Жители Катара гордятся своими мореходными традициями: жизнь и быт народа на протяжении веков определялась рыболовным и жемчужным промыслом, а также морской торговлей. До сих пор скользят по прибрежным водам парусные лодки доу, которые появились задолго до нашей эры и использовались для торговли в Персидском заливе, Индийском океане и Красном море. 

Теперь традиционные арабские лодки доу – это популярное водное развлечение. По заливу катаются с удовольствием как туристы, так и местные.

Хакасия – место удивительное: петроглифы, древние курганы, на которые люди волокли огромные камни – мегалиты, скалы и археологические находки.

На территории Хакасии сконцентрировано огромное количество археологических объектов различных культур и эпох. Среди всего этого многообразия особенное место по праву занимает горный массив Оглахты, скалы которого покрыты таким множест­вом процарапанных и выбитых рисунков, что их можно без всякого преувеличения назвать гигантской картинной га­лереей под открытым небом.

Широкая живописная набережная Корниш в форме полумесяца – это променад и дорога с двусторонним движением, протянувшаяся на семь километров вдоль залива столицы Катара Дохи.

Она словно мост между двумя мирами – современным с его небоскребами и старым городом с его базарами и мечетями. Пышная полукруглая линейная общественная зона Корниш служит центральным местом проведения национальных праздников, в том числе парада в честь Национального дня Катара и Национального дня спорта.

Я сегодня был счастлив. По-настоящему, целых сорок минут.  Из-за жары и духоты в город пришли грозы, а мне надо было выходить из дома, так что футболку я решил положить в рюкзак. Посмотрел на свой красивый чистый велик, улыбнулся той улыбкой, которая бывает, когда девушка берёт тебя за руку и уводит в комнату, и... Боже, я собрал весь ливень! Это было прекрасно, восторг и наслаждение. Капли хлестали прямо по мокрой коже мышцы под ней работали, не уставая; я даже на самых крутых подъёмах решил ехать вверх, не останавливаясь. Благо мотаться мне нужно было через полгорода, и я носился по нему, крутился перед красными светофорами, высунув язык набок, в жажде возобновить гонку по улицам. Лицо у меня, наверное, было как у тех собак, которые на всяких видео то радостно в кучу листьев запрыгнут, то в снег, то в грязь или воду. Во мне что-то пело. Обожаю ливень. Обожаю промокнуть к хуям до нитки, чтобы стекало, чтобы задыхаться не то от скорости, не то от возбуждения. Нестерпимо хотелось поделиться этим чувством, прямо мокрыми ладонями почти ударом вложить в грудь эти брызги, ах, вот бы гонять с ней вместе! Я даже не мог записать это на телефон, лило так, что невозможно взять его  в руки. Бесшумно скользил по лужам, совсем не поднимая воды, капли искрились в свете фар, я плохо видел дорогу, но остановиться не мог и не хотел.

Завтра тоже должен быть дождь. Пожалуйста.

Катар – это выстроившиеся вдоль набережной небоскребы с разноцветной подсветкой, верблюжьи бега и торговые моллы, древние крепости среди пустыни и роскошные пляжи – все это делает страну отличным местом для отдыха.

Тут наглядно видно, как нефтяные деньги превращаются в туристическую инфраструктуру. Сочетание арабской экзотики и фантастической урбанистики – вот что представляет собой это маленькое королевство.

Утром мы выехали из турбазы Кубайка на трассу Абаза – Ак-Довурак. Цель: добраться до Саянского перевала, он находится высоте 2214 метров над уровнем моря.

Протяженность трассы составляет 250 километров. Расстояние от Абазы до Кубайки – 55 км. От нее до Саянского перевала 95 км. А дальше начинается другая республика, до тувинского города Ак-Довурак еще 100км.

Отель, который стал нашим временным домом во время путешествия по Катару, называется Gloria Hotel And Suites.

Вот он в центре. Наш четырехзвездочный красавчик был расположен рядом с маленькой мечетью.

