еврей по происхождению. Для него это означало верный расстрел. Токарская объявила его своим мужем. Немцы поверили.
Это решение, принятое за секунду, стоило ей нескольких лет жизни.
Пленных советских артистов включили в труппу, которая развлекала немецких солдат. С отступающими войсками их гнали всё дальше на запад: Смоленск, Могилёв, Гомель, Барановичи — и дальше, до самой Германии. В Берлине Токарская и Холодов выступали уже для советских военнопленных, работавших на немецких хозяйствах.
В 1945 году она была в Берлине, когда туда вошли наши.
Именно там, в апреле сорок пятого, её впервые увидел молодой артиллерийский офицер Евгений Весник. Сын расстрелянного в 1937 году командира, он пошёл на фронт добровольцем — доказывать, что достоин носить имя отца. Прошёл всю войну. Участвовал в освобождении советских граждан из немецкого плена.
И вдруг — Токарская.
Он хорошо помнил её по довоенному фильму «Марионетки». А перед ним стояла уставшая, постаревшая женщина с потухшим взглядом. Весник где-то раздобыл цветы и сказал: «Я всегда мечтал с вами познакомиться».
Токарская взяла букет — и выронила. Закрыла лицо руками.
Что находится на дне Марианской впадины?
Где находится Марианская впадина и какая у нее глубина
Когда мы говорим о дне Марианской впадины, исследователи обычно подразумевают Бездну Челленджера. Безо всяких преувеличений можно сказать, что это самая глубокая точка океана. По оценкам Национального управления океанических и атмосферных исследований США (NOAA), глубина там составляет около 10 994 метров.
Как выглядит дно Марианской впадины
В кино самые глубокие места океана часто изображают как мрачные скалы с глубокими расщелинами. Но в реальности дно в районе Бездны Челленджера это мягкая, ровная и пыльная поверхность. Режиссер Джеймс Кэмерон, совершивший одиночное погружение в 2012 году, сравнивал местный грунт с тончайшей детской присыпкой.
Что происходит на глубине 11 километров
Солнечный свет физически не способен пробиться сквозь такую толщу воды, поэтому на дне Марианской впадины царит вечная абсолютная темнота. Температура держится всего на несколько градусов выше нуля.
Но главный вызов для всего живого это давление воды. На дне впадины оно составляет около восьми тонн на квадратный дюйм, что примерно в тысячу раз больше нормального давления на поверхности Земли. Для человека без защитного батискафа это мгновенно смертельная среда, но эволюция создала организмы, для которых такие параметры являются единственно комфортными.
Кто живет на дне Марианской впадины
На самом дне полностью отсутствуют крупные активные рыбы. Биологи установили, что ниже отметки в 8 400 метров выживание рыб становится невозможным из-за жестких ограничений, иих белки просто перестают нормально работать. При этом на чуть меньших глубинах многие рыбы-мутанты Марианской впадины выглядят
Будь помягче со всеми.
Никогда ни на кого не кричи.
Старайся жить со всеми так,
чтобы от тебя люди уходили утешенные
и за тебя благодарили Господа.
Игумен Никон Воробьев
Дачные стихи
Бежит тропинка с бугорка
Бежит тропинка с бугорка,
Как бы под детскими ногами,
Все так же сонными лугами
Лениво движется Ока;
Колокола звонят в тени,
Спешат удары за ударом,
И все поют о добром, старом,
О детском времени они.
О, дни, где утро было рай
И полдень рай и все закаты!
Где были шпагами лопаты
И замком царственным сарай.
Куда ушли, в какую даль вы?
Что между нами пролегло?
Все так же сонно-тяжело
Качаются на клумбах мальвы...
Марина Цветаева
Головастики
Помнишь, Мурочка, на даче
В нашей лужице горячей
Головастики плясали,
Головастики плескались,
Головастики ныряли,
Баловались, кувыркались.
А старая жаба,
Как баба,
Сидела на кочке,
Вязала чулочки
И басом сказала:
— Спать!
— Ах, бабушка, милая бабушка,
Позволь нам ещё поиграть.
Корней Чуковский
Чтоб вернуться
Посижу в шалаше за домом,
Прикоснусь на солнце
К плющу,
В перелеске,
Насквозь знакомом,
Подберёзовик поищу,
Выйду в поле,
Схожу на речку,
Постою под большой сосной...
Поцелую дачу
В дощечку,
Чтоб вернуться сюда весной!
Михаил Яснов
А знаешь, у меня роман
А знаешь, у меня роман
С июнем, с озером и садом,
Ласкаю всех влюблённым взглядом
И, как заправский графоман,
Пишу любовные стихи
По пять, по шесть, по семь за сутки -
То воспеваю незабудки,
То лютики и лопухи.
