[220x155]
Напала на интереснейшую книгу "Луна, упавшая с неба" – сборник древней литературы Малой Азии. Мифы, погребальные песни, исторические записи, памятные записи... Читаешь это – и понимаешь, что не существует ни одной абсолютно самостоятельной культуры, есть только бесконечное перенятие и интерпретация вечных сюжетов и тем.

Хетты, воевавшие с Древними Египтом и Китаем, переняли свою культуру от народа хатти, а та, в свою очередь, вышла из литературы 5-7 тысячелетия до нашей эры, создававшейся ещё на общем, праиндоевропейском языке. У хеттов литература, образы, устойчивые мифологические сюжеты перешли к хурритам и лувийцам, от тех – к грекам с римлянами, и уже далее, по всему миру. Индоевропейские мотивы (вернее, мотивы праиндоевропейского происхождения, – очень хочу быть точной в терминах) встречаются в таких разных культурах, как лидийский Кандавл и ирландский Кухулин, сражавшиеся с псом. Хеттское божество-всадник Пирва родствен славянскому Перуну, мотивы борьбы Ану и Кумарби (хеттских богов) повторяются в борьбе Сета и Озириса, Зевса и Крона... Даже русские слова "леопард" и "барс" в конечном счёте восходят к хаттскому и хеттскому языкам. Удивительно, как тесно переплетена ткань этого мира.

Тексты были записаны клинописью или иероглифами (более поздние), а особенности записи помогли восстановить ритмику и музыкальность поэтических текстов. Они обладают удивительной простотой и в то же время всеми признаками стихов. А один из текстов представлет собой чуть ли не древнейшую в мире автобиографию. Её написал царь Хаттусилис III в XIII веке до нашей эры, то есть 3.300 лет назад.

Но самое удивительное подстерегало меня в конце этой книжки, когда я дошла до посвятительных надписей в конце. Они не самые древние, как раз наоборот. Но в них есть какое-то поразительное стремление протянуть связь времён, продлить её в будущее. Каждое слово обращено к будущим поколениям, к тем, кто спустя столетия будет это читать. У меня было такое впечатление, что из прошлого тянутся голоса: "Не забывайте нас, мы были! Мы тоже существовали!"

"Я Ватис, чтимая жена Сухиса, правителя страны.
Кто почтит имя моего мужа,
пусть достойно почтит и меня тоже."

P.S. Я понимаю, что мой восторг сродни восторгу помешанного энтомолога, восхищающегося узором ворсинок на лапке вечерницы. Но удержаться и не поделиться им всё равно не могу...

Настроение сейчас - изучательское