Йошкар-Ола – единственный российский город, начинающийся на букву Й. Он очень красивый! В переводе с марийского Йошкар-Ола означает "Красный город". Он оправдывает своё название, очень большое количество построек из красного кирпича. Местные ласково зовут его Йошка.
Й – моя любимая буква. Тут её кругом много: 1. Есть два памятника самой букве. 2. Музей Йошкин кот. 3. Памятники Йошкиному коту. 4. Бабка-Йошка. 5. Магазин Йошкин кот. 6. Ресторан Бабка-Йошка. 7. Йо Йо пицца. 8. Магазины Йола-маркет. 9. Йыван Кырля – актёр и поэт.
Хочу показать вам цветочную надпись с названием парка Гюльхане. Но шумная турецкая ребятня облепила буквы. Дождёмся, когда они уйдут.
Турецкий вариант арабского алфавита использовался на протяжении многих столетий. В 1928 году президент Турции Мустафа Кемаль Ататюрк решил радикальным способом изменить жизнь страны и перевести арабский алфавит на латинский. "Столетиями турецкий язык был закован в цепи, и сейчас пришло время разрушить эти оковы", – сказал он. Турецкий парламент единогласно проголосовал за Закон об алфавите.
В парке несколько фонтанов. Я их обожаю! И фонтанную стихотворность тоже!
Шумит он, брызги рассыпая,
И чуден радуги узор.
На солнце весело сверкая,
Приятно радует твой взор.
Но только кто-то лишь позволит
Закрыть воды подачи кран,
И, подчинившись чьей-то воли,
Умрёт сверкающий фонтан.
Гулять в парке Гюльхане сплошная приятность.
В парке работает целый штат ландшафтных дизайнеров.
Гюльхане – древнейший стамбульский парк, расположенный рядом с дворцовым комплексом Топкапы. Внушительная территория парка составляет 16 гектаров.
Парк украшен двумя тысячами деревьев, в основном это платаны, вязы, дубы.
Я сегодня был счастлив. По-настоящему, целых сорок минут. Из-за жары и духоты в город пришли грозы, а мне надо было выходить из дома, так что футболку я решил положить в рюкзак. Посмотрел на свой красивый чистый велик, улыбнулся той улыбкой, которая бывает, когда девушка берёт тебя за руку и уводит в комнату, и... Боже, я собрал весь ливень! Это было прекрасно, восторг и наслаждение. Капли хлестали прямо по мокрой коже мышцы под ней работали, не уставая; я даже на самых крутых подъёмах решил ехать вверх, не останавливаясь. Благо мотаться мне нужно было через полгорода, и я носился по нему, крутился перед красными светофорами, высунув язык набок, в жажде возобновить гонку по улицам. Лицо у меня, наверное, было как у тех собак, которые на всяких видео то радостно в кучу листьев запрыгнут, то в снег, то в грязь или воду. Во мне что-то пело. Обожаю ливень. Обожаю промокнуть к хуям до нитки, чтобы стекало, чтобы задыхаться не то от скорости, не то от возбуждения. Нестерпимо хотелось поделиться этим чувством, прямо мокрыми ладонями почти ударом вложить в грудь эти брызги, ах, вот бы гонять с ней вместе! Я даже не мог записать это на телефон, лило так, что невозможно взять его в руки. Бесшумно скользил по лужам, совсем не поднимая воды, капли искрились в свете фар, я плохо видел дорогу, но остановиться не мог и не хотел.
Завтра тоже должен быть дождь. Пожалуйста.
На Тверской площади между памятником Юрию Долгорукому и зданием Мэрии Москвы всегда очень красиво.
Уникальные ландшафтные композиции украшают площадь.
Важной частью светской жизни в начале XIX века бальные танцы. Они отличались разнообразием, чёткой последовательностью. На Сретенском бульваре каждый желающий мог принять участие в танцах.
В эпоху Наполеона были модны полонез, минуэт, вальс, контрданс, кадриль, полька, мазурка, котильон.
С 2011 года в Москве проводится фестиваль "Времена и эпохи".
Это всегда незабываемое путешествие во времени, возможность окунуться в атмосферу ключевых исторических эпох нашей страны, своими глазами увидеть важнейшие события, которыми гордится Москва и вся Россия.
Расскажу вам про некоторых птиц, которые обитают в Стамбуле.
Начну с аистов. На полях и в азиатской части города их много. Перелётные отдыхают в Стамбуле на пути в Европу. Через Турцию каждый год мигрируют более 500 тысяч этих птиц, пролетая по так называемому Восточному миграционному пути.
Старинной Галатской башней любуются все, и гости Стамбула, и сами турки. Она просматривается практически со всех точек города.
Её размеры: высота от основания до вершины – 61 метр, диаметр – 9 метров. Высота башни относительно уровня моря – 140 метров.
Рассказ о Стамбульских прогулках был бы неполным, если не коснулась бы самой любимой темы. Про кормёжку.
Вставлю разные кормёжные фотографии.