Волей случая занесло нас в далекий уголок Таштыпского района Хакасии. Туда, где отсутствуют блага цивилизации. Место это называется Кубайка. Для нас она дикая, потому что не привыкли обитать в таких условиях. Без света (он только днем, от солнечных батарей), безо всяких удобств. Без ванны, без горячей воды, без связи. 

Первые жители назвали этот поселок именем охотника Кубайки. Вначале это была таежная заимка. В 30-60-х годах прошлого ХХ столетия этот отдаленный горный район был развитой и густонаселенной территорией. Здесь располагались золотые прииски Абаканского приискового управления, лесозаготовительные участки Таштыпского леспромхоза, геологоразведочные партии.

В центральной зоне аэропорта сплошные дорогущие бутики. Самые модные брэнды отваливают баснословные суммы за аренду, лишь бы попасть со своими товарами в этот "аэропорт для миллионеров".  Там реально дорого, богато и красиво.

При покупке билета авиакомпании часто задают вопрос: Какую стыковку выбрать – длинную или короткую? Казалось бы, странный вопрос, конечно короткую. Зачем терять время в аэропорту.

Международный аэропорт Хамад в столице Катара Дохе – это новейшая авиагавань, которую открыли относительно недавно: в апреле 2014 года. Сегодня это один из лучших аэропортов мира.

Для его строительства значительную часть территории пришлось осушить от вод Персидского залива. Сейчас он в состоянии обслуживать более 50 миллионов пассажиров в год.

   А не покататься ли нам на катере по державным водам Енисея.

Небольшие суденышки примкнули к берегу, терпеливо дожидаясь новых пассажиров.

Вышиби голову цветом красивым,

Излейся лазурной рекой.

Сколько ты выплакал - нитку завитую

Вырастишь острой травой.

Ветер качает тебя, ебаната -

Радуйся, жизнь хороша.

Чего же тебе так отчаянно надо?

И где же твоя душа?

                                Зеленый оазис

Международный аэропорт Хамад находится в столице Катара городе Доха.

Время в пути из Москвы составляет пять с половиной часов. Про аэропорт будут три части. В первой – фотографии прекрасного сада. Затем расскажу о самом аэропорте.

Я последнее время очень нестабилен внутри. Затяжная депрессия и отсутствие близкого человека вылились в такое, что меньше чем за минуту настроение может смениться на прямо противоположное. И есть ещё кое-что, но это совсем ужасно. Такое было уже когда-то, но сейчас я не знаю, что делать, и не попросишь об этом. К тому же я ведь никогда не признаюсь, что со мной что-то не так или что мне нужна помощь. По ощущениям мне пизда, голова просто не выдерживает постоянного напряжения. С таким человеком никто не захочет быть рядом, конечно же, я понимаю, но это единственное, что мне нужно всю мою жизнь. И всегда что-то не так. Мне надоедает эта бессмысленная хуйня.

