Хочется пить, точнее, нажраться…
Муравейник сделал меня одиночкой,
Все его 5 и 5 миллионов
Повернулись ко мне спиной.
Я сам почитаю независимость каждого,
Но холод и гордость его обитателей
Выжгли на коже клеймо отчуждения.
Больную клетку оттолкнул организм.
Не устает, жрет и смеется -
Горло города плюет мне в лицо.
Дай ему, Боже, пусть оно захлебнется,
Пусть подавится мною уже.
Сердце - маленький нервный комочек -
Не откроется! Не старайся, не жди!
Я буду смеяться и жечь себе горло,
Пусть все остается внутри!
Этот город питается кровью
Тех, кто жив еще, кто еще не иссяк,
Сгустком страха с фронтов и районов
И мясом бездомных собак.
Я сам отзываюсь на зов Притяжения,
Я знаю, как слепят все его “хочется”
Хор людей с перебитым корытом.
А я жгу себе горло, я плачу одиночеством -
Капля в море отдельных капель.
Капли в луже - в одной и той же грязи.
Я буду стараться, пусть мне будет хуже,
Но выживет то, что внутри.

К черту печаль, и в светлую грусть
Сквозь зубы сказать,что я не боюсь
Вырвать чеку,и плевать что потом,
Я так устал,со мной как со скотом
У кого больше прав мерят здесь кошельком,
На родной земле я устал быть рабом.
Но моя усталость - отчаянье загнаной мыши...
Заставляет меня быть сильнее и выше.
Удачи и счастья,тем что молчат,
А ты поднимайся,вставай с колен брат...
ПОРА ОРАТЬ!

Можно тихо шептать о красоте и любви
Я наверное мог бы,но оставлю другим...
Все кто не стал,не захотел,не привык
Я надеюсь поймут,и простят этот крик.

Кто-то должен сказать,и пусть скажем мы
На родной земле я устал быть немым,
Но моя усталость - отчаянье загнаной мыши...
Заставляет меня быть сильнее и выше.
Удачи и счастья,тем что молчат,
А ты поднимайся,вставай с колен брат...
ПОРА ОРАТЬ!