-Проблема всех звезданутых звезд в том, что они многого не понимают. – затянувшись сигаретой, знаменитый спринтер с удовольствием выдохнул дым. Я даже не знаю, как меня судьба свела с этим человеком, но это был явно знак свыше. На первый взгляд мы были абсолютно разными. Я – мелкий журналист, пищущий в газету статьи о пропавших кошках, он – знаменитый спринтер мирового масштаба. Что он во мне нашел, я до сих пор не понимаю. Мы часто сидели вот так, я и он, курили, и он как всегда философствовал. Если честно, мне эти беседы тоже помогали. Я чувствовал, что то, что он говорит – правильно. Что он забрался на вершину, и видит оттуда больше, чем я со своего плато.
-Дааа, они очень многого не понимают. – протянул он, не дождавшись от меня ответа.
-Чего например? – спросил я, подталкивая к длинному монологу.
-Например то, что выше себя не прыгнешь. Знаешь, приятель, так человек растет. Так у него заложенно от природы. Расти куда-нибудь, да и расти. Кто-то растет вверх, кто-то вширь, кто-то и вовсе в душе. А звезды это те, кто выросли над другими. То есть совсем выросли, если ты понимаешь, что я имею ввиду.
Я кивнул, хотя понимал лишь отдаленно.
-Так вот, проблема в том, что покорив Эверест человек понял. Горы выше – нету. И что делать? Про гору просто забыли. Победили, покорили и выкинули. Типичное поведение победителей. Только в учебниках по географии иногда еще пишут, что де самая высокая гора мира Эверест, покоренна тем то и тем то. Столько-то метров высоты. А раньше, знаешь, раньше назначали призы за её покорение. Сейчас она никому не нужна. Звезда погасла.
Мы оба молчала курили. Я нервно, он более спокойно с длинными затяжками и явно получая от этого удовольствие.
-Выше себя не прыгнешь – эту поговорку любил мой дядя. Только где теперь дядя? В могиле, а поговорка уже давно устарела. Человек прыгнул не только выше себя, а и выше некоторых вещей. Вот представь себе, человек добивается первого места. Очень добивается. Он страдает. Потеет, пыхтит и добивается таки до этого места. Потом он дерется за него, чтобы удержаться наверху, чтобы не сбросили его. Когда же он крепко уселся на своем иллюзорном троне, натянув корону по самые глаза, он внезапно понимает, что вскоре, совсем- скоро он станет никому не интересным. Как гора Эверест. И тогда он становится нулем. После единицы идет ноль.
Он сделала длинную затяжку.
-Был человек, был первым, а стал нулем. Не сумел балансироват на грани, бросил все и проиграл. Выше себя прыгать не стоит – потом не поднимешься.
Я кивнул, он потушил сигарету, пожал мне руку и ушел на очередной забег. Я предпочел телевизор. Все таки звезды для того, чтобы на них смотреть, не отходя далеко от дивана.