Опасности и прелести разведки.


Вечер прошел в трудах праведных. Я отпарила костюмчик и топик. К нему изумительно подошли очки от Гуччи, которые мне подарило в начале весны одно из моих мимолетных увлечений. Сама бы я ни за что не потратила столько денег на безделушку, а вот получить в подарок… Совсем другое дело. Мелочь, а приятно.
Теперь украшения. Тут надо не промазать. Ну, благодаря бабушке и дедушке, выбор у меня большой. В доме оборудовано два тайника, где лежит немалое фамильное богатство, причем устроены эти тайники так хитро и спрятаны в таких местах, что никому и в голову не придет их там искать. Никаких бачков от унитаза и захоронок в белье. Бабушка у меня обладала воображением Шерлока Холмса и имела богатых опыт по укрыванию семейных ценностей. В нашей семье ходила легенда, когда отец бабушки, мой прадедушка, питерский ювелир в смутное время спрятал большую часть своего золотого запаса в тайнике в прачечной, что была на чердаке их дома. Часть, конечно, сдали, но это не внушило доверия советской власти, и в дом несколько раз по доносу соседей приходили с обыском. Но, не смотря на вскрытые полы, и вывернутые кадки с растениями ничего не нашли. А прабабушка устроилась в прачечную и в скоре стала бригадиром пролетарских прачек. Это помогло семье влиться в новую реальность и сохранить семейные ценности в тяжелые времена. Эти пресловутые ценности в свою очередь сохранили семье жизнь в годы блокады и репрессий. Они же научили моих предков, что надо опасаться человеческой подлости и зависти, потому что как стали не только источником выживания, но и источником опасности. Теперь я наследник и хранитель всего этого богатства и могу распоряжаться им по собственному усмотрению, но не тороплюсь этого делать.
Я достала малую шкатулку и задумалась. Если руководствоваться моим вкусом я бы надела бы просто дорогую бижутерию из собственных запасов, или серебро из мамочкиных. Но надо поражать. Небольшие бриллиантовые серьги и крестик, инкрустированный теми же камушками. Пара колечек. Теперь я тоже елочка, хотя мои украшения качественно отличаются от того, что сверкает на наших посетительницах. Вообще девушку в таких брюликах должна возить персональная машина. Нет, не стоит, перебор. Крестика не надо, только серьги, цепочка и колечки. А! Вот еще небольшой крестик из белого золота с малюсеньким бриллиантом. Теперь нормально.
Я посмотрела на себя в зеркало. В темных очках при электрическом освещении я выгляжу сейчас глуповато, но в целом очень стильно. Молодая буржуазка. Дочка богатых родителей. С какой проблемой может придти к магам такая девушка. Конечно «венец безбрачия»! Не везет с мужчинами. Нет достойных кандидатов занять место супруга. Отличная идея! Я знаю массу таких надменных дурочек, которые отпугивают от себя мужчин чрезмерными запросами и немыслимыми требованиями. А еще невероятным самомнением. Символом таких девочек стала широко известная дочь бывшего мэра, энергичная светская львица, покорившая, если верить нашей желтой прессе, капризную Москву. Только у большинства детей больших родителей нет и сотой доли той энергии, с которой белокурая красотка с тяжелой челюстью продвигает себя в пространстве успеха. У нас на даче через улицу есть соседи, он какой-то деятель космоса, она его жена. Состоятельные люди. Их дочь уже шесть лет учится в Испании, защищает неведомо сложную диссертацию. Мои родители искренне недоумевают. Конечно в Испании другие порядки, и требования другие, но шестилетний срок вызывает у них недобрые смешки. Они не вдаются в подробности, мои папа и мама не сплетники, но видимо какие-то свои соображения на этот счет у них есть. Так вот в свое время Карина, так зовут дочку космического папы, иногда снисходила до меня, пока не уехала в свою солнечную Испанию, и мы подолгу беседовали о мужчинах. Ей все время казалось, что всем, кто ухлестывает за ней что-то нужно не от нее, а от ее влиятельного папы. Абсолютно всем. Притом, что девочка она была яркая и сексуальная. И мужики вокруг нее вились как мухи. Видимо дело все-таки было не в папе. Но Карина была убеждена, что именно в нем. И всех проверяла на вшивость. Искала подвох. А, если что-то очень тщательно ищешь, то обязательно находишь. «Кто ищет, тот всегда найдет». Может, поэтому она укатила на землю фламенко. Потому что при всей влиятельности ее папы до Мадрида он все-таки не дотягивается. Там другой космос и другие папы. Вот так каждый спасается от своих персональных скелетов. Уж кто как может.
