Сегодня последний рабочий день перед отпуском, как же я заколебался. Наверное подобные эмоции испытывает каждый, кто работает долго и напряжно, с людьми, которые выносят мозг, ежедневно, стабильно, где ты всегда подгоняем различными обстоятельствами типа сроков, обстоятельств, возможностей и вероятностей, всплывающими форс мажорами и прочей лабудой.

Впереди две недели смены деятельности, потому что работа продолжится на доме, но хоть высыпаться буду по утрам, по крайней мере на это рассчитываю. Ну и тепло пришло в наши края, сегодня прям можно уже без куртки ходить, +22, а это значит, что погода будет располагать к чему-то отпускному - потюленить, на свежем воздухе отдохнуть, мороженого поесть, шашлыков пожарить, бассейн надо будет доставать и монтировать, тем более конец учебного года на носу.

Понимаю, что скорее всего без меня будут жёсткие запары в нашем отделе, ну и в соседнем как следствие, с другой стороны - незаменимых людей не бывает, и как-то они всё это расхлебают худо-бедно, всё равно первые недели после отпуска они такие, разгребаешь всё что было сделано другими. Короче, пожелаю себе удачи. Коллегам тоже сказал, что всё будет хорошо, но все на меня как-то странно посмотрели, мол ага, так и будет, по этому поводу нашёл анекдот, немного чёрный юмор, но да ладно...

— Папа, а что значит «всё будет хорошо»? Когда это оно будет?
— Вот ты, сынок, вырастешь, потом состаришься, потом когда–нибудь умрёшь. И вот положат тебя в гроб, начнут опускать в могилу и кто–то будет руководить этим процессом и приговаривать: «Ниже… Ещё… Ещё немного… Теперь чуть левее… Ещё чуть… Вот, теперь всё хорошо!

П.С. Чашка кофе всем, кто любит кофе, кого оно бодрит, ну и отдельным гражданам, они просили.

Церковь - это не собрание святых,
а толпа кающихся грешников.

Преподобный Ефрем Сирин

Много лет назад я ходила в больницу к одному мальчику. Он лежал там долгие месяцы после того, как на него опрокинулось ведро с кипятком.
Маленький и обожжённый, он храбро сносил всё выпавшее ему, почти не плакал и не жаловался, удивительно тонко отвечая на вопросы, которые я задавала. А это были взрослые вопросы о жизни, о горевании, о переживании необратимого и о стремлении к свету даже там, где надежды на него отчаянно мало...

Однажды, уходя, я предложила ему искать в каждом дне хоть какую-то крошечную деталь, которая окупит неизбежную боль и даст выдержать мучительные процедуры.

- Знаешь, Митя, - сказала я тогда, - мы обязательно должны давать жизни понять, что держимся за неё, что хотим жить несмотря ни на что...она слышит, я верю. Почти всегда слышит.

Дай ей знак, что ты её любишь.

Два дня спустя, когда я зашла в палату, Митя посмотрел на меня немного смущённым взглядом и тихо проговорил:
- Я вчера держался за творожники...они были очень

вкусные, я так и сказал жизни.

И мне потом на перевязке было почти не больно.

Она меня услышала?

Едва сдерживая и слёзы, и смех, я осторожно поцеловала маленькую ладошку, в полной мере осознав, что и за творожники можно держаться, когда благодарность жизни намного сильнее обиды за её частую несправедливость.

P.S. Недавно мне написал молодой интересный мужчина. Дмитрий. Поздравил с праздником и спросил в конце: "Лиля, а Вы помните, как я держался за творожники?" А потом добавил: "И ещё за Вашу нежность ко мне"...

Нежность и вправду не имеет цены. Как и благодарность. И порой даже творожники.

Лиля Град

Ничто и никто ваше сердце не успокоит,
кроме совершенной преданности вашей
в волю Божию...


Преподобный Антоний Оптинский

на фоне Оптинской Пустыни .

Есть периоды , в жизни ,
когда судьба, обстоятельства

и даже люди к нам благосклонны.
Не следует волноваться.
Это пройдет

Жюль Ренар

-французский писатель и драматург,