Slipknot выступят на фестивале Park Live

16 июля - Москва - Лужники Парк

Билеты:
Ponominalu
Яндекс.Афиша

[494x699]

[604x451]

[524x699]

Slipknot приступили к работе над новым материалом
[показать]

Интересует данный значок. Он явно зооморфный, но сомневаюсь, что скарабей. Как по мне, больше походит на двух жаб или ящериц без хвостов. Расскажите, кто знает. Заранее благодарна.

Интересует данный значок. Он явно зооморфный, но сомневаюсь, что скарабей. Как по мне, больше походит на двух жаб или ящериц без хвостов. Расскажите, кто знает. Заранее благодарна.

[показать]

Выступление было отличное. Сделала несколько фоток группы. Точнее, фоток-то много вышло, а сюда выкладываю самые лучшие и понравившиеся. =)

[показать]

Читать далее...

[показать]
Читать далее...

I

八卦图 Ба-Гуа
Восемь триграмм

[224x221]

Это древний конфуцианский символ времени и пространства «все течет, все изменяется», состоящие из 8-ми триграмм, которые в свою очередь состоят из 3-х сплошных (ян) или прерывающихся (инь) линий «яо». Восемь природных явлений, для прогнозирования природных и и социальных изменений. Инь и Ян, - две силы для создания взаимодействия между источником всех вещей. Отсчет в триграмме ведется снизу вверх.

Учение о триграммах достаточно широко используется для описания приемов и методов цигун и в древних трудах по алхимии. В практике цигун они используются для индивидуального определения времени, направления и места занятий, для управления процессами "регулирования сердца", "регулирования дыхания" и "регулирования тела".

 

Первая черта символизирует поверхность Земли, то есть представляет собой информацию о процессах рождения, роста, изменений, старения и перехода в скрытое состояние, полученную в результате наблюдений за Землей. Вторая черта символизирует человека, овладевшего законами "неба и земли", которые помогают ему жить и трудиться. Третья черта символизирует небо, включая движение небесных тел и изменения погоды. Кроме того, 3 черты олицетворяют тело, душу и дух человека; иррациональные эмоции, рациональный ум и сверхрациональный интеллект.

 

(Линии приводятся, вопреки правилам, сверху вниз):

1. 乾、 Цянь – 3 сплошные линии. Драгоценность (нефрит или жемчуг (дракон с жемчужиной)). Символ неба.

Читать далее...

Это цитата сообщения -Черная-Невеста- Оригинальное сообщение

Продолжение черных

Чёрное свадебное платье

Смотреть фото

Это цитата сообщения -Черная-Невеста- Оригинальное сообщение

Черное свадебное платье!

Как же я могла обойти такую тему?

Черное свадебное платье довольно у многих может вызвать шок, негодование, недоумение. «Как, черный?! Если белый — признак невинности и чистоты невесты?! Ах, ну, да, нынешнее поколение далеко ушло в сторону от моральных принципов и каких-либо понятий...» - воскликнут люди, которые мегаконсервативны и далеки от понятие стиля.

Нельзя не согласиться, что черное свадебное платье кажется весьма странным выбором. Ведь отношение к черному цвету сформировывалось в течении всей жизни человечества. Никто не станет спорить, что черный цвет — самый подавляющий цвет спектра и наиболее авторитарный. Но, так же, как он кажется могущественным, так он и вселяет некий страх. Ведь черный ассоциируется у нас с кромешной тьмой и неотступной смертью. Черный цвет в человеческом подсознании порождает тревогу и ощущение неизвестности. Черный — цвет магии, колдовства, тайны. Каждый человек, если глобально, боится того, что мир когда-либо поглотит черная дыра, а если узко, то ведь и черный кот, переходящий дорогу, вызывает сомнение: идти ли дальше?

Да, то впечатление, которое порождает черный цвет, - отнюдь не самое положительное. Почему же тогда черные свадебные платья с каждым годом пользуются все большим спросом, а кутюрье-затейники не перестают удивлять нестандартных мышлением девиц своими потрясающими моделями черных свадебных платьев?

Что ж, говоря о черном свадебном платье «вслепую», то есть, не видя наглядного примера, можно долго и нудно разглагольствовать о том, что это плохо, некрасиво, непразднично и, в конце концов, несвадебно. Но, стоит только взглянуть на чудные модели черных свадебных платьев, созданных умелыми руками известных модельеров, как мировоззрение по поводу черного цвета на невесте, тут же меняется.