Я в последний раз придирчиво оглядела себя и пришла к выводу, что, пожалуй, маникюр у меня не безупречен в рамках созданного образа. Я сняла костюмчик, повесила его на плечики, плечики зацепила за ручку от дверцы шкафа, потому что в самом шкафу он мог снова помяться, поскольку моя любовь к тряпкам уже явно выходила за его рамки. То есть просто в шкаф не вмещалась, и занялась руками. Увы, пришлось признать, что у профессионалов в «Сулле» получалось все-таки лучше. За год халявного маникюра я потеряла квалификацию, однако, упорство и терпение принесло свои плоды и получилось почти прилично. Голову вымою утром.
Спать, однако, совсем не хотелось. Я включила компьютер и открыла свои записи. Да, мои графоманские упражнения иногда доставляли мне удовольствие и отвлекали от грустных мыслей. Вот и «Дневник начинающей ведьмы», его начала писать, когда поступила на работу в салон мадам Кассандры, я как раз закончила писать «Дневник начинающей шлюхи», это произведение я писала от лица несравненной Викуси, которая так удачно поспособствовала перемене места работы. Еще у меня была написана «Дорожная карта модели», но этот опус возник давно, и описывает он мои первые опыты на подиуме и мир модельного бизнеса. И еще рассказики времен работы в школе. Истории из жизни бабушки, которые я заставляла ее мне пересказывать. Разное. Я никогда даже не пыталась опубликовать то, что я написала. Почему? По многим причинам. Во-первых, я совсем не уверена, что это хорошо. Во-вторых, я изрядная язва и подаю все мои наблюдения все в сатирическом ключе. Кажется, я просто боюсь, что герои, а среди них есть люди известные, меня побьют. Или по судам затаскают. В-третьих, не знаю что в третьих. Я пишу для себя. У меня не так много подруг, а те, что есть трепаться по телефону не любят, а надо же кому-то изливать душу!
Я пробовала просто писать дневник, но получилось скучно. Вот я придумала эти мои псевдолитературные упражнения. Каждое из них ведется от лица либо вымышленного героя, либо как с Викой, от лица реального персонажа, за которого я додумываю. Вика дала мне много материала. На ней я можно сказать, «оторвалась». Вот такие у меня тайные страсти к писательству. После смерти бабушки мое увлечение стало для меня просто спасением. Я целыми вечерами сидела за компьютером. Он был тогда моим единственным другом. Больше ни с кем общаться не хотелось. Правда, стала часто приходить мама, и наши отношения стали теплее. Мама именно тогда заметила, и прочитала некоторые из моих опусов. Однажды я была достаточно небрежна и оставила машину включенной, даже не потрудилась выйти из незаконченного рассказа. Мама полюбопытствовала, пока я варила нам кофе. Потом еще полюбопытствовала, и тех пор периодически меня клюет, что я зарываю свой талант в землю. В тот момент у меня не было даже сил скандалить, и теперь матушка этим пользуется и просит принести почитать. Она иногда даже и правит, но старается быть тактичной. Вообще-то мама меня хвалит, говорит, что то, что я делаю, конечно, не Лев Толстой, но гораздо занимательнее женских романов, которые она из спортивного интереса иногда просматривает. Может, я когда-нибудь наберусь, смелости и покажу мои детища еще кому-нибудь. И может, даже встану в ряд известных женских писательниц! Но это уже из разряда моих вечных фантазий! Я ужасная фантазерка, при этом еще и фантазерка тщеславная.
