ПОЖАР В СТУДИИ
The Cure сделали демо-записи для альбома "Disintegration" в доме Бориса Уильямса в Корнуолле, а затем переехали в Outside Studios в Беркшире на 4 месяца.
В октябре, в самом начале четырёхмесячной сессии, в одной из спален случился пожар, уничтоживший практически всё имущество Роберта.
Роберт Смит: "Произошло замыкание в электрическом обогревателе. Поскольку мы приехали на 4 месяца, я привёз с собой весь мой "словарный запас". Спасая мои тексты, мы ползли по полу через комнату, обернув головы мокрыми полотенцами. Нам пришлось образовать цепочку и держаться за руки, потому что только я знал, где именно находятся мои записи. Я был замыкающим в этой цепочке."
"Потом пожарники отругали нас, как школьников. Они говорили "ваша жизнь важнее, чем тексты", а я им отвечал "да что вы в этом понимаете?!". Мне казалось, что они незаменимы."

WRONG NUMBER
На «Modern Rock Live» (радио-передача) Роберта Смита спросили, что вдохновило его написать песню «Wrong Number».
Он отвечал: «О нет…на этот вопрос я не могу ответить…» А затем пробормотал что-то о том, как в наши дни не умеют общаться.
«Большинство из песен, которые я написал я могу объяснить дословно, потому что их тексты имеют последовательную структуру: начало, середина…и КОНЕЦ (смеётся). Но не «Wrong Number». Она как три разных песни. Я право не знаю… Ну, то есть я знаю, но тогда нам придётся быть в эфире ещё целый час.»
«Частично она о том…Мне всегда казалась смешной мысль о том, что различные цвета то входят в моду, то выходят из моды. А салатовый и оранжевый (мандариновый)… Я помню, как моя старшая сестра носила вещи таких цветов. Я достаточно стар, чтобы помнить поздние 60-ые. И это было такое ужасающее сочетание и люди носили летом одежду…салатовую и оранжевую. И люди верят в то, что они могут, типа, модно выглядеть, если будут носить одежду нужного цвета.»
«Это лишь одна часть песни. Другая часть это телефонный звонок в Америке, где я был, чтобы дать пару интервью в передачах на других радио-станциях.»
«Но это всё не так уж важно…Я так думаю, наверное, потому что встретил Дэвида Боуи, который сказал мне, что не стоит сильно беспокоиться о том, что означают те или иные слова… Подождите-ка…Не надо…быть…эээ…слова…беспокоиться…»

ROGER O'DONNEL

Роджер О'Доннел, покинувший группу в 1990 году, вновь присоединился к The Cure в 1994-ом. В тот момент группа работала над несколькими песнями для будущего альбома Wild Mood Swings.
Роберт Смит: «Итак, я отправил плёнку с парой песен одной девушке, играющей на пианино, потому что я хотел иметь пианиста. Но она оказалась не слишком хороша и я уже собирался попросить сыграть Джанет (сестра Роберта, которая замужем за бывшим гитаристом группы Порлом Томпсоном), а потом подумал, что это будет сложно, поскольку это означало бы, что Порл тоже будет приходить на запись и мне подумалось, что атмосфера в студии была бы странноватой, если бы Джанет играла, а Порл нет. В любом случае, она бы сама скорее всего отказалась.»
«Затем я вспомнил, что мы с Роджером обмениваемся факсами каждое Рождество, весьма идиотскими впрочем, где на двух листах мы обсуждаем , каким должен быть счёт следующего футбольного матча и то, почему мы должны не забывать друг друга, так что нам в общем нечего было друг другу сказать, но я ему позвонил и спросил, не захочет ли он прийти на запись. Я просто хотел, чтобы он сыграл на одной песне, просто посмотреть, что из этого выйдет, потому что я не был уверен, какой будет реакция Саймона и Роджера друг на друга, когда они снова встретятся. Но в первый же вечер стало очевидно, что всё получится и Роджер остался. Он играл на всех песнях (довольно-таки хорошо между прочим).»
Роджер О'Доннел: «Я был на авто-выставке и набирал с собой брошюр для Роберта, потому как он любит большие полноприводные джипы. А когда я вернулся в магазин, Лесли сказал, что мне звонил Роберт и оставил мне сообщение. Я вернулся домой и позвонил в студию и около часа говорил с Перри. Я с ним не разговаривал с тех пор, как он присоединился к группе, заменив меня…не заменив меня, а…в общем, называйте это, как хотите. И он сказал, что 5 лет ждал этого разговора, так что мы всё поставили на свои места. Хотя я никогда не испытывал к нему ненависти…с чего бы, в общем-то, я же ушёл из группы. Я считаю, что Перри гораздо лучший гитарист, нежели клавишник. Я думаю, он сам первым признает тот факт, что он не клавишник. Он всегда должен был быть членом группы. То есть он им и был, просто он не играл. Так о чём мы там… Ах да, я поговорил с Перри, а затем я говорил с Робертом и Роберт сказал, что, как он думает, цикл завершён и что сейчас как раз пора мне вернуться. Вообще-то, он хотел, чтобы я пришёл и сыграл только на 4 песнях. Но когда я оказался там, я всем сказал, что не уйду.»
«И это было великолепно…я приехал туда и Саймон сразу же дал мне пива, а затем мы пошли в студию, где была вся техника, и начали играть. И мы играли и веселились всю ночь.»


SHE MAYBE THE FACE...

В 1987 году The Cure выпустили двойной альбом Kiss Me Kiss Me Kiss Me. Одной из песен была фанковая Hot Hot Hot.
В самом начале песни Роберт Смит поёт очень высоким голосом короткую фразу: «She may be the face I can't forget».
«She may be the face I can't forget» на самом деле является строчкой из песни французского певца Шарля Азнавура. Сама песня называется «Она» и была одной из самых удачных песен Азнавура… Эту песню впоследствии перепел Элвис Костелло для саундтрека к фильму «Ноттинг Хилл».
Когда его спросили, что он поёт, находясь в ванной, Роберт Смит ответил: «Обычно что-нибудь банальное, типа «She may be the face I can't forget»…! Или просто одну ноту очень громко…»

По мотивам сайта Pretending to Swim
Перевод (c) Tothaema
[262x355]