В колонках играет - Rette mich

Глава 2.

Я до вечера каталась по городу. Только, когда на Москву опустилась ночь, накрыв весь город черным мягким одеялом, я припарковала мотоцикл и поднялась на свой этаж. Новой комнаты мне пока не предоставили, и придется заночевать у сестры, а уж незамеченной пройти не удастся, так что я приготовилась к “душевным разговорам”. На этаже никого не наблюдалось, если не считать охранника, который настороженно проводил меня взглядом до самой комнаты. Замученная, я завалилась в номер, Натка сопела в обе дырочки. Стараясь, как можно тише, не разбудив сестру, я отправилась в ванную. Простояв под душем минут сорок, я с чистой душой и успокоившимися нервами, зашла в комнату и легла на другой край кровати. Закрыв глаза, сон легкой рукой забрал меня в страну спокойствия и сновидений. Но, к сожалению, сны мои были далеко не про розового слоника. Мне снилось, что, я уезжаю далеко, далеко на мотоцикле, словно бегу от чего-то. Быстрее, ещё быстрее, стрелка на спидометре показывает 180 км/ч. И тут передо мной возникает какая-то фигура, силуэт человека, я резко торможу и падаю. Боль, адская боль. И смерть.
Я резко вскакиваю с кровати. Опять этот сон! На часах 10:15. Нормально, не проспала. Завтра пробы, надо сегодня по репетировать, чтоб совсем навык не потерять. Одев белое пальто (!!!!). И соорудив на голове, очередной Фактор страха, я вышла из номера, предварительно нацепив очки.
Я нашла своих партнеров по бизнесу на первом этаже в ресторане. Те весело болтали и смеялись. Я подошла к ним.
- Кет, ты во сколько вернулась? А то я вырубилась и даже тебя не заметила? – наивно спросила Натали. Я честно пыталась вспомнить.
- Ну, даже не помню. Часа в два, три… - задумчиво проговорила я. Сестра посмотрела на меня рассерженным взглядом. Я вспыхнула.
- Слушай, кто из нас старше то!!! Я или ты!!! Ты же мне не мама, - выпалила я, и осеклась. У Наты не было матери, она погибла, когда той было всего десять. Воспоминания, они ещё свежие, тот страх из детства ещё не прошел. Отец давно ушел из семьи, и мы приютили Натали. Хоть мы и двоюродные сестры, но стали, как родные. Помолчав минут пять, я предложила сходить куда нибудь повеселиться, а потом репетировать. Меня дружно поддержали.
Клуб назывался Блаженство. Не смотря на середину дня, тут было полно народу. Все колбасились и отрывались по полной. На сцене пела какая-то шизанутая певичка. Если заплатишь, то тебе и флаг и микрофон дадут в руки, главное чтоб бабло было.
- Прям, как ножом по стеклу! – возмущался Макс. Я его понимаю, кто её вообще на сцену выпустил? Ни слуха не голоса. Посоветовавшись, посчитав мелочь в карманах, мы дружненько отправились к администратору. Поговорив по-братски, высыпав ему всю мелочь и переговорив, мы отправились за кулисы. Примадонну согнали со сцены. Выключили свет. Нас попросили пройти и занять свои места за инструментами. Жалко, что я не прихватила свою любименькую гитару, подарок старого друга. Ну, да ладно, выбирать не приходиться. Мне пришла на ум старая песня, которую мы не исполняли очень давно. Обсудив с ребятами, мы вышли на небольшую сцену. Макс взял в руки гитару, Ната села на ударные, я, прихватив вторую гитару, подошла к микрофону. По нашим просьбам, включили минимальное освещение. Не хотелось, что бы люди видели, как я плачу. В зале стало тихо. Все ждали песни. Зрители хотели увидеть, каких неумех на этот раз выпустили на сцену. Я начала играть, затем подключился Макс и Ната. Музыка была медленная, спокойная и цепляющая. Когда пришло время, я приблизилась к микрофону. Началась песня, а слезы уже стекали по щекам. Зал тихо слушал песню. Они ни чего не понимали, я пела не на русском, на-немецком. Английский – был коньком сестры. Многие танцевали парами, тихо и спокойно. Они не понимали, ни чего… Песня была о боли и страдании, грусти и печали, о тоске… О человеке, который покинул этот мир. О любимом человеке, которого не вернуть…
Кет ошибалась, думая, что никто из зала её не поймет. Четверо парней сидящих в дальнем углу клуба, на VIP местах, поняли каждое её слово, ведь ИМ ЛИ не знать немецкого, своего родного языка. Все сидели тихо, слушая боль в голосе таинственной исполнительнице. Парень, с темными волосами и с пирсингом в брови, слушал особенно внимательно. Он сам поет, ему ли не улавливать нотки боли и страдания в голосе. Но, этот голос ему запомнился надолго, такой приятный, нежный и затрагивающий душу, грея сердце.


ЗАХОДИТЕ!!!!!!!!!!!!!!!!! [b]http://thclub.mybb.ru/[b]- форум про токов...

[567x424]