из рассказа:*Виртуальный роман*


Распахнулась дверь и появилась излишне раскрасневшаяся подруга. В левой руке брезгливо двумя пальчиками она держала лоскуток А-4, а правой опять ткнула в потолок. …Так для чего эти ясли, Игорь Николаевич, - не сдавалась Ленка. Кессоны, - поправил её новенький, - для поглощения излишнего шума, прежде всего. Ах, - вскипятилась Ленка, - и Вы считаете, что я слишком громко пою! Все захохотали, а она, прикрыв свой ротик-бантик, прошипела мне: Отсобачил меня…шёпотом, представляешь?! …Пойдём, погутарить надо…
Буфетчица принесла пару чашечек ароматного кофе и пару зефирин в шоколаде. Обожаю зефир в шоколаде. Разгрызаешь хрустящую чёрную корочку, а там первозданная нежнейшая белизна, люблю контрасты, - размышляла Людмила, глядя на излишне пёструю Ленкину блузку, - интересно, для чего она меня сюда затащила… А ком в горле не проходит. Поторопить её, что ли? Но Ленка долго молчать не умеет, - Представляешь, - начала она заговорщически, - он оказался нудистом. Ох уж этот мне виртуал. Такая была любовь, такие речи, спать не могла, его голос слышался…. Ленка сникла, я бы даже сказала, съёжилась как–то. А она продолжала: Ну, ты же знаешь, он всё время настаивал на встрече, мой медвежонок. Вчера не устояла. Пригласил в ресторан. Так красиво всё начиналось. А он выпил чуть, и понесло. Жрал, как боров, смачно причмокивая, меня чуть не вытошнило, Люд, ну скажи, почему мы все бабы такие дуры? Доколе мы будем творить себе идеалы…. Я не понимаю, а в чём проблема. Только в том, что он любит голый ходить, - попыталась я успокоить подругу. Если бы, - взорвалась Людка, он же с матерью вдвоём живёт. Только приходят домой, сразу всё скидывают с себя на глазах друг у друга, ну и т.д. И всё это он на весь зал вчера рассказывал, Любовался собой. Люд, а я сидела, смотрела и думала, он ли это – мой маленький медвежонок, в котором я души не чаяла. Ты знаешь, я до чего дошла?! Сижу сегодня в метро, смотрю на мужиков и думаю: А вот этот, импозантный с бульдожьими глазами тоже кому-то мозги парит в инете?! Или тот, сухой, как жердь с пергаментным лицом какой-то девочке клянётся в вечной любви, а сам уже от жизни весь смертельно серый…. Девочка-то этого не видит. Людка глубоко и горестно вздохнула. Ой, - вдруг встрепенулась она, я ж не для этого тебя сюда затащила. Твой звонил в двенадцать. Сказал, что до тебя никак не может дозвониться. В общем, просил предупредить, что сегодня заберёт комп. Ты просила второй дисковод, что ли поставить или жесткий диск, я не поняла. …Во мне всё ухнуло. Ленку я уже не слышала… Вот, откуда этот непроходящий ёрш в горле. Не мог вчера предупредить. «Хана» нашей переписке с малышом... Люд, - ты чего в лице переменилась?! – испугалась подруга. Ой, Ленка, ну доколе он будет меня пасти, уж год, как разошлись, сам ведь ушёл, а всё мешает мне жить…. Пошли работать…потом… В лифте, прислонив лоб к холодной зеркалке Ленка простонала: Люд, как жить-то теперь?! Нет моего медвежонка, понимаешь, нет больше – растаял, как дым. Лучше бы я не встречалась с ним. Она молча обняла подругу, и они на секундочку всплакнули каждая о своём. . .