Пишу: "О, воздух! О, вода!" -
А мне в ответ то плеск, то шорох.
Моих посланий целый ворох
Несут ветра невесть куда.
Лариса Миллер
ДАЧНОЕ СЧАСТЬЕ
Меж серыми штакетинами дач
К своей идёшь.
Хмель дикий увивает
Штакетины иные. Красный мяч –
Играют шумно пацаны – мелькает.
И вот своя – обложена была
Давным-давно кирпичной белой кладкой.
И дачный мир встаёт, густой и славный,
Чья сущность зелена. Ещё – светла.
Дорожка между клумб. Я флоксам рад.
Шатры крыжовника весьма пушисты.
Дверь увивает милый виноград.
Горошек под окном цветёт душистый.
Под вишнями гамак висит. И вот
Ночной порою погляжу на звёзды.
Их вертоград в неведомость зовёт,
И, знаешь, никогда мечтать не поздно…
Александр Балтин
Лишь бы небо пролилось в стихи!..
Лишь бы небо пролилось в стихи!..
Между строчек шумело дождями,
Говорило со мной вечерами
И спасло от осенней тоски...
Не писала давно ничего.
И живу — не поверишь — иначе:
Затворилась на маленькой даче,
А в округе — совсем никого.
Только небо со мной и дожди.
За окном — поредевшие клёны,
И простор за сараем зелёным,
И неведомый день впереди.
Зоя Верт
Мир, в котором мы живём, непонятен и поразителен!
>
> Март 2012 года, Южная Африка. Лоуренс Энтони, известный защитник природы и
> автор книги «Заклинатель слонов», умирает от сердечного приступа у себя дома
> в заповеднике Тула Тула. Его семья готовится к похоронам. Никто не сообщает
> об этом прессе. Информация держится в узком кругу близких. И вдруг, через 12
> часов после смерти, к дому начинают подходить слоны.
>
> Два стада. Больше тридцати животных. Они шли издалека, через территорию
> заповедника, которую годами избегали. Эти слоны были когда-то агрессивными,
> травмированными войной и браконьерами. Именно Лоуренс когда-то взял их,
> когда от них отказывались все, реабилитировал, спас от усыпления. Они не
> видели его месяцами — Лоуренс был болен и не выходил. А в день его смерти
> они пришли.
>
> Слоны подошли к дому и остановились. Встали в молчании. Не ели, не
> двигались дальше, просто стояли. Два дня. Потом медленно ушли обратно в
> заповедник. Семья Энтони была в шоке: никто их не звал, никто не мог
> передать информацию. Каким образом дикие слоны за десятки километров узнали,
> что человек, который их когда-то спас, умер?
>
> Учёные знают, что слоны обладают невероятной памятью и способны узнавать
> людей спустя десятилетия. Они знают, что слоны скорбят по своим мёртвым,
> возвращаются к костям родственников, трогают их хоботами, стоят в молчании.
> Но как они почувствовали смерть человека на расстоянии — остаётся загадкой.
> Инфразвук? Тонкие изменения в атмосфере? Связь, которую наука пока не умеет
> измерить?
>
> Семья Лоуренса описывала это как один из самых пронзительных моментов в
> жизни. Огромные дикие животные, которые пришли отдать последнюю дань
> уважения человеку, доказали что-то очень важное: связь между видами может
> быть настолько глубокой, что смерть одного ощущается другими даже сквозь
> время и расстояние.
>
> История слонов Лоуренса Энтони цепляет именно необъяснимостью. Это не
> дрессировка, не условный рефлекс, не случайность. Это что-то большее, что
> заставляет диких гигантов за десятки километров почувствовать утрату и
> прийти проститься с тем, кто когда-то дал им второй шанс.
Негатив будет вас преследовать,
если вы не будете равнодушно проходить мимо.
Позитив, в свою очередь,
будет всегда с вами, если вы будете с радостью его принимать.
Влад Зеланд
Самые высокогорные поселения мира: как люди живут на высоте 5000 метров
Ла-Ринконада, Перу — самый высокий город в мире
Ла-Ринконада расположена в перуанских Андах на высоте около 5 100 метров над уровнем моря. Это самое высокое постоянное поселение на планете. По разным оценкам, здесь живут от 12 до 50 тысяч человек — точные цифры расходятся, потому что официальные переписи дают одни числа, а журналисты, побывавшие на месте, — другие.
