Войны бывают разные: длинные и короткие, результативные и не очень. Бывают бессмысленные. Бывают бессмысленные для одной стороны, бывают бессмысленные для всех участников. Бессмысленные не значит безуспешные. Бессмысленная война может оказаться очень даже успешной: подарить одному из участников (коалиции) победу и на некоторое время принести победителю существенные бонусы. Но эта победа не гарантирует последующую безопасность, не создаёт условия для создания сколько-нибудь прочного мира по лекалам победителя.

Можно сказать, что в каком-то смысле все войны бессмысленны, так как через двести или триста, через пятьсот или тысячу лет ситуация всё равно изменится и бывший победитель исчезнет с политической карты или (если ему удастся уцелеть) предельно маргинализируется. Но, во-первых, есть разница между возникшими по результатам войн системами международных отношений: одни не выдерживают и полувека, рассыпаясь лет через двадцать-тридцать-сорок, другие сохраняются веками и тысячелетиями. Во-вторых, есть пример Китая, пронесшего одну и ту же (пусть постепенно и видоизменявшуюся) культурную и государственную традицию от третьего тысячелетия до Р. Х. (Ранее царство Египта — первая и вторая династии фараонов) до наших дней. Китай выигрывал войны и терпел поражения, но неизменно оставался существенным фактором международной политики, экономики и торговли, а большую часть времени своего существования — великой державой или сверхдержавой. Менее актуален, но также интересен пример Японии, до конца XVI века мало интересовавшейся событиями за пределами главных островов своего архипелага. Но японцы, чья культурная традиция уходит корнями в китайскую, также продемонстрировали удивительную устойчивость системы (ими до сих пор правит императорская династия, основанная легендарным императором Дзимму в VII веке до Р. Х.).
Поэтому в качестве бессмысленных мы определяем войны, либо вообще не приведшие к ожидаемым изменениям, либо такие, вызванные которыми изменения были опровергнуты в течение жизни одного поколения.

Бессмысленной была Столетняя война, длившаяся более ста лет, но так и не приведшая к объединению английской и французской корон. Более того, резко ухудшившая положение инициировавшей конфликт Англии, которая по итогам войны потеряла даже те остатки «Анжуйской империи», которыми владела на континенте к её началу. Изначально претендовавшая на французскую корону старшая ветвь Плантагенетов была свергнута, а две младшие (Ланкастеры и Йорки) вырезали друг друга и массу своих родственников в ходе Войны Роз — гражданской династической распри, ставшей следствием провальной Столетней войны. Только сто лет осторожной политики Тюдоров позволили Англии, при последней представительнице династии Елизавете I, восстановить свои позиции в качестве великой державы.