Ну вот, гуляем мы по турецкому городу Стамбулу.
Смотрим на турецких людей и туристов. Кто как одет, кто что ест.
Вышиби голову цветом красивым,
Излейся лазурной рекой.
Сколько ты выплакал - нитку завитую
Вырастишь острой травой.
Ветер качает тебя, ебаната -
Радуйся, жизнь хороша.
Чего же тебе так отчаянно надо?
И где же твоя душа?
Продолжаем гулять по городу Стамбул.
Вот мы с Айя-Софии смотрим свысока на площадь. Вдалеке Голубая мечеть. Справа мавзолей султана Ахмеда I. Посередине круглый фонтан, про который я уже писала.
Я последнее время очень нестабилен внутри. Затяжная депрессия и отсутствие близкого человека вылились в такое, что меньше чем за минуту настроение может смениться на прямо противоположное. И есть ещё кое-что, но это совсем ужасно. Такое было уже когда-то, но сейчас я не знаю, что делать, и не попросишь об этом. К тому же я ведь никогда не признаюсь, что со мной что-то не так или что мне нужна помощь. По ощущениям мне пизда, голова просто не выдерживает постоянного напряжения. С таким человеком никто не захочет быть рядом, конечно же, я понимаю, но это единственное, что мне нужно всю мою жизнь. И всегда что-то не так. Мне надоедает эта бессмысленная хуйня.
- Я скучала! - <целует куда ни попадя>. - Скучала очень, Вик, Вик, а ты?
Я держу её лицо в ладонях. Руки дрожат от возбуждения, я не попадаю в губы толком, как подросток..
- Ты не представляешь, кошмар ебучий, но я вот не могу, кроме как тебя, Вввиии...
Кусает в шею, мне пиздец. я к такому не привык, хотя и жду каждую минуту. Она отрывается от меня, смотрит в глаза.
- Здравствуй, милая! - говорю.
- Милая? Здравствуй? <целует лицо> ебанутый?
- Да.
- Манда! - сжимает меня за загривок. - Ничего не хочешь добавить?
- Я всё чаще думаю, что останемся только мы вдвоём.
Нежно смотрит на меня и гладит плечи и грудь.
- Я этого и боюсь. Я не хочу так, чтобы меня не было без тебя.
- Но мы же не можем умереть.
- А вдруг? Вдруг что-то... - опускает взгляд, утыкается лбом в мои губы. - ...Вдруг что-то другое, чего я не знаю? Чего мы не знаем. Это же будет как жить с трупом.
- Да ты и так с трупом, Хэл. - Она вскидывает глаза.
- Нет, я тебя вижу и чувствую. Вик. Вот посмотри на меня.
Её взгляд не ищет чего-то во мне. Она всегда точно знает, на что смотрит. Глубоко вдыхает.
- Почему ты не пускаешь меня ближе? Ты тоже боишься, да?
Держу её в своих руках, и такое чувство, будто она не отсюда. И ведёт себя, как диковинный зверёк, и будто не дрожь по ней пробегает, а как у кошки, только под пальцами.
- Мне думается, что я ничего не боюсь. Только за кого-то близкого. Но это очень редко. Я просто не хочу тебе даже шанса на какую-то хуйню, понимаешь?
- Так ведь ты же не хуйня.
- Повторяй мне это почаще. А лучше - будь просто рядом. Всегда. Если можешь и... если хочешь.
Тупит взгляд и ковыряет носком землю передо мной.
- Я боюсь. Я. Я даже бояться боюсь. Ты что-то со мной сделал, и я теперь ни туда, ни сюда. Не могу быть прежней. Не знаю, как быть с тобой. Нужно что-то такое, что сильнее нас; знаешь, как на библии поклясться.
- И что это могло бы быть?
- Не знаю...
- Я думал об этом. Думал о том, что можно верить, но вера уходит. Так не работает. Теперь я думаю, что нет ничего сильнее нас самих. Мы уже перешли ту грань, когда можно было опереться на что-то, чтобы переворачивать мир. Теперь мы сами.
Хэл замирает, обдумывая слова. Поднимает голову и прижимает меня крепче.
- Да. Наверное, ты прав. Я как-то по инерции вот жила последнее время и не понимала, что изменилось, почему всё стало сложней. Да, видимо, так. Но я не знаю, что делать без тебя. Значит... выходит, ты моя опора. Чёрт. Что теперь делать?
- Я знаю только один способ.
Вопросительно смотрит.
- Просыпаться друг с другом.
Её глаза распускаются как цветок в этот момент, одни зрачки.
______
...Всю неделю обещали дожди. Мы решили просто спать и проводить по возможности рядом каждую минуту. Нужно было набраться сил перед тем, как сделать что-то важное, что-то необходимое, а ещё постараться понять, готов ли мир к этому, или это останется между нами. Пока.
Как нравится нам гулять по историческому центру Стамбула!
Айя-София – самый красивый собор. Хотя другие тоже красивые, но мне больше всего этот.