Людей сюда привело золото. Поселение появилось несколько десятилетий назад как временный лагерь шахтёров, но в начале 2000-х, когда цена на золото резко пошла вверх, население выросло на 230%. Шахтёры работают по системе «качоррео»: 30 дней бесплатного труда в шахте, а в конце — право унести столько руды, сколько сможешь. Сколько в ней золота, человек узнаёт только дома. Многих ждёт разочарование.
Туйва, Тибет — деревня пастухов на берегу священного озера
Туйва — второе по высоте постоянное поселение в мире. Деревня стоит на берегу бирюзового озера Пума-Юмцо на высоте 5 070 метров. В отличие от Ла-Ринконады, это не шахтёрский лагерь, а древнее тибетское поселение, где люди живут в гармонии с природой уже очень давно. Именно в таких местах особенно хорошо видно, как у людей появляется генетическая адаптация к высоте.
Основное занятие — скотоводство. Зимой, когда озеро замерзает, пастухи перегоняют стада овец на остров посреди Пума-Юмцо: там трава остаётся зелёной. Весной, до таяния льда, стада возвращают обратно. Эта традиция передаётся из поколения в поколение — она существует уже тысячи лет.
Монастырь Ронгбук у подножия Эвереста
Если бы существовал рейтинг мест, где люди живут иначе, Ронгбук был бы в нём на особом счету. Этот буддийский монастырь расположен на высоте около 4 980 метров на северном склоне Эвереста — и считается одним из самых высоких монастырей мира.
Когда-то здесь жили около
Самые экстремальные лаборатории мира: где учёные работают на грани выживания
Лаборатория — это не всегда чистая комната с приборами и нормальным отоплением. Некоторые из них находятся в местах, где работа уже сама по себе похожа на испытание: среди вечной мерзлоты, на океанском дне, в разреженном горном воздухе или космическом вакууме.
Иногда сама среда становится частью эксперимента (как на станции Конкордия в Антарктиде). И именно из таких мест приходят открытия, которые помогают понять устройство Вселенной, климат и даже наше собственное тело. Вот семь мест, где учёные работают на пределе — и делают это добровольно.
IceCube — нейтринная обсерватория подо льдом Антарктиды
Начнём с самой холодной физической лаборатории в мире. IceCube Neutrino Observatory находится на станции Амундсен-Скотт, прямо на Южном полюсе. Но самое интересное — не на поверхности, а глубоко под ней.
Детектор состоит из более чем 5 000 оптических сенсоров, погружённых в антарктический лёд на глубину от 1 450 до 2 450 метров. Вместе они охватывают целый кубический километр льда. Их задача — ловить нейтрино, почти невесомые субатомные частицы, которые рождаются при самых мощных событиях во Вселенной: взрывах звёзд, столкновениях галактик.
Нейтринная обсерватория IceCube, Антарктида
Нейтрино почти не взаимодействуют с материей — они пролетают сквозь планету, не задевая ни одного атома. Но изредка одна частица всё-таки сталкивается с молекулой воды во льду и порождает вспышку так называемого черенковского излучения — слабого голубого света, который и фиксируют сенсоры. Каждый день обсерватория собирает около терабайта данных. А в 2018 году именно IceCube впервые помог связать высокоэнергетические нейтрино с конкретным источником — далёким блазаром.
Брукхейвенская лаборатория и самая горячая температура на Земле
Если IceCube — про холод, то Брукхейвенская национальная лаборатория на Лонг-Айленде в Нью-Йорке — полная противоположность. Здесь находится Релятивистский коллайдер тяжёлых ионов (RHIC), который в 2012 году установил рекорд: температура около 4 триллионов градусов Цельсия. Это в 250 000 раз горячее, чем в центре Земли.
Такой жар возникает при столкновении ионов золота, разогнанных почти до скорости света. В результате на долю секунды появляется кварк-глюонная плазма — состояние материи, которое существовало в природе лишь в первые мгновения после Большого взрыва. По сути, учёные воссоздали «суп» из элементарных частиц, из которого когда-то родилась вся материя во Вселенной.
Брукхейвенская национальная лаборатория на Лонг-Айленде, штат Нью-Йорк, США
RHIC — второй по мощности коллайдер тяжёлых ионов после «>Большого адронного коллайдера в ЦЕРН. Но у него есть своя уникальная суперспособность: это единственная установка, где сталкивают поляризованные протоны, чтобы изучить, как протоны получают свой спин.
Пирамида у подножия Эвереста — самая высокая наземная лаборатория
В национальном парке Сагарматха в Непале, на высоте 5 050 метров над уровнем моря, стоит трёхэтажная пирамида из стали, стекла и алюминия. Это не храм и не памятник, а самая высокогорная наземная лаборатория в мире — Pyramid International Laboratory.
