[399x423]
…Я люблю дождь…
В летнем дожде есть что-то особенное. Я выхожу на балкон и подставляю лицо под первые капли…Дождь касается моего лица холодными пальцами, как будто лаская…Он живой…Я даже могу услышать его шепот… «Плачь…Плачь, девочка…Так легче…» Странно, но мне не хочется плакать…
Я даже не могу объяснить, что сейчас происходит у меня в голове…
Почему все изменилось? Ты изменился? А может быть, я?
Наверно, я сломалась…Ты знаешь, кто сыграл в этом не последнюю роль…Этот год прошел для меня под знаком боли…Невыносимой боли, от которой вскрывает мозг, от которой не можешь заснуть…Боли, из-за которой трудно дышать…Я уже настолько привыкла к ней, что уже не знаю, как может быть иначе…Я не помню, когда мне было хорошо…Я помню только это ощущение безнадежности, которое заполняет собой весь разум…Безнадежности, от которой хочется скулить, как волчонок, забившись в угол Его комнаты…Ты знаешь, мои слезы Его раздражали…Наверное, Он не понимал…
Мне приходилось давить в себе свою нежность…Играть какую-то роль…А я не умею играть, ты знаешь…Впрочем, как и ты, Лис…
Мне страшно от того, что я не понимаю тебя сейчас…Не знаю, что происходит у тебя в голове…А поделиться со мной ты не хочешь…Ты закрылся от меня и от всех…Я даже не знаю, как мне теперь вести себя с тобой…
Я не хочу тебя потерять.
Знаешь, с некоторых пор я стала определять свои чувства к тому или иному человеку степенью своей боли.
Мне больно сейчас…
Надеюсь, ты поймешь, что это значит…
[497x425]
Боль острыми коготками разрывает все внутри…
Да, кури одну за одной… Наверное, так легче. Мне не понять, я никогда не курила.
Мне уже трудно находить слова. А ты не хочешь их слушать…
Меня охватывает какая-то безнадежность…
Ты хочешь уйти… И я знаю, что если ты уйдешь сейчас, то больше мы не увидимся.
Волчица где-то в глубине сознания говорит мне: «Пусть идет…Отпусти…»
Но в этот раз мне почему-то не хочется слушать ее.
Я так люблю твое лицо…Эта странная смесь невинности и порочности, которая так поразила меня при первой встрече...
Я уже не смогу без тебя…
Я хочу обнять тебя, но ты меня отталкиваешь…И почему-то именно это становится последней каплей…На меня вдруг накатывает такая тяжесть, что становится трудно дышать…Я уже не могу сдерживать слезы…
Мне кажется, что любовь- это когда двое близких людей испытывают боль одновременно…
Прижимаюсь к твоей теплой шее, дышу тобой…Слушай, как сердце бьется…Дыши вместе со мной…Мой любимый мальчик…
Загляни внутрь себя, в свою изнанку, туда, где рождаются твои сны…там, где правит не разум, а что-то другое…
И скажи, что ты чувствуешь ко мне…
Если там, внутри, ничего нет, кроме гулкой пустоты, то скажи мне, и я уйду…
Волчице не привыкать…Она станет от этого только злее…
Но только не забывай мои глаза цвета пасмурного неба…Неба, которое плачет дождями…
И помни всегда, что я люблю тебя…
И пусть Свет будет свидетелем моих слов…
[499x699]
В августе, в небе... черном, бездонном,
Падали звезды в тиши…
Что загадать… чтобы было «не поздно»?
Хочется, хочется жить!
Хочется жить… и смотреть на те звезды,
Сетью ловить их полет…
Может быть это – безумные грезы,
Буйство желаний… и взлет!?
Сердце мое и трепещет… и хочет
В звездное небо смотреть!
Может оно…что-нибуть напророчит…
Хочется жить и гореть!
Ветер завивает лету кудри.
И накладывает солнечные тени.
Пухом носик-облако припудрив.
Отвыкает от депрессии и лени.
По дороге сонного тумана.
Образ мой ступает невесомо.
Солнце – нашей жизни панорама.
Исполняет бриллиантовое соло.
А моя любовь цунами испугалась.
Забралась под камень – расставанье.
Мужества всё лето набиралась.
Замерзала. Вышла на свиданье.
Глупая. Трусливая. Прощай.
Допиваю твой лимонный сладкий чай.
[600x493]
Позволь мне скрипку воссоздать.
Смычком по волнам чувств уставших.
Позволь мне горлом отыграть.
Мелодию из слов опавших.
Позволь мне разум свой убить.
И кисло-сладкий привкус боли
Добавить в жизнь. И отпустить
Больную душу… Против воли…
[418x600]
Посмотри в мои глаза, они, не знавшие небывалых трагедий, ни невосполнимых потерь, ни сильных предательств, хранят в себе частичку грусти. Но то грусть веков, помнящая о когда-то кровавых войнах, бессмысленных расправах, о боли ближним… Они еще помнят, что мы в поисках саморазрушения творим убийства руками, которые могут написать шедевры, слепить величайшие скульптуры, рушим все вдруг в безобразном приступе злобы, рвем такого же человека на куски во имя идеи, во имя чьего-то приказа – «защити Родину любой ценой, убей обидчика, который раньше как и ты просто жил и пытался найти тоже что-то главное, чтобы жить счастливо».