Черное свадебное платье поистине удивительно, эффектно и обворожительно! К примеру, черный ведь несет в себе не только негативную энергетику: черные дорогие роскошные машины зачастую подчеркивают важность и внушительность той персоны, которая в ней едет. Черный — бесспорно авторитетен, и в то же время, в больших количествах, может вызвать впечатлении агрессивности «хозяина». Что ж, вполне вероятно, что барышня, надевшая черное свадебное платье, совсем по-другому смотрит на мир и его проявления, чем ее друзья и знакомые. Хотя, черный цвет, может и противоречить сам себе: ведь он весьма консервативен, скромен и внушает неподдельное уважение.

Черное свадебное платье может дать ощущение глубины и веса. Невеста в черном свадебном платье окружит себя ореолом таинственности и ароматом загадки. Главное, что свадебный день — это все-таки веселый праздник, поэтому, надев на себя черное свадебное платье, не снимайте с лица улыбку. Хорошее настроение должно подчеркнуть Ваш положительный настрой, а не превратить свадьбу в похороны.

Если Вы хотите черное свадебное платье, а родные не разделяют ваше мнение, можно привести в пример «маленькое черное платье» от Габриель Шанель, которое завоевало бешеную популярность в свое время и осталось образцом красоты, стиля и элегантности по сей день. Следует подчеркнуть, что оно считается универсальным: повседневным, официальным, торжественным, траурным. И никто не станет бросать непонимающие взгляды в сторону леди, надевшей черное платье на свой день рождения. Так почему свадьба должна стать исключением?

Нынешние модницы уже отказались от чисто белого свадебного платья. Более десяти лет можно наблюдать свадебные платья цвета шампань, красного, розового, небесно голубого. Так почему же черный, должен стать в этом ряду исключением? Пора развеять стереотипы!

В мире моды черный цвет воистину вездесущ! Не стоит накладывать табу на элегантное и эксцентричное черное свадебное платье! Будьте очаровательно непредсказуемы!

Автор - Полина Виковская
Источник http://www.modnieplatya.ru/interesno/CHernoe_svadebnoe_plate.html

Смотреть образцы

[373x512]

[700x487]

[349x512]