Где-то в половине второго я оторвалась от мерцающего экрана, и пошла переделывать маникюр. Потом попила молока из пакета и, поставив будильник в телефоне на десять утра, улеглась, наконец, спать. Мысли об Аристархе меня не мучили, потому что не смогли влезть в мою голову, в ней просто не осталось для них места. Похвалив себя за стойкость, я отключилась.
Утром я проснулась под ненавистную мелодию канкана, доносящуюся из моего мобильника, и с чувством выпила кофе с ломтиками сыра. Потом я принялась обзванивать магические заведения. На сегодня мне удалось записаться в салон «Пифия», к старейшей ясновидящей нашего города, к симпатичному мачо из эзотерического центра с подчеркнуто славянским названием, в таинственный «Мюнхенский филиал» и еще к какому-то персонажу с именем сказочного восточного воришки из центра магии «Джинн». На завтра было намечено посещение салона «Персей и Андромеда», где обещали сфотографировать мою ауру, какой-то центр нетрадиционной медицины, где мне посулили настоящих сибирских целительниц, а потом я записалась на прием к таинственной Юлиане и, как выразилась, мадам к симпатичному мальчику по имени Константин. Все эти визиты я внесла в блокнотик, чтобы не перепутать и сразу же отчиталась начальству. Начальство меня похвалило и пожелало не пуха не пера, на что я не без ехидства ответила полагающейся к случаю фразой. Далее начальство велело мне, когда я пойду в «Мюнхенский филиал» ни в коем случае не брать с собой всех денег. Только стоимость консультации. Ни копейкой больше. Ну, может на дорогу и на «покушать». Почему объяснять не стала. Но я прислушалась. Мадам ничего просто так советовать не станет.
Потом я позвонила наугад «мастеру педикюра» из салона «Сулла» и обнаружила, что она дома. Как я и предвидела, в череде увольнений я оказалась первой ласточкой. Остальные полетели следом. Ритку выгнали через неделю после меня, она уже месяц безуспешно искала приличное место. Я прикинула, чем могу ей помочь, обещала поспрашивать, заодно договорились с ней о том, что я сделаю у нее маникюр и педикюр. Ритка обрадовалась хоть какому клиенту и сделала мне приличную скидку. Мы немного посплетничали, и решили, что продолжим это милое занятие, когда я приду к ней «делать ручки и ножки». А предстояло мне это в аккурат после окончания всех разведывательных действий.
Ну, вот я и готова. Пора на подвиги. Погода сегодня на редкость хорошая, правда немного парит, но солнце светит ярко. Мои бриллианты будут выглядеть особенно нелепо в такую погоду. Ну, этого то я как раз и добивалась, поэтому все отлично. Я взглянула на портрет бабушки, висящий на кухне, мне показалась, что она мне подмигнула, и двинулась навстречу приключениям.
Салон «Пифия» оказался переделанной коммунальной квартирой, в которой сделали не слишком дорогой косметический ремонт, и поставили ряд стульев для ожидающих посетителей в большом и широком коридоре. Где-то углу ютилась то ли администратор, то ли секретарь за небольшим столом с кассовым аппаратом. Я оплатила пятнадцатиминутную консультацию и уселась ждать. Народу было человек шесть или семь, что, на мой взгляд, не мало, для подобного заведения. Приходили, оплачивали и исчезали в кабинетах и другие клиенты. Принимало еще двое специалистов. Один – молодой симпатичный парень, другая специалист по карме Азалия. Чем-то она мне смутно напомнила нашу Татьяну Астапчук, может манерой одеваться, а может неприступным выражением лица. Четверо, сидевших у противоположной стены, откровенно томились ожиданием. Одна из них, нервная худая женщина периодически вскакивала и спрашивала громким шепотом у администратора:
- Скажите, а Наталья Васильевна освободилась? Она нас примет?
- Примет, примет, - устало обещала секретарь, - обязательно примет.
- А когда?
- Сегодня обязательно.