На такой высоте кислорода в воздухе примерно вдвое меньше, чем на уровне моря, поэтому людям так тяжело даётся подъём к Эвересту даже при хорошей подготовке. И работать физически тяжело, а любая простуда может перерасти в серьёзную проблему. Но именно поэтому здесь и нужна лаборатория: учёные изучают физиологию человека в условиях высокогорья, а также геологию, климат и
https://dzen.ru/a/aP4bDk9YvyBsTK5F
Библиотека Юдина — архив отвергнутых истин
Я стою у дверей храма науки — мне позволено собирать камни у его стен, но не войти внутрь.
Юдин Г.В.
Библиотеку Геннадия Васильевича Юдина (1840–1912) — купца из Сибири, мецената и библиофила — можно назвать «архивом отвергнутых истин». Это не просто собрание книг — это хранилище знаний, которые общество пыталось забыть, но которые Юдин сознательно спасал для будущих поколений.
Библиотека Юдина была огромная
Она насчитывала более 80 000 книг и документов, что делало её одной из крупнейших частных коллекций России XIX века. Все эти книги были собраны на его личные деньги, заработанные благодаря успешному бизнесу. К моменту активного собирательства библиотеки (последняя треть XIX века) Геннадий Васильевич был уже крупным промышленником и коммерсантом. Основными источниками его колоссальных доходов были винокуренные заводы, золотопромышленность, пароходство. В 1906 году размер библиотеки был сравним с фондами Румянцевского музея (ныне Российская государственная библиотека, которая финансируется из государственного бюджета).
Уникальная тематика и метод Юдина
В библиотеке Юдина было больше книг по Сибири и буддизму, чем у крупнейших образовательных и научных учреждений. Юдин уделял особое внимание темам, которые тогда мало кто изучал. Его коллекция материалов по истории Сибири считалась самой полной в мире. Также он собрал одну из первых в России коллекций книг по буддизму. В нее вошли древние тексты, переводы с тибетского и монгольского языков, исследования западных учёных. Эти тексты, уникальные для своего времени, остаются важным источником восточной литературы и сегодня.
Юдин сознательно собирал книги и рукописи, которые официальная культура того времени пыталась уничтожить. Эти книги и рукописи он считал голосами «побеждённых» в истории. В его библиотеке хранились старообрядческие рукописи, апокрифы, объявленные еретическими или запрещёнными. На полях одной из таких рукописей он написал: «Кто решил, что их вера — ересь? Может, они сохранили то, что мы потеряли?» Благодаря его усилиям многие уникальные документы можно изучать в наши дни.
«Книга должна заставлять думать» — это и был метод Юдина
Для Юдина его библиотека была не просто собранием книг, а лабораторией мысли. Он сам читал с карандашом в руках, превращая поля книг в поле дискуссии. Его пометки — это диалог с авторами, который продолжается через десятилетия. На полях «Капитала» Маркса он написал: «А где здесь человек? Вы свели его к рабочей силе. Экономика — это система. Но где в ней место души?» Читая «Жития святых», Юдин задавал провокационный вопрос: «Почему нет житий тех, кого сожгли на кострах? А где жития тех, кого назвали еретиками? Может, их слова были ближе к Богу?» В «Истории государства Российского» Карамзина он задает вопрос: «Почему автор молчит о старообрядцах? Их гнали, но они сохранили древнюю веру. Кто теперь прав?»
Он намеренно ставил рядом научные труды и мистические тексты, канонические книги и апокрифы, чтобы читатель видел противоречия и сам искал ответы. Его библиотека была не музейным хранилищем, а живым пространством, где каждая книга вызывала новые вопросы.
Здание библиотеки Юдина в Красноярске. Сейчас в нем находится музей-квартира Юдина
Почему Юдин собирал «запретное знание»?
Он верил, что истина часто скрыта в маргиналиях, а не в каноне. Например, в своей библиотеке он хранил «Евангелие от Фомы» — апокрифический текст, отвергнутый церковью. На полях этого издания он написал: «Царство Божие внутри вас, а не в храмах из камня». Такое впечатление, что Юдин искал не ответы, а вопросы. Он позволял звучать тем, кого заставили замолчать, чтобы сохранить полную картину мира. Он понимал, что «библиотека — это зеркало, отражающее не только свет, но и тени эпохи». Поэтому в его библиотеке были как «великие» книги, так и «забытые». В письме к Толстому он писал: «Книги — это не зеркала, а двери. Они ведут не только в прошлое, но и в те миры, которые могли бы быть». Его библиотека напоминает нам, что полное представление о мире можно получить, только