В своей известной статье «Царство Божие и Царство кесаря» в эмигрантском журнале «Путь» за 1925 год (№1, сентябрь) Н. А. Бердяев пытается соотнести феномены Церкви Христа как Царства Божьего и государства как царства «мира сего» на основании небезызвестной Евангельской максимы. Здесь он опирается на «бергсоновскую» концептуальную оппозицию динамичного и статичного. Под «царством Божьим» Бердяев понимает Церковь Христову, имеющую свою собственную основу, независимую от «мира сего», и живущую по законам духовного бытия. «Царством Кесаря» есть обозначение царства этого мира, олицетворяющее его греховный порядок. Христианство – динамично и имеет свою историческую судьбу, но всегда существует великий соблазн в идентификации христианства с конкретным «царством Кесаря». Христианство – не революционно ни в социальном, ни в политическом смыслах. Не имеет оно и каких-либо внутренних связей с империализмом. Ведь эти явления связаны с миром «посюстороннего». Имперская власть не имеет самостоятельного христианского, новозаветного происхождения и получена по наследству миром христианским от мира древнего – языческого, так как христианство не анархично и «признает миссию власти в греховном человечестве». Ведь некогда во времена первых мучеников христианство было эсхатологично и не существовало идеала христианского государства. Царство «века сего» считалось преходящим, а лица первохристиан были устремлены на близкое пришествие («парусия») Христа, Который и установит «Царство Божье» в грядущем. Но когда надежда на близкий приход Спасителя стала угасать, христианству пришлось жить и действовать в истории. В первые три века собственного существования христианство было враждебным «стихиям мира сего». Оно действовало как сила внутренне преображающая их. Но со времен Константина Великого мы сталкиваемся с первой идеей «христианского государства», с зарождением модели христианской теократии. Это было неизбежным моментом в исторической судьбе христианства. Стал господствующим взгляд относительно вечности и сакральности христианской теократии; теперь Царство Божье и Царство Кесаря тесно переплелись в истории. Но никакое самодержавие не живет голым насилием; оно всегда держалось за свое существование через веру народа в священность данной власти. Без священной легитимации монархия превращается в жестокую тиранию и, в конечном счете, сама собой разрушается. Историческая плоть государства символизирует духовную жизнь народов. Но в силу своей условности и относительности эта символика часто меняется, выражая трансформации в духовной жизни народа. Секуляризация Нового Времени – правдивое внешнее выражение духовных изменений человечества. Секуляризация – лишь показатель исторической неудачи всех теократий. Все теократии носили условный, следовательно, преходящий характер. Они были построены на принципе ограниченного насилия, не центрируясь на главном принципе свободы личности. Христианское государство оставалось природным, языческим, не преображенным, хотя и облеченным в символы «священного», артикулирующим типично религиозные идеи.Место христианства в современном Бердяеву мире определится духовным содержанием жизни, а не внешними политическими формами. Русское Православие на грани катастрофы и присутствует при ликвидации постконстантиновского периода христианской истории. Эпоха христианской легитимации государственной власти, связанная с некоторой неискренностью, закончилась. Теперь христианство проигрывает в количестве, но может выиграть в качестве. Постулируется окончание эпохи смешанного состояния и кажущегося нейтралитета. В последний час истории христиане должны отказаться от символического осуществления христианства в жизни и перейти к реальному его осуществлению. Условными знаками уже невозможно довольствоваться. «Онтологическая искренность и правдивость должны быть нашим пафосом». В христианстве всегда присутствует, пусть ныне и подспудно, эсхатологическое упование, «в нем не может прейти искание Царства Божьего». Бердяев сравнивает события 20 века с первыми веками христианства и находит здесь формальные сходства, хотя и видит внутреннюю усложненность нашей эпохи. Для него Царство Божье не реализуемо в нашей исторической плоти и не имеет внешне зримых признаков, не может быть создано посредством исторической эволюции или быть укрепленной неким охранением. К Царству Божьему неприменимы никакие категории, взятые из царства Кесаря. Для Бердяева третий период христианства будет стоять под знаком религиозной борьбы. Христианство должно окончательно отказаться от внешней государственной помощи, но накапливать и развивать собственную творческую энергию. Третий период христианской истории может принести окончательное освобождение христианства от соблазнов языческого империализма, от утопической мечты о вселенской власти папы или царя, от идеи количественного универсализма. При всей социальной ориентированности философской мысли и симпатии к социал-демократическим взглядам Бердяев окончательно развенчал идею христианского государства. Читать далее...

