Читаю и думаю. Все-таки я псих. Для многих - точно. Там есть коментарий некой Кати (на сайте Cтрана.ru) под публикацией: "Бред какой-то..."
Хотите узнать подробнее? Самое смешное - я действительно ТАК думаю...



Любовь как средство защиты
Мария Свешникова

Согласно поверью, перед Рождеством и накануне Крещения в мире противодействуют добро и зло. Светлые силы зовут людей славить рождение Христа, а темные собираются на шабаш. К последним принято относить не только "представителей" преисподней, но и колдунов с лешими. Однако, по мнению Юлианы Перевозчиковой, верящей, что она истинная ведьма, далеко не все "коллеги" принадлежат к злым силам. Более того, большая часть ведьм кажется ей весьма приятными людьми. Только особенными. О том, как вести себя с ведьмами и с женщинами, о разных силах и колдовстве г-жа Перевозчикова рассказала обозревателю Страны.Ru.

- Юлиана, после прочтения вашей книги "Городские ведьмы" создается полное ощущение того, что вы верите в существование ведьм. Так ли это?

- Да, конечно есть люди, одаренные в разной степени необычными способностями, и зависит это не от каких-то личных качеств. Просто их восприятие мира несколько отличается от восприятия обычного человека. Например, в том, что они видят мир живым, ощущают его как живой организм.

- И в русской, и в мировой традициях в самом слове "ведьма" заложен отрицательный подтекст, а вы о них говорите с симпатией. Почему?

- Знаю, наверное, близко. Я историк по образованию и могу сказать, что языческая религия, которая видела мир живым, колдуна-волхва воспринимала как человека крайне позитивного. Он глубоко чувствовал, много знал, правильно оценивал силы природы и помогал определить, на вашей стороне мощь этих сил или в данный момент они для вас неблагоприятны. С развитием цивилизации изменилась идеология человека, появились новые верования, изменилось и отношение к ведьмам. И, скорее всего, это последнее связано именно с религиозной составляющей культуры общества, нежели с тем, что происходит в реальности. Да, ведьмы, конечно, существуют, и они самые разные. Среди них есть и добрые, и злые. Всякие. Все зависит от морали конкретного человека - добрый он или злой, подлый или честный.

- Получается, что колдовство существует?

- Существуют различные характеристики колдовского дара, есть дар разрушительный и дар созидательный. Разрушительный, как правило, наследуется людьми. Поскольку моя прабабушка жила в деревне и была знахаркой, мне известно, что существовала определенная традиция. В селении очень часто было две ведьмы - белая и черная. Белая лечила, черная же совершала некие ритуалы, которые сводились к управлению, к манипулированию людьми, но не к тотальному злу. Такая ведьма привораживала, если была сильная, то могла и порчу наслать. Меж собой черная и белая не ссорились, но очень часто вступали в противостояние.

Я в свое время училась у одного очень интересного дядьки. У него был друг-напарник, они вместе лечили людей, входили в экстрасенсорную школу, а потом им стало интересно, как все это работает. Они отправились в Белоруссию. Во время экспедиции один из них постоянно ссорился с местными колдунами, чтобы его наказали. Такой эксперимент на себе - проверить, что из этого получится. Вышло много всякого, потом год разбирались. Они отслеживали, как воздействуют на людей разного рода силы. А что касается меня лично... С самого детства со мной происходило очень много загадочных и непонятных вещей, которые нельзя было объяснить. Например, ко всем женщинам нашего рода в какой-то определенный момент обязательно появлялся домовой.

- "Определенный момент" - это неожиданно или по какой-то причине?

- Конкретный момент на очень серьезном переломе. Бабушке он явился в войну, маме показался как-то раз в чужом доме, когда она приехала туда, где ее не ждали. Я его увидела во время беременности, но совершенно не испугалась, просто смотрела: сидит такой черный силуэт под старинной бабушкиной иконой и на меня глядит. Я захотела получше рассмотреть и потянулась включить ночник поярче, а он исчез.

- Поскольку сюжет вашей книги развивается в Питере, да и вы - коренная жительница этого города, вы не знаете, есть ли какие-то особенности у питерской ведьмы?