Наконец из вожделенного кабинет вышла и быстро прошла по коридору смешной косолапой походкой, маленькая полненькая женщина, в которой я с трудом узнала известное лицо с рекламы.
Все-таки у них удивительный фотограф! Просто волшебник. Худая женщина бросилась к ней:
- Наталья Васильевна, Вы меня примете?
- Конечно, приму, у Вас ведь оплачено? - ответила дама-маг, голос у нее оказался довольно неприятный, визгливый.
- А когда, когда Наталья Васильевна? - худая женщина не унималась.
- Через пять минут, - отрезала Наталья Васильевна, - ждите.
- Да я уже два часа жду! Примите, пожалуйста!
- Приму, приму обязательно, - пообещала Наталья Васильевна и тут же исчезла за дверями кабинета.
Худая женщина встала у дверей как солдат на караул. Еще через пятнадцать минут нервного ожидания она, наконец, попала, на прием к той, которой она так стремилась.
- Вот она всегда так людей мурыжит, - вполголоса сказала сидевшая рядом со мной полная пожилая дама.
- Да? А почему к ней ходят? – удивилась я.
- Может кой чего. Иногда помогает.
- А в рекламе все может…
- Деточка, реклама это реклама. Я, например, только к старейшей хожу. Она хоть иногда и заговаривается, но и правду тоже частенько говорит. Мне надо, у меня сын бандит, глядишь иногда, и отведу от него беду.
Соседку позвали, и она исчезла за дверями кабинета старейшей, а я стала приглядываться к публике, ожидающей приема. Она отличалась от той, что посещала салон мадам Кассандры. Во-первых, она была, в основном, менее респектабельной. Хотя, дамочки в дорогих нарядах тоже были. Мне даже показалось, что я увидела парочку знакомых лиц. А может быть это просто определенный тип женщин. Было много людей, на лицах которых отражались различные нервные расстройства той или иной тяжести. В основном легкие. Пока я ждала, разгорелся маленький скандал. Полная дама по виду директор продуктового магазина вылетела из маленького кабинетика с воплями «Обманщики! Я на вас в суд подам! Вы обещали, что он вернется!» Ее увещевал симпатичный светловолосый парень, по возрасту чуть старше меня.
- Послушайте, - говорил парень, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя по его лицу уже пошли нервные красные пятна, – но ведь муж пришел! Даже с цветами и шампанским? Так ведь?
- Пришел и ушел! А я такие деньги заплатила! А он мне цветами в рожу!
- А что вы ему сказали? Может, Вы его, все-таки, чем-то обидели?
- А что тут обидного-то, ну сказала: «Приперся, козел!»
- Ну, знаете, - возмутился парень, - я бы после этого тоже обиделся.
Молодой колдун фыркнул и скрылся за дверью, а даму вывели неизвестно откуда взявшиеся вежливые молодые люди. Да, дела в этой конторе шли неплохо. Вот и моя «старейшая предсказательница» освободилась. Я с некоторым трепетом вошла в кабинет, ожидая, что меня удивят и поразят, как удивила и поразила в свое время, Александра Петровна, но была разочарована. Старейшей предсказательницей оказалась усталая пожилая женщина с тихим вкрадчивым голосом. Никаких мистических откровений я от нее не дождалась. Меня она не раскусила и замыслов моих тайных не прочла. Но гадание в целом оказалось верным, я сама себе недавно нагадала почти то же самое, правда она сообщила, что мой любимый не только далеко, но и в окружении веселой компании. Обо мне думает, но мало, поскольку много работы, хочет послать весточку, но не может и вообще мне с мужчинами не везет, романы у меня короткие, поэтому надо мне «венец безбрачия» снимать, можно сейчас, если средства позволяют, тут «старейшая предсказательница» хищно окинула взглядом мои ручки и ушки, а можно потом. Я сказала, что запишусь обязательно, на чем и расстались. У двери старейшую уже поджидала следующая клиентка. Я ушла расстроенная. Слова «веселая компания» вертелись у меня в голове. Что за веселая компания? Дальше все закружилось, как в калейдоскопе. Примерно везде было одно и тоже, разница