Реклама всегда оставалась дуальной «хреновиной». Она по-фрейдистски вызывала к себе амбивалентные: искреннюю ненависть и странную младенческую привязанность, была завлекающим знанием «мира» о вещах и сама собой представляла товар, ассоциирующийся даже с культурной ценностью. И сейчас она все более стремится стать единственно «семейной реликвией», «отеческим наследством», то есть первоначальное назначение рекламы, скрытно вынуждающее нас разродиться покупкой с метой определенного бренда, здесь, как не удивительно, нейтрализуется. Да, некогда однозначные ощущения симпатии и неприязни скрадываются в «божественности рекламного универсума»: вся маркетинговая стратегия эмансипирована до критической сентенции «все позволено, что работает» (кстати, весьма адекватный современности парафраз слов ап. Павла о «дозволенности» и «пользе»). Поэтому реклама, расслабившись, изощряется по возможности: развоплощает, разубеждает, вызывает приступы отвращения, короче, созидает тошнотворную обстановку, да и противодействовать ей – нет сил. Искреннее сопротивление ведет только к еще более уязвляющему порабощению. Ее сказочная мощь, интенсификация мифотворчества, вовлекает людские души в новейшую, свежее сфабрикованную легенду, в которую мы по причине взросления натуры не верим, но любуемся, лелеем, дорожим ей. Да и как можно относиться к той предельно эстетской заботливости, эманирующей с поверхностей экранов, мониторов, баннеров. Здесь красиво, правильно, разумно, идеально, без изъяна; какие к черту вещи! Нет, от последних, конечно, отказываться не стали. Но посудите сами насколько градус «индивидуальности товаров» повысился при мутировании рекламы. Вещь – теперь не тот очеловеченный инструмент для сугубого применения; такое определение чересчур отдает грубой архаикой. Зачем нужен предмет, который не способен заинтересовать, завлечь, заинтриговать. Необходим товар как мифологический персонаж, нацеленный на вас, любящий вас, заботящийся о вас, в конечном счете, вступающий с вами в коммуникацию. Только в окружении этой «фэнтезийной» заботы в эпоху распоясавшегося «качества» вы почувствуете себя человеком, фигурой, личностью. Реклама и весь сегмент «Public relations» своей откровенной и показной заботливостью как бы вбирают в себя наши горести и тревоги, а мы, как благодарные пациенты, в ответ включаемся общество ценников и прилавков. К тому рекламный дискурс становится общественным благом, самым демократичным продуктом, получаемым «в дар» и доступным для всех. Еще недавно европейцы дохли с голоду, а теперь каждый мещанин способен «разделить» услады «красивой» жизни – эдакая издевательская интерпретация старого милосердия, наш теперешний ответ на ваши «хлеба и рыбу на 5000». Мифотворческое знание о товаре проникло в пористую структуру социума, поэтому нелепо обжаться на то, коммерческие отношения постепенно превращаются в замену личностных. Реклама – симптом возможной покупательской способности. Я могу обладать или нет данной вещью, но я «живу и дышу» этой «потенцией». Предыдущие горько-игривые значения «импотент» нужно отмести как не столь глобальный в сравнении с «неспособностью приобрести, купить». Реклама как верный отражатель общества, конформна в своей глубине. Каждый ее кадр, тщательно маскируя реальные процессы, наушничает нам: «Общество всецело приспосабливается к вам, включайтесь же и сами в него», – но эта взаимность, конечно, с подвохом, как речи президентов. «Продать душу за бесплодные обещания», - об этом не мечтал даже князь тьмы. К вам приспосабливается чистейший предмет воображения, вы же взамен приспосабливаетесь ко вполне реальному неприглядному общественному строю. Здесь открывается огромная политическая роль распространения рекламы: они, по сути, приходит на смену старинным моральным идеологиям. О безболезненном контроле, мягких технологиях прессования много говорили франкфуртцы: потребитель включается в социум и воспринимает его нормы уже посредством жеста потребления, с помощью покупки и продажи. Имеешь амбиции прослыть нонконформистом – вперед в леса (да, конечно, можно и главные финансовые здания подорвать, но выглядит это чрезмерно по-книжному). В чащобах анти-цивилизации занятно и полезно подискутировать о свободе воли и необходимости, потому как «в миру» community предъявляет возможность одной-единственной свободы, ни капельки ни завязанной с дорогими сердцу проблемами. «Свободой быть самим собой» становится произвольный выбор и обладание промышленными изделиями. «Свобода проецирования желаний на вещи», - здесь на хрен совершенно не важно, кто (или что) свободу мотивирует или энергетически подкрепляет, главное – вещи. Здесь и заключается мораль эпохи, нравственность цивилизации, ответственность порядочного индивида. Потребительская свобода в принципе безобидна, правда, она невольно истребляет в человеке творческие способности в отношении построения нового общества, делает закрепощенным в своей приспособленности. В то же время реклама подавляет, изображая мир, расположенный, дескать, у ног индивида; Читать далее...

Вообще, по правилам, запрещена реклама сообществ, не относящихся к тематике данного. =( Но, надеюсь, модераторы меня пропустят, ибо The Cure все же считаются основателями, точнеее, одними из основателей гоотик рока. Так что решила "рискнуть здоровьем" и пригласить всех заинтересованных людей в World_of_The_Cure. Спасибо за внимание! =)

у меня официально началась весна!!!

Перелезаю в весеннюю куртку и светлые джинсы!

ура, прическа еще нормально, стричься не надо.

сегодня удивительно странный день. Точнее, полный приключений.

сегодня никуда не поехала - решила немного передохнуть.

посмотрела "Линда, Линда, Линда" =)

добрый и разумный фильм. но вот "Линда, Линда, Линда" повергало меня в неадекват))) особенно, если учесть, что эта песня звучит раз 6 за фильм, если не больше.

скоро начнется курс по банкам. Каждый год. обожаю. единственное, что я лишусь еще одного выходного.

Новая фоточка Дио со Спейса.

[показать]