Новый Год в Ирландии.
Новый год – время надежд, желаний. радости и планирования будущего. Новый год отмечается во всем мире с вечеринками, застольями, песнями. танцами и поздравлениями.
[показать] [показать] [показать]
Как я люблю её в первые дни
Только что из лесу или с метели!
Ветки неловкости не одолели.
Нитки ленивые, без суетни,
Медленно переливая на теле,
Виснут серебряною канителью.
Пень под глухой пеленой простыни.
Озолотите её, осчастливьте
И не смигнёт. Но стыдливая скромница
В фольге лиловой и синей финифти
Вам до скончания века запомнится.
Как я люблю её в первые дни,
Всю в паутине или в тени!
Только в примерке звёзды и флаги,
И в бонбоньерки не клали малаги.
Свечки не свечки, даже они
Штифтики грима, а не огни.
Это волнующаяся актриса
С самыми близкими в день бенефиса.
Как я люблю её в первые дни
Перед кулисами в кучке родни.
Яблоне - яблоки, ёлочке - шишки.
Только не этой. Эта в покое.
Эта совсем не такого покроя.
Это - отмеченная избранница.
Вечер её вековечно протянется.
Этой нимало не страшно пословицы.
Ей небывалая участь готовится:
В золоте яблок, как к небу пророк,
Огненной гостьей взмыть в потолок.
Как я люблю её в первые дни,
Когда о ёлке толки одни!
Борис Пастернак
Вы всегда нас баловали, и дарили, и ласкали.
Как же нам вас отдарить? Чем на елку подарить?
[483x600]Кот и повар. (Иллюстрация басни И.А. Крылова). 1854
Уходя в кабак, Повар оставил кухню на попечение Кота Васьки, чтобы тот стерег от мышей съестные припасы. Но, вернувшись домой, Повар обнаруживает, что Кот, «припав за уксусным бочонком, мурлыча и ворча, трудится над курчонком».
Новый год светлой грустью и песней Булата подкрался.
Мандариновый запах и ели густой аромат.
Волшебство тихих нот окуджавского зимнего вальса
Вновь укутало шарфом и в детство вернуло назад…
…С бородою из ваты задорно хохочет мой папа,
Суетится в переднике мама, и стынет пирог.
Я восторженно трогаю колкие ёлкины лапы,
В белоснежных снежинках шагнувшие к нам на порог...
- Подавай мне игрушки, дочурка, но будь осторожна! -
Я несу, обхватив неуклюже, серебряный шар…
Мир в ладони вместить – разве счастье такое возможно?
Да ещё чтобы бережно папа за руку держал…
Достается из шкафчика празднично - белая скатерть.
Как нарядно украшен свечами обеденный стол!
И под ёлкой сидит лупоглазая " Новая Катя ",
А мы ждём, чтобы папа нам спел про "малиновый ствол"...
Коллектив из Буэнос-Айреса, создан в 2003 году. В своих работах использует как старые записи, например, голос "отца" танго Карлоса Гарделя, так и собственный материал. Наслаждайтесь =)
No se
Мари Лафорэ — французская певица и актриса. Настоящее имя — Maitena Doumenach.
Родилась 5 октября 1939 года в семье армянских эмигрантов во французском городке Сулак Сулак-сюр-Мер, что в департаменте Жиронда в Аквитании. Ее карьера началась случайно в 1956 году. Когда ей было 17 лет, старшая сестра Александра, актриса, взяла Майтену на телевизионный конкурс «Родилась звезда» (Naissance d'une Etoile), в котором участвовала. Режиссер Раймон Руло обратил на девушку внимание и предложил ей тоже участвовать в конкурсе. Майтена Дюменах победила всех конкуренток и начала сниматься на телевидении, где исполнила несколько ролей из знаменитых пьес. А через несколько лет, вместе с той же сестрой отправляется на прослушивание в театр, где ее замечает режиссер Рене Клеман, искавший героиню для своего нового фильма «На ярком солнце». Роль была написана для другой актрисы - Жанны Моро. Но счасть улыбнулось именно Мари. Сыграв в этой картине вместе с Аленом Делоном и Морисом Роне, девушка в одночасье стала знаменитостью.
Каждый из нас идет по дороге, верстовые столбы на которой поставлены прожитыми годами. Каждый движется вперед, иногда к какой-то цели, иногда - просто так. Каждый из нас встречается и расстается с попутчиками, мечтает и завидует, любит и ненавидит, но даже самый близкий человек неспособен полностью разделить с нами путь.
И не должен, потому что у каждого своя дорога.
Близкий человек может идти рядом, делить с тобой радости и невзгоды. Ваши пути могут навсегда слиться в один. Но ведь когда-то вы шли порознь.
