[600x600]
Вечером у меня своё особое, странное состояние. В такие моменты, я кажусь сама себе психом, ненормальной, не такой. Вечер бросает тени на меня, тени пялятся на меня из своих черных глазниц, а я пялюсь в ответ. Нагло и абсолютно беззастенчиво. К сожалению, я так и не узнаю, кто первым отвел взгляд. Я просто засыпаю.
Лежа вчера в теплой, почти душкой комнате со свернувшимся котом на спине, я смотрела сама на себя сверху. В полудреме я превращаюсь в маленького эльфа, который садится на изогнутую, пустую лапму и смотрит сам на себя. Провожает вглядом линию растрепаных волос, выбившихся из косы, острый профиль носа, вздернутую верхнюю губу, ресницы, которые слегка подрагивают во сне. Светящиеся сквозь тонкую кожу венки на висках, обнятая подушка и тонкие, почти болезненно хрупкие пальцы, которые зажали её уголок. Половина ступни выглядывающая из под перины покрывала, кусочек выглянувшего бока, который матово серебрит луна. Я не нахожу ни красоты, ни спокойствия, которое воспевают авторы всех стихов. Какая-то безнадежность и отрешеность закрывает доступ к плотно сжатым губам, скованым пальцам.
Внезапно одна мысль освещает сознание.
"Всё преходяще, скоро, совсем скоро ты состаришься и умрешь. В любом случае умрешь. И станешь кем-то другим."
В этот момент я не захотела верить в реинкарнацию. Я привыкла к своему телу, привыкла к своему перманентному одиночеству, к своим развалинам надежд, к своим порваным страницам истории. Я привыкла видеть в зеркале странное, усталое создание. Я привыкла к себе самой, я почти приняла себя саму. Я не хочу кидать это тело.
В такие моменты я чувствую, что смерть это вовсе не конец, это не страшно, возможно даже не больно. это просто переезд в другой дом. В зависимости от того, как хорошо человек работал в прошлой жизни, тем лучше/хуже будет новый дом.
А я привыкла к своему старому дому. Я не хочу его бросать. Как же он будет без меня?