1917 год, Бирма. Британский служащий Эдвард под тропическим проливным дождем встречает корабль, на котором спустя почти семь лет после помолвки прибывает его невеста. И тут Эдварда охватывает паника, что он практически и не помнит как выглядит Молли, да и вообще не готов. Ровно за 6 минут до прибытия невесты сваливает на ближайшем корабле в Сингапур, оставив записку, мол, так и так, «у меня дела, когда вернусь не знаю, лучше тебе вернуться в Лондон». Но не на ту напал! Едва придя в себя после дороги, Молли устраивает «Догонялки по Азии» — Мандалай, Сингапур, Бангкок, Сайгон, Гонконг, Манила, Осака, Шанхай, Чунцин, предгорья Тибета. Он рассекает в полусне, мазохистски принимая Восток как судьбу. Она — с такой же странной одержимостью. Вся эта линия брызжет сатирой на колониальную вселенную и дышит жаркой, влажной атмосферой.

  Короткий, всего на пару страниц, рассказ Сомерсета Моэма португальский режиссер Мигель Гомеш соткал в визуально феерическое двухчасовое полотно. Его «Гранд Тур»  — чистое колдовство для тех, кто влюблен в Юго-Восточную Азию. Фильм будто вырван из сна путешественника: здесь пыльные улицы Рангуна соседствуют с футуристичными небоскребами, а колониальные мотивы перебиваются звуками уличного рынка 2020-х. Гомеш чудесным образом мешает эпохи, документальные вкрапления (настоящая суета, еда, лица прохожих) с идеально постановочными кадрами, и в этом хаосе рождается невероятная правда места. Ты не смотришь Азию — ты дышишь ею, спотыкаешься о её корни и будущее.

  Вот и первое первое явление Макса Кэди в исполнении Хавьера Бардема, и тут же его руки! Аааа!

  Тут требуется "пояснительная бригада".