Я любил перечитывать твои старые письма.

Твои слова врывались журавлями в мою душу застывая в причудливых красивых позах. Но я перечитывал их, чтобы чувствовать хотя бы сотую долю того, что чувствовал раньше.

Ирис. Моя Ирис.

Я помню наши утра, когда ты стояла напротив окна и резала хлеб, а я рассматривал твой профиль и запоминал каждое движение.

Я любил водить тебя в старый заброшенный театр. На пыльной сцене мы играли вдвоем лебединое озеро. Мы танцевали, танцевали, танцевали. Мы думали, что ни один актер не сравнится с нашей постановкой. Мы убегали в поля и сидели там долго, чтобы впитать в себя всю прелесть полетов жаворонка. 

Я никогда не забуду, как твоя мать смотрела на меня. Она знала, что мы поженимся и будем жить здесь до скончания веков. Она благословила нас и потом умерла.

Я остался. Я остался чтобы заботится о тебе.

 

Ты жила в старом деревянном доме в деревне, не далеко от Воронежа. Как ты туда попала, Ирис? Тебе в пору жить во Франции. Я хотел увести тебя в Париж и жить с тобой на Монмартре. Ты говорила на французском. Ты знала, что обязательно попадешь туда. Когда-нибудь. Сейчас или после смерти. Ты хотела уйти туда поскорее и ты ушла...

Ирис

Ирис, зачем ты оставила меня?