- Нет. Хотя, пожалуй, есть одна особенность: питерская ведьма менее коммерчески направлена, чем московская. Столичные ведьмы коммерциализировали свою деятельность. Бывает, она и не ведьма вовсе, но очень удачно играет в эту игру. Потому что любое воздействие, во всяком случае, на современного человека, это игра, театр. Люди не чувствительны, толстокожи, но поскольку они читали книжки, смотрели фильмы, они жаждут театра. Питерские ведьмы менее театрализованы, они верят в то, что делают, верят гораздо больше, чем ведьмы из других мест.

Впрочем, в Новгороде ведьмы тоже верят в то, что они делают, и они тоже менее театрализованы.

Санкт-Петербург, вообще, город очень мистический. А Москва - живой, реальный город, он давно родился, он все время рос, эволюционировал. Питер же придумал один человек. Именно ему пришло в голову построить город в этом гиблом месте по своим, очень определенным соображениям. Оттого некая нереальность Питера, порождающая его восприятие. Я заметила одну странную вещь: очень часто люди, приезжая в Москву, приносят с собой кусочек своего мира, мелкой провинции, где они жили. А когда приезжают на наши болота, эти топи их засасывают. Живет здесь года два человек, и уже начинает думать медленнее, двигаться медленнее.

- Когда вы писали книгу, вы представляли себя ведьмой?

- А что мне представлять, я ведь в известной мере и есть ведьма. Я вижу будущее, и довольно часто, может быть, даже чаще, чем мне бы этого хотелось. Иногда очень неприятно увидеть какое-нибудь страшное будущее: идешь, случайно тронешь кого-нибудь и видишь. У меня есть знакомая - танцовщица. Когда мы учились с ней вместе в институте, она была таким же студентом-историком и даже не помышляла о другом будущем. Как-то раз она ко мне приехала, я ее взяла за руку и вдруг увидела, что она в необычном костюме танцует на сцене, освещенная снизу. И видение реализовалось. Буквально 2 года назад я ее увидела на концерте именно в этом зеленом костюме, именно подсвеченную снизу, и я вспомнила свое видение в деталях.

- Вы планируете продолжать тему волшебства в своем творчестве или эта книга была одноразовым выплеском эмоций?

- Сейчас я пишу две книги. Одна о восприятии судьбы, о том, что такое судьба, об ощущении судьбы. Вряд ли ее можно назвать мистической. А вторая - о темном даре, который человек получает неожиданно и становится разрушителем. Фактически эта книга о ненависти к миру, о разделенности, о желании делать зло, являющемся образом жизни. Думаю, что на этом я закончу, потому что это - мои переживания и наблюдения над тем, что происходит с людьми. В принципе, в последней книге все истины стары как мир: внешнее равно внутреннему, подобное притягивает подобное, что внутри - то и снаружи, нельзя жить с ненавистью. И что женский мир очень жесток. Он внешне только гладок, пушист, но все мы, женщины, знаем, что нет существа более жестокого, чем женщина. Мужчины жестоки, но по-другому, они прямолинейно жестоки. Они могут убить, они могут развязать войну, но они не будут наслаждаться болью другого человека, как это может делать женщина.

- Как, по-вашему, относятся к ведьмам?

- Их боятся.

- А не надо?

- Надо. Иногда ведьма может сделать зло просто в порыве гнева, поддавшись эмоциям. У меня бывали случаи, когда ко мне обращались за помощью мужчины, которые ничего плохого вроде бы не сделали, а жизнь не клеилась. Просто они в свое время жестоко поступили с женщинами, обидели их. Эта боль вылилась в посланное им вслед пожелание, способное разрушить очень многое. Ведь женщины практически все - ведьмы. Поэтому я теперь всем, кто ко мне обращается, говорю: если вы хотите расстаться с девушкой, расставайтесь красиво... Да, конечно, надо бояться. Но чем меньше лично в вас агрессии, чем больше любви к этому миру, тем больше вы защищены. Как только к миру начинаешь относиться мягче, об тебя все камни разбиваются, потому что ты огражден единственной настоящей защитой - любовью.