Кукольный спектакль "Сталинградская битва".
Нет, всё-таки когда эти слова стоят в один ряд, они не производят впечатления. Их нужно разделять.
Нужно попробовать заново.

"Сталинградская битва". Спектакль, в котором играет лошадь Алёша - маленькая грустная нежно-охристая кукла-лошадь с опущенной шеей, тонкими ногами и клеймом "39". Лошадь Алёша любил лошадь Наташу, которая, как и большинство героев, погибла.
Муравьиха с болтающимися-трепещущимися усиками, которая потеряла ребёнка-муравья в Сталинградской битве: "Господи, кто ходит по миру тише нас?!" - она так спрашивает. И ещё почему счёт ведут пушкам, танкам, но не считают, сколько погибло муравьёв.
Играет богемный художник с красивым носом, длинными пальцами и длиннющим тонким мундштуком (сантиметра 3) - тоже кукла, конечно, тоже нежно-охристая, в богемной одежде.
И много других таких тонких, как будто прозрачных кукол с длинными лицами, как на иконах. Даже у лошади Алёши. А может, даже особенно у него.
Потому что неважно: "смешались в кучу кони, люди".
Только "залпов тысячи орудий" нет. Потому что Сталинградская битва здесь не между одной армией и другой армией, не между одной идеологией и другой, не между одним государством и другим, а между людьми-лошадьми-муравьями и войной.

А про армии, идеологии и государства, об этом, как мне кажется (по крайней мере, этот отрывок отозвался эхом в моей голове сейчас) я недавно прочитала в книжке Милана Кундеры "Неведение", которую я прочитала случайно за лекционный день:

"Но будущее оказалось рекой, разливом нот, в котором трупы композиторов плавали среди опавших листьев и сломанных веток. Однажды бездыханное тело Шёнберга, покачиваясь на бушующих волнах, столкнулось с телом Стравинского, и они вместе в позднем и покаянном примирении продолжили свой путь в небытие".
Развёрнуто - в 39 главе книги (http://lib.rus.ec/b/125496/read). Правда, когда развёрнуто, там уже другие смыслы появляются. И ради них интересно и книгу прочитать.

Антивоенный спектакль. Хрупкий реквием. Кажется, что, если включить свет, куклы растают, и если выдохнешь, то поднимется пыль и из песка покажется голова неизвестного солдата, уснувшего, как на подушке, на порванном красном знамени, держа в руке звезду, как из детского конструктора (АМ сказала, что у неё в детском конструкторе такая же была). И эта звёздочка, кривые столбы для линии электричества, покосившиеся домики и пролетающий зелёный вагон поезда - всё это как-то приближает всё то, что было Тогда к нашему времени и к нашему пространству. (И кстати, неважно получается, что это грузинский режиссёр Резо Габриадзе, даже для тех, для кого это бывает важно.)