
Обычно профессиональные фотографы приезжают в Норильск снимать шахтеров, металлургов, индустриальные пейзажи и сопутствующую им экологию. Свой фотопроект о зимнем Норильске Мария Плотникова назвала «Магический реализм Заполярья». Именно таким она представляла себе далекий заполярный город в разгар зимы.
Мария работает в жанре стрит-фотографии. Ее задача - остановить мгновение повседневной жизни, поймать, зафиксировать и сделать его актом искусства. О том, как это происходит, об особенностях работы стрит-фотографа и магическом реализме Севера рассказала сама Мария.

10 лет назад в мае 2016 года тихий подмосковный город Егорьевск потрясла новость о жестоком преступлении на поляне у деревни Челохово: 27-летний охотник Илья Асеев, прежде не попадавший в поле зрения правоохранительных органов, хладнокровно расправился с пятью мужчинами из местного байкерского клуба «Дикие сердцем». После этого он взял в заложники двух девушек, которым повезло остаться в живых. Случившееся сразу окрестили войной байкерских клубов, но у преступления был совсем иной мотив. О кровавой бойне десятилетней давности - далее.

80 лет назад, 13 мая 1946 года, Иосиф Сталин подписал секретное постановление № 1017-419сс «Вопросы реактивного вооружения». Стране нужны были баллистические ракеты. Победившая Гитлера страна стояла перед новой угрозой. Чекисты, генералы, немцы и переживший репрессии Сергей Королев объединили усилия, чтобы создать новейшее оружие. Никто еще не знал, что гонка за технологиями массового уничтожения навсегда изменит мир. О первых этапах гонки вооружений, когда многое еще казалось невозможным - далее.

Лунная ночь зимой
Адольф Густав Швейцер ( Adolf Gustav Schweitzer, родился в 1847 г. в Дессау, умер в 1914 г. в Дюссельдорфе) — известный немецкий художник-пейзажист, специализировавшийся на зимних пейзажах. Адольф Швейцер учился у Освальда Ахенбаха ( Oswald Achenbach) в Дюссельдорфской Академии Художеств. Его учеба прерывалась на время Франко-Германской войны 1870-1871 гг., в которой А. Швейцер участвовал как доброволец.


В современной войне раненого чаще всего приходится спасать не в госпитале, а там, где его «накрыло»: в блиндаже, подвале, посадке или на позиции в нескольких километрах от передовой. Вертолетная эвакуация, реанимационная бригада у переднего края и быстрый вывоз на бронемашине в нынешних условиях почти недоступны. У медика есть минуты, а иногда и секунды, чтобы остановить кровотечение, стабилизировать бойца и не дать ему умереть до эвакуации.
Поэтому медицинская служба на фронте - это не тыловая поддержка и не вспомогательная функция, а часть живучести подразделения. Особенно это касается расчетов БПЛА, которые работают рядом с передним краем, под постоянной угрозой артиллерии, дронов и внезапных ударов по позициям. О том, почему медицинская помощь должна выстраиваться вместе с боевым управлением, как бюрократия мешает спасать раненых и что приходится делать медикам под огнем, рассказал начальник медицинской службы отдельного ударного отряда БПЛА «Ирландцы» с позывным Панда.

В оккупации обширных территорий СССР активно участвовали союзники и сателлиты Третьего рейха: итальянцы и венгры, румыны и финны, хорваты и испанцы. Как и их «старший брат», они грабили мирное население, издевались над беззащитными женщинами и стариками. Зачастую солдат из Венгрии или Румынии, бесчинствовавший в деревне Воронежской или Одесской области, считал себя вправе решать, кому из советских людей жить, а кому - умирать.
На счету приспешников Гитлера сотни тысяч загубленных жизней мирных людей. И это не считая бойцов РККА, которых финны нередко убивали с особой жестокостью, а затем глумились над телами. Многочисленные случаи зверского отношения к пленным и мирному населению были беспристрастно зафиксированы Чрезвычайной государственной комиссией по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, послужив важным материалом для многих судебных процессов над военными преступниками.
Ждать ли эпидемии ханатвируса наподобие ковида? Для меня вопрос серьёзный, я бываю в Европе. Если Россия возьмёт и закроет границы, в своём любимом стиле, я не попаду туда или оттуда.
Вся пресса твердит, что всё под контролем, всё схвачено. На остров Тристан-да-Кунья выслали медиков-парашютистов - там оказался один заболевший из пассажиров лайнера, правда легко. Посадочной полосы нет, кислорода в случае осложнения - тоже. С одной стороны, у заболевания очень долгий инкубационный период (это плохо), с другой - высокая смертность, что хорошо. Он не успевает распространяться при элементарных карантинных мерах.
На всё это я замечу, что этот туризм по задворкам мира достал. Какие только радости на этих задворках ни водятся. Когда освоили Аргентину, оттуда возили мясо в Европу (огромные пастбища), но там то падёж, то ещё чего. В конце концов стали возить сено, а коровы — свои. Тот же прогрессивный метод назревает: сделать огромные крытые бассейны, подобрать спектр ламп идентичный солнцу — ничего невозможного. Или отгородить нагретый кусок моря плавучей занавесью, где оно будет теплее. Ничего невозможного, просто нужен новый Маск. Повторить Ниццу. Особенно актуально для РФ, ибо настоящая для граждан страны ёкнулась.
И парад длинноногих див в купальниках, конечно. Учись, Европа.
Увы...

MV Hondius, мензавец, где тебя носило, паразита?!