Я больше не могу говорить, будто вырвали язык...

Я всё больше хочу преклонить колени перед всеми, перед каждым, кто сказал бы "доброе" слово. Всё больше хочу себя отдать кому-либо, кто решил бы за меня, жил бы за меня. Я сейчас не тот, кто хочет жить, не для себя...

снова...