Я предпочитаю ковер линолеуму, а линолеум – бетону.

Возможно, я бы выбрал паркет или просто дерево – но передо мной такого выбора не стоит. И потому моя спина голосует за ковер.

Наверное, я бы нашел, что предпочесть облизывающему меня языку собаки - но никто меня об этом не спрашивает.

Я совсем не против пары глотков кофе, но положение мое нисколько к этому не располагает.

Я обожаю двух великанов, что-то говорящих мне сверху. Маленького и ту, что побольше. Их я предпочитаю всему остальному.

Положив руки под голову.

Улыбаясь всему и всем, что надо мной.

Лежа на полу.

P.S.: из анонса еще не вышедшего в свет апрельского номера Esquire выяснилось, что у Игги Попа "...нет особых предпочтений. Я предпочитаю пять долларов трем долларам. Вот, пожалуй, и все."
Так вот прямо и сказал.
А я попытался вспомнить что же он такое пел/играл. И не смог, представьте себе.
В общем, стыд мне и позор - говорю открыто и безо всякой иронии.
Если еще кто не помнит - милости прошу сюда.


P.P.S.: еще пару слов буквально о достопочтенном Джеймсе Ньюэлле Остерберге, если позволите.
Я вот в лицо его вгляделся и, наконец, понял чего же мне не хватило в недавних 300: не хватило банального, той малости, из-за которой Фрэнк Миллер, вроде бы, и взялся в свое время за графическое воплощение этой истории.
Ярости и безумия совершеннейшего. Безумия рожденных для смерти в бою и ею же живущих.
То, что должно было бы отличать миллеровского Леонида ото всех прочих.
То, что скрывается в глубине глаз Игги, и то, чего так и не оказалось у Джеральда Батлера.
Just look at them:
[320x213]    [204x240]



Оригинал записи здесь.