А теперь вы по разные стороны. Вы готовы убить, как ведомое бешеное животное. Но животное убивает либо обезумев, либо он хищник, либо он защищает детей своих…
А ты? Зачем? Во имя какой-то бредовой идеи? Надуманных ценностей? Ради загрязненной и разграбленной твоими же собратьями Родины???
Тогда Бог зря позволил детям превратиться во взрослых, которые способны причинить всеохватывающий вред…
Что это? Неужели мы настолько ни во что не верим, кроме того, что все однажды умрем, и поэтому нам сейчас наплевать, что будет после нас?
Неужели знания веков, память предков – ничему нас не научила и мы живем ни на пять не выходя на спираль, а бежим по замкнутому кругу, который уже заржавел от наших мутных вод?
Неужели никто не крикнет, в этот миг когда казалось бы уже поздно, что войне нет места в мире, созданном для счастья любимым детям Бога – нам???
Что же Вы делаете? Как мне докричаться??? Как передать боль хотя бы одного сердца? И как хотя бы только своими слезами потушить вспыхнувшее пламя новой, продиктованной демонической половиной человека, жажды войны…
Почему же все молчат и молча глотают слезы???
Война! Война пришла в наш дом.
Не думай, что она не наша.
В Цхинвали от снарядов гром, -
Огонь по детям – это страшно…
А город спал, а город знал,
Что миротворцы на защите,
Но в воздух поднялся металл,
Окрасив небо на орбите
В кроваво-огненную ночь.
И мать еще пока не знала,
Спасет ли маленькую дочь
От гнева подлого металла.
Ты думаешь, что не твоя
Жена, и дочь? Что город где-то
Вдали от дома твоего,
На том краю большой планеты?
Не верь – война пришла в ТВОЙ дом!
Кавказа верные солдаты
Там гибнут, чтоб затих тот гром,
Что по ребенку бил снарядом.
Осетия – моя любовь,
Моя прекрасная горянка,
Твоя там льется нынче кровь –
А боль твоя стучит морзянкой
В моей душе. Спасите, SOS:
Мой друг погибший в Гори рос...
[351x412]:"Желания, как лепестки алых роз, должны исполняться легко...словно взмахом крыла парящей птицы…пухом тополиным…утренним солнцем, ласкающим ресницы…легким дуновением ветерка, танцующим рябью, как ножкой балерины, по озерной глади..."
Август во Львове... На улице – слякоть и дождь, квартиры не отапливаются, электричество отключили, заняться нечем; а ближайший бар – за углом, и уже звонил полусонный от перепадов атмосферного давления приятель с предложением встретиться на нейтральной территории. Думаешь: хорошо бы бросить все и сбежать из дома, туда, где хотя бы светят электрические лампочки и работает стилизованный под камин обогреватель, но - погода уже сделала свое дело, уже никуда не тянет, в твоем сознательном нет планов на вечер, а, как и во внешней среде, только скука, слякоть и дождь…
Если в этом городе когда-нибудь наступит предсказуемая погода, для нашего маниакально-депрессивного психоза не останется никаких оправданий. Мы должны будем улыбаться наступающему дню, как манекены, выставленные за стеклами витрины в статичных позах.
Мы никогда не подстроимся под другой климат, мы уже мутировали, наше коллективное сознание размыто дождем, наш взгляд на окружающую действительность не имеет четкого фокуса. Если мы уедем отсюда, мы все равно будем маяться беспричинными приступами хандры каждую осень и весну, прослывем брюзгам и занудами, наши планы всегда будут подстраиваться под дождь, и у нас родятся дети Индиго...
Если мы останемся здесь навсегда, наши внуки обзаведутся жабрами и плавниками. Так что у нас нет выбора...
Будущие жители нашего города - это те, чьи генетические записи ещё только накапливаются в разрозненных клетках, чьи бабушки ещё лежат в колыбелях, а дедушки учатся читать по слогам; чьи предыдущие жизни ещё вяло догорают на больничных койках, или стремительно несутся по мокрой автостраде навстречу своему финальному повороту… Будущие жители нашего города (я так и вижу их) худее нас и выше ростом; они любят негромкую, мелодичную музыку, навеянную дождем, занимаются любовью под душем, и вместо автомобилей покупают катера. Среди них больше поэтов, чем прозаиков, они плохие коммерсанты, потому что четкий график сделок не укладывается в верлибр дождливого сезона…
Они полюбят наш неустойчивый климат, нашу местность с её болотами и комарами, они не будут болеть простудами и страдать депрессиями ни в марте, ни в мае, ни в ноябре...
Будущие жители нашего города... Будущие мы...
Люди дождя.
[547x529]