была в подаче материала и интерьере салонов. У «мачо» из славянского центра в дизайне преобладали темные тона и зеркала. Очень стильно. На модных диванах из искусственной кожи были разложены различные «гламурные» журналы. Светленькая девушка администратор любезно предложила мне кофе, который, правда, оказался хоть и растворимым, но вполне сносным. В холле, где сидели посетители, горели бра, и царил полумрак. Посетители были сплошь женщины, молодые и не очень. А вот маги – только мужчины. Единственная женщина – девушка-администратор обладала той неброской внешностью, что обычно не вызывает раздражения у особ одного с нею пола. Атмосфера в заведении в силу особенностей дизайна и рода предоставляемых услуг была таинственная и несколько наэлектризованная. Плюс, специалисты мужчины. Это, видимо, давало дамам дополнительный эмоциональный стимул, подогревало сам процесс ожидания мистического откровения. Неплохо придумано, отметила я. В «Пифии» все намного проще, и обстановка и клиенты. Если там балаган, то здесь уровень повыше. Домашний театр декадентского кружка. И главные действующие лица интересные. Мачо, к которому я записалась на прием, оказался почти таким, как на фотографии. Даже может и симпатичнее. Особенно при свете свечей. Свечи горели, отражались в зеркалах, развешенных на стенах кабинета, свет падал на красивые карие глаза мага! Антонио Бандерас! Чистый Голливуд! Хотелось смотреть, не отрываясь. Я вспомнила, что совсем не за этим пришла и стала излагать свою проблему. Маг разложил карты. «Неплохая колода», - отметила я, «куплена явно не в Питере». Минимум в Финляндии. Хорошая полиграфия недурно смотрелась на черной бархатной скатерти. Видеоряд, как говорят телевизионщики, был выдержан. Но на этом, увы, все и закончилось. Дальнейшие события сеанса меня совсем не впечатлили. Маг смотрел в свой расклад так долго, что я сама десять раз успела его прочитать и растолковать и, с его трактовкой, мысленно конечно, не согласиться. Мачо оказался несколько косноязычен. Видимо весь расчет данного сеанса был, в основном, на зрелищность. Немного помаявшись, он тоже посоветовал мне снимать «венец безбрачия». И поскорее. Все маги сегодня просто в один голос так дружно твердили мне об этом венце, что я сама чуть в это не поверила. Даже колоритный главный специалист «Мюнхенского филиала», обдавший меня крепким запахом дорого одеколона и хорошего армянского коньяка, и, поразивший в самое сердце многочисленными татуировками, сделанными явно не в тату-студии а где в далекой Сибири в закрытом учреждении, тоже талдычил мне об этом пресловутом «венце». Ему я, кстати, чуть было не поверила понастоящему, и уже собралась снимать «венчик», но в сумочке, к счастью, не оказалось достаточно денег. Стоили услуги признанного в Европе мага, очень дорого. Я даже записалась на «ритуал», правда, в последний момент опомнилась и дала в качестве контактного телефона номер мобильника Андрея, приятеля Катерины. Почему я, пришедшая с целью разведать, поддалась на уговоры, я не поняла, но наставления мадам об ограничении суммы сработало. От татуированного специалиста не смотря на алкогольный запах и блатной вид, действительно исходила некая сила. Может, это был гипноз, может магия, я не разобрала, но если бы не наставления Александры Петровны я точно бы рассталась со всеми остатками получки и деньгами на разведку. В моей сумочке как раз не хватило ровно половины требуемого. Конечно, я видела, что иногда в заведениях такого плана делали поблажки неимущим, но я выглядела так респектабельно! Судя по виду, у девушки водятся деньги. Просто девушка не рассчитывала, что понадобиться эта сумма! Естественно, в этом случае контора на скидки пойти не могла. Правда, не замутненной половинкой сознания, я все-таки отметила, что в «Мюнхенском филиале», который располагался на втором этаже бизнес центра, народу все-таки