Не бывает одинаковых жизней. Не бывает.
У одних - скоростное шоссе, у других - извилистая тропинка, то и дело разрываемая завалами. Кто-то скучно бредет по пыльному проселку, а кто-то, пританцовывая и подпрыгивая, бежит по аккуратно выложенной мостовой. Но каждому из нас, не большинству, а абсолютно каждому, рано или поздно приходит в голову вопрос: «По той ли дороге я иду?» И утвердительный ответ на него иногда требует большого мужества.
Людям нравятся широкие магистрали, а вот пыльные проселки вызывают у них отвращение. Людям хочется туда, где даже ночью светло, как днем, а гладкий асфальт лентой стремится в манящую даль. Люди пытаются схитрить, перебраться на дорогу получше расталкивают попутчиков, лезут… и очень часто выясняют, что сменили пыльный проселок на пыльную обочину. Которая вообще никуда не ведет.
Люди редко думают о том, что все дороги связаны друг с другом, что самая захудалая тропинка способна превратиться в заветное шоссе. Что надо не просто идти, уповая на лучшее, а прокладывать свой путь. Что надо найти ту самую дорогу, по которой ты можешь идти с закрытыми глазами, по которой тебя ведет душа, - и оставаться верным ей. А еще - быть упорным и трудолюбивым.
Панов "Занимательная механика"
«И все-таки почему здесь столько храмов?»
Меньше, чем в Непале, но много, много больше, чем в любой европейской столице. Куда ни кинь взгляд, обязательно увидишь один или два купола, даже сейчас, после того как красный каток безжалостно прошелся по старой Москве. Что осталось от знаменитых сорока сороков церквей? Единицы, единички… а куда ни бросишь взгляд, увидишь купол или два.
«Почему здесь столько храмов?»
Потому что Третий Рим? Тогда почему не построили сорок сороков Колизеев?
Потому что боялись Господа больше других? Судя по тому, как себя вели, - нет. Жили, как все остальные: и воевали, и бунтовали, и преступники были, и праведники, и обманывали, и совершали подвиги. Все было.
И вопрос этот был. Он задавал его и сто, и двести лет назад, и еще раньше. Он говорил с теми, кто строил очередную церковь, вторую или третью на улице, он спрашивал - зачем? И наталкивался на непонимающие взгляды: как это зачем? Они словно на разных языках говорили: зачем вам еще один храм? А что же нам, публичные дома строить? Он не унимался, но все его усилия пропадали даром. Он не мог понять, они не могли объяснить.
Вера - это слишком сложно. Вера - это не купола и кресты, вера - внутри. И именно то, что внутри, заставляет поднимать к небу купола и наполнять просторы колокольным звоном.
Вера - это слишком сложно. Ты можешь быть великим ученым, гением цифр или сил, познать законы материального мира, но спасуешь перед неграмотным крестьянином. Потому что ты стремишься знать, а он - чувствует. Ты считаешь его дикарем и религиозным фанатиком, а он смотрит на тебя, как на бездушную деревянную марионетку.
И ты, умный, знающий, проникший в суть вещей, неспособен найти ответ на простой вопрос: «Почему здесь столько храмов?»
Панов "Занимательная механика"
Автор: -Nila-
Создана: 23.12.2010 19:33
Скопировали: 260 раз
Установили: 241 раз
Примерить схему | Cохранить себе
новогодние схемки
Заслуженный артист России Александр Хочинский три десятилетия блистал на сцене ленинградского ТЮЗа. В кино он снимался нечасто. Но в его «послужном списке» такие картины, как «Странные мужчины Семеновой Екатерины», «По данным уголовного розыска», «Свидетельство о бедности», «Генерал». И конечно же, принесший ему славу «Бумбараш»! Александр Хочинский умер в 1998 году на 55-м году жизни. О том, каким был выдающийся актер вне сцены, «Смене» рассказала его сестра Елена Лебедева.
Французское предание гласит, что шампанское изобрёл французский монах Дон Периньон, учёные же утверждают, что он лишь усовершенствовал производство шампанского, улучшив его качество и сделав именно тем божественным напитком, производство которого было начато в Шампани в XVII веке. Технология же его изготовления была опубликована аббатом Федино, каноником Реймсского собора в 1718 году.
Jeremiah Stermer родился в Baltimore,штат Мэриленд на востоке США.
В одиннадцать лет начал заниматься живописью.
" Рисунок и живопись давались мне легко,как были моей второй натурой.
Я обращаю большое внимание на воздух вокруг всего.
Самый важный аспект моих работ - настроение. "
