Достойно жизнь прожить, знать надобно немало.
Два главных правила запомни для начала.
ТЫ лучше голодай чем, что попало есть.
И лучше будь один чем вместе с кем попало.
[200x253]Что-то мне слишком часто стали сниться сны, в большинстве своем оставляющие неприятные ощущения. Каждую ночь они проносятся в моем сознании длинной черной вереницей,стирая грань между сном и реальностью ,испепеляя и превращая его в прах .
Находиться каждую ночь в компании непонятных,искаженных,темных образов походит на привычку,они невольно становятся твоими лучшими собеседниками и слушателями.Они знают о тебе все,часто похожи на флэшбэк,знакомят с самым большим твоим страхом,бъют по больному,не жалея.
За 5 минут в своих снах мы умираем,убиваем,проживаем жизнь,отражаем реальность на уровне своего подсознания,своего «слепого» я.
[700x467]
[677x480]
Сегодня заметила, что у меня очень худые руки.
Прям вот очень-очень худые. И вены видны.
Нет, они не выглядят анорексично. не дай бог.
От того что руки худые ладони кажутся вытянутыми, а пальцы длинными.
Все время, сколько себя помню, хотела быть рыжей с густыми кудрявыми и длинными волосами, и непременно хотела быть веснушчатой.
Почему-то все время от этого поднималось настроение, как только видела таких людей.
Казалось, что это дети солнца. Я тоже наверное хотела бы быть таким ребенком, что бы у всех от одного моего вида, да и у меня самой поднималось настроение.
Сейчас говорю как будто о клоуне или о миме.
Хотя нет. Не о миме это точно. Их я просто обожаю.
Это люди необычайного таланта. Наверное очень сложно научиться объясняться без слов.Очень полюбился французский образ мимов. Нет, я не о тех статуях, которые приветствуют посетителей различного рода заведений. Я о той классике: черный-белый. Прямо как эмоции. Только черный и белый.
А еще они почему-то очень часто ассоциируются у меня с душами умерших. Такими же одинокими,такими же пластичными, полупрозрачными...созданными ветром.
[300x234]Сегодня первый день весны.Быстро как-то, я бы даже сказала, слишком быстро.
Природа тоже на весенний лад перестроиться никак не может: снегопад за окном…
Да и я бы не против еще месяц в зиме пожить. Не против еще месяцок погулять по заснеженной набережной, не против поймать ртом еще сотни тысяч снежинок.
Ну и что, что приходится ходить в школу в больших, ужасных свитерах, тяжелых и огромных куртках, пальто…Ну и что, что приходится заматываться длиннющим шарфом так, чтобы остались видны одни глаза…
Я не против растянуть зиму на долгие долгие минуты, часы, дни, месяцы…
- Я нажала замечательную кнопочку на чайнике.
-Чайничек удивленно посмотрел в ответ.Ему стало щекотно.
-И подумал*зачем ты тыкнула мне так странно в нос*....или....*в руку*.
*где-то в кухне он начал громко шипеть*
Окна её комнаты выходили прямо во двор, смотрели на детскую площадку и детский сад. На футбольном поле играла детвора, ребята что- то громко кричали и пинали мячик по кругу. Она тихонько подошла к окну и отодвинула шторку. Шел снег. Медленно и плавно он опускался на город, заполнял все пространство. В домах горели огни, с каждой минутой их становилось все больше. Люди возвращались с работы, забирали из детсада своих детей. Кто-то выгуливал свою собаку.
Ей иногда тоже хотелось, что бы рядом был меховой комочек, который порою понимает тебя лучше, чем человек, лучше, чем лист бумаги. Но она не гналась за пониманием, ей просто хотелось, что бы кто-то был. Что бы она была не одна. Чтобы она была с кем-то.
Обитать в комнате, заполненной книгами, музыкой и ею, начинало надоедать. Процесс складывания букв в слоги, а слогов в слова начинал изматывать: книги не оставляли после себя ни одной мысли, ни одного чувства, не возрождали ни одного воспоминания. Хотелось вырывать страницы и заклеивать ими стены, потолок, пол.
Музыка становилась похожа на какой-то однообразный поток звуков, временами походила на пищание комара, столь назойливо кружилась над головой. В ней не хотелось растворяться как прежде, не хотелось закутаться в неё с головой.
Улица постепенно пустела. Мальчик ушел вместе с мячом домой, остальные тоже стали расходиться. Тишина. Начали зажигаться фонари, в их свете снег казался маленькими, порхающими бабочками. Она задернула штору.