Город надругался над осенью асфальтом дорог. Кто-то сбил пепел снега на иззеленевшую смертью траву. Ветер выдул берёзовые духи в трубы автомобилей. Песни птиц надорвались в последнем своём крике. Мы пришли в город, в царство людей. Тут и холодно, и пусто. Тут нет никого, и нет людей. Они все ушли, оставив вместо себя халаты в масках.

Ветер беспрестанно срывает маску тепла с лица, унося улыбку с оскала. Холод прокрадывается под воротник, скальпелем вскрывая кожу и запуская больной ветер. Туфли и перчатки начинают жрать тебя. Дрожь ставит на дыбы тело. Тепло.

Тепло внутренним теплом скучной улыбки. За улыбкой прячется осознание её обречённости. Улыбка для окружающих лишь усиливает боль обречённости. Прорывается хорошее настроение, и выскальзывает на пол вера в себя. Её заметает серой пылью снега.

Понимаешь всё то, что тебя окружает и творится с тобой, но не обличая в слова. Как только мысль обретает очертания, она ограничивается и теряет всю свою глубину, она перестаёт быть правдивой. Но этой мыслью не в силах поделиться. Счастливая улыбка на лице из-за веры, из-за надежды в то, что в этот раз всё будет иначе. Бесконечная вера в лучшее, несмотря на полное его отрицание. Желание дотронуться и остаться. Готовность остаться в тепле, сделать первый шаг на долгом пути.

Как-будто уже ночь! Как-будто за окном уже двенадцать и город спит. Часы говорят о 9, говорят о том, что всё ещё в движении, но стены маленькой комнаты заставляют верить в другое.






...
[1024x768]