[300x286]Счастье можно найти и в темные времена..
если не забывать обращаться к свету.
Проф. Дамболдор.
В большинстве регионов цены на коммунальные услуги поднимаются в среднем на 20-25 процентов, — и это ввергает уволенных и сокращенных в панику. Недавно прозвучало уточнение, что обещанное президентом пособие по безработице в 4 900 рублей — не минимум, а максимум; минимальной же остается сумма в 850 рублей. Немолодая женщина в троллейбусе говорит о грядущем отключении света и газа как о чем-то вполне решенном, но на вопрос: «Не выселят ли?» твердо отвечает: «Нет. Государство не допустит».
Невыносимый блеск на подоконнике кафе. На минуту думаю, что это зеркало, оказывается — глянцевый журнал. Называется «НедвижЕмость в Италии». Официантка понимающе улыбается: «Да, все почему-то смеются. Но знаете, у нас каждый второй пишет „приемлимый“ вместо „приемлемый“, а мы хотим грамотности от риелтеров. Да пусть себе пишут». — «Где вы учились?» — спрашиваю. — Отвечает: «В Томске. Но я простой инженер».
*прямо по Линор Горалик: "Соседка в лифте кормит держит на руках собачку и кормит ее шоколадом. Собачка отворачивает, закатывает глаза, вырывается, но хозяйка настойчива, приходится есть.
- Вот же какая красавица у нас, хорошая наша девочка, - приговаривает хозяйка, - как ей не дать шоколадку? Даем! Плохо ей, нашей красавице, а мы все равно даем!"
[700x560]
[640x480]
[185x250]У каждого дома есть своя история. В окнах дома, мимо которого вы ходите по утрам, была жизнь, и свет, и может даже играла музыка. То ли маленький мальчик старательно пилил на скрипке, то ли магнитофон разрывал тяжелый рок. В распахнутые летом, в эти окна дул теплый ветер, а зимой, в плотно закрытые и заткнутые поролоном - упрямо бил стекла снег и дождь. В них вечером мерцал телевизор, а утром в них раздвигали шторы. На этих запотевших окнах рисовали пальцами дети, ленивые толстые коты следили за беспечными голубями, сидя на форточке. За этими облезлыми рамами когда-то была жизнь и решались судьбы. В окнах дома, мимо которого вы ходите по утрам. Дома, бывшего чьим-то...
Потертые табуреты, насквозь процарапанная барная стойка, бледный свет, обросшие рожи, синяки под глазами.
Он сам мало понимал, что делает в этом Богом забытом засранном месте.
Но все же продолжал сидеть, наблюдая, как эти мужланы вяло играют в бильярд, обсуждая очередную попойку и футбольные матчи, и ждал, пока ему намешают очередной джин-тоник.
Бармен пододвинул стакан, не забыв бросить косой взгляд в закуску.
Оригинальному для этого места посетителю было понятно, к чему такой взгляд.
Опять принимают за гомосека, и лишь потому, что он любит бабский напиток.
Хотя его мало волновало, за кого его принимают здесь.
Тем более его совсем не привлекала перспектива лакать бутылочную мочу, которая, видимо, весьма актуальна среди здешней публики.
Он гадал про себя, что же его привлекает в этой дыре.
Он может спокойно пойти подрыгаться в самый дорогой клубешник, нажраться самым дорогим алкоголем и снять самых дорогих девок, не нанеся себе при этом капитального материального ущерба.
Потом понял.
Элементарно, Ватсон - просто за**ало.
Блеск бриллиантов, героиновых глаз и силиконовых сисек откровенно замозолили его взгляд.
А в этом грязном баре человеческого было больше.
Не самого лучшего человеческого. Зато настоящего.
Обилие коричнево-красного дерева в данной обстановке странно успокаивало, позволяло немного забыться.
Он подумал о том, что страшно хочет красного коктейля.
Не Кровавую Мэри, или другую восхитительно простую, но противную лабуду.
Более сложного, но совершенно натурального, который бы приятно разлился по всему сердцу...
[700x525]
Ясность сердца, молчаливость, самообладанье, кротость,
Чистота жизни – называются подвигом сердца.
Бхагавадгита. ГЛАВА XVII