- Я скучала! - <целует куда ни попадя>. - Скучала очень, Вик, Вик, а ты?
Я держу её лицо в ладонях. Руки дрожат от возбуждения, я не попадаю в губы толком, как подросток..
- Ты не представляешь, кошмар ебучий, но я вот не могу, кроме как тебя, Вввиии...
Кусает в шею, мне пиздец. я к такому не привык, хотя и жду каждую минуту. Она отрывается от меня, смотрит в глаза.
- Здравствуй, милая! - говорю.
- Милая?  Здравствуй? <целует лицо> ебанутый?
- Да.
- Манда! - сжимает меня за загривок. - Ничего не хочешь добавить?
- Я всё чаще думаю, что останемся только мы вдвоём.
Нежно смотрит на меня и гладит плечи и грудь.
- Я этого и боюсь. Я не хочу так, чтобы меня не было без тебя.
- Но мы же не можем умереть.
- А вдруг? Вдруг что-то... - опускает взгляд, утыкается лбом в мои губы. - ...Вдруг что-то другое, чего я не знаю? Чего мы не знаем. Это же будет как жить с трупом.
- Да ты и так с трупом, Хэл. - Она вскидывает глаза.
- Нет, я тебя вижу и чувствую. Вик. Вот посмотри на меня.
Её взгляд не ищет чего-то во мне. Она всегда точно знает, на что смотрит. Глубоко вдыхает.
- Почему ты не пускаешь меня ближе? Ты тоже боишься, да?
Держу её в своих руках, и такое чувство, будто она не отсюда. И ведёт себя, как диковинный зверёк, и будто не дрожь по ней пробегает, а как у кошки, только под пальцами.
- Мне думается, что я ничего не боюсь. Только за кого-то близкого. Но это очень редко. Я просто не хочу тебе даже шанса на какую-то хуйню, понимаешь?
- Так ведь ты же не хуйня.
- Повторяй мне это почаще. А лучше - будь просто рядом. Всегда. Если можешь и... если хочешь.
Тупит взгляд и ковыряет носком землю передо мной.
- Я боюсь. Я. Я даже бояться боюсь. Ты что-то со мной сделал, и я теперь ни туда, ни сюда. Не могу быть прежней. Не знаю, как быть с тобой. Нужно что-то такое, что сильнее нас; знаешь, как на библии поклясться.
- И что это могло бы быть?
- Не знаю...
- Я думал об этом. Думал о том, что можно верить, но вера уходит. Так не работает. Теперь я думаю, что нет ничего сильнее нас самих. Мы уже перешли ту грань, когда можно было опереться на что-то, чтобы переворачивать мир. Теперь мы сами.
Хэл замирает, обдумывая слова. Поднимает голову и прижимает меня крепче.
- Да. Наверное, ты прав. Я как-то по инерции вот жила последнее время и не понимала, что изменилось, почему всё стало сложней. Да, видимо, так. Но я не знаю, что делать без тебя. Значит... выходит, ты моя опора. Чёрт. Что теперь делать?
- Я знаю только один способ.
Вопросительно смотрит.
- Просыпаться друг с другом.
Её глаза распускаются как цветок в этот момент, одни зрачки.

______

...Всю неделю обещали дожди. Мы решили просто спать и проводить по возможности  рядом каждую минуту. Нужно было набраться сил перед тем, как сделать что-то важное, что-то необходимое, а ещё постараться понять, готов ли мир к этому, или это останется между нами. Пока.

Много мистических и таинственных загадок хранит в себе древняя земля Хакасии. Курганы и изваяния, которые старше египетских пирамид. Одно из таких изваяний – это Улуг Хуртуях Тас. Но по смыслу ближе Глубокоуважаемая Каменная Бабушка, также ее называют Матерью всех матерей.

Ежегодно пообщаться, поклониться этому древнему божеству приезжают тысячи человек со всего мира, и православные, и мусульмане.

Список лучших аэропортов мира, которые делают все возможное, чтобы развлечь своих пассажиров во время задержки или отмены рейсов.

1. Так, международный аэровокзал Инчхон в Сеуле (Южная Корея) предлагает путешественникам 2 кинотеатра, музей, бассейн, каток, поле для гольфа и 7 садов. 

[730x377]

 

Кроме того, в культурном центре аэропорта проводятся танцевальные шоу и играет живая музыка.

Лунная ночь зимой

Адольф Густав Швейцер ( Adolf Gustav Schweitzer, родился в 1847 г. в Дессау, умер в 1914 г. в Дюссельдорфе) — известный немецкий художник-пейзажист, специализировавшийся на зимних пейзажах. Адольф Швейцер учился у Освальда Ахенбаха ( Oswald Achenbach) в Дюссельдорфской Академии Художеств. Его учеба прерывалась на время Франко-Германской войны 1870-1871 гг., в которой А. Швейцер участвовал как доброволец.

Хакасия – место, где люди покорили Енисей, а Енисей продолжает покорять их сердца – так говорят жители. По размеру он является второй рекой в России и пятой в мире.

Великолепный Енисей петляет мимо высоких гор, он восхищает и поражает своей мощью. Вокруг невообразимая по красоте природа: поросшие хвойным лесом горы, бескрайнее синее небо.