меньше чем в «Пифии», а у мага-славянина, который мучительно долго читал карты еще меньше чем, но все равно больше чем у нас. И вообще «Мюнхенский филиал» выглядел наиболее «офисно», даже можно сказать «европейски» и располагался в солидном здании в центре, с охраной, парадной лестницей и лифтом. И цены там были высокие, правда, не у всех, самые высокие у главы и основателя, у остальных пониже. Однако, несмотря на всю респектабельность "Мюнхенского филиала" после его посещения у меня на душе остался неприятный осадок и ощущение дрожи в коленках. Сколько я посетила салонов? Три. Всего три. Но нигде я не нашла искрометного таланта Александры Петровны! И ее человечности. Нигде и ни у кого! Почему же у всех много народу, а у нас мало? Неужели те, кто сидит в очереди, не чувствуют разницу? Кстати, я заметила, что после этих визитов я чувствую себя не очень хорошо. Был еще не конец дня, а устала я так, как будто занималась силовыми тренировками или копала грядки под задорный голосок тетушки. Я подумала, что клиентки, которые вот так иногда бегают из салона в салон, тоже здорово устают к вечеру, выматываются бедные, и засыпают, наверное, с чувством выполненного долга и без сновидений. Мне везде и повсюду мне мерещились знакомые лица. Было какое-то иррациональное ощущение, что любители, а точнее любительницы, мистики организовали свой тайный клуб и ходят к разным специалистам, а потом обмениваются впечатлениями где-нибудь в гостиной загородного дома, задрапированной лиловыми бархатными шторами. Впрочем, опять фантазия понесла меня неизвестно куда. Пора заканчивать шпионские мероприятия. Последним в моем списке был колдун с именем восточного воришки. У него народу было столько, сколько и у нас. Никого. Одна я. Принимал таинственный колдун в съемной квартире, вся она была завешана различными колдовскими аксессуарами, шкурами животных, восточными ковриками, китайским фонариками. Полнейший компот. Больше всего похоже на притон курильщиков опиума. Сам колдун выглядел странно. Это был нервный худой мужчина, порывистыми движениями. Если бы я не наблюдала, как «мои» маги следят за своим здоровьем, я бы решила, что он наркоман, уж очень по повадкам он был похож любителей дури. Приблизительно так же нервно себя вел один мой знакомый манекенщик, он, бедолага, иногда даже подрабатывал своим молодым телом, когда ему срочно требовался героин. Меня это насторожило. Я продолжала честно играть богатую дурочку. Колдун, впрочем, как и все остальные, моей игры не распознал и в ответ на мои жалобные рассказы о неудачах с мужчинами, стал объяснять это, как водится, страшной родовой порчей, венцом безбрачия и женской завистью, которая чуть меня не погубила. Делал он это так колоритно, с огоньком, что я просто засматривалась. Неожиданно наша беседа приняла несколько нестандартный оборот. Нервный колдун заявил, что готов помочь мне прямо сейчас. Порчу, он сказал, снимать надо на чистый камень и выразительно указал на колечко. На это колечко можно и порчу, и родовое проклятие и венец безбрачия снять, потому что камень очень чистый. Уж я то это знала получше его! Колдун стал убеждать меня еще горячее и настойчивее. Неожиданно мне стало не по себе. В этой квартире была я, колдун с повадками наркомана, какой-то мужчина подручный и все. Повисла неловкая пауза. Я ответила, что должна посоветоваться с папой, потому что без папиного разрешения колечко отдать не могу, а папа у меня человек влиятельный и с очень плохим характером. В этот момент как по заказу зазвонил телефон, и я услышала голос мадам. Он был тревожным:
- Саша, как дела?
- Не очень, папа…
Александра Петровна сразу смекнула, в чем дело.
- Трудности?
- Да, папа. Можно я отдам колечко, которое ты мне подарил? Насовсем?
- Ты что в «Джинне»?
- Да.
- Понятно. Играть влиятельного папу?
- Да.
Тут трубка завопила диким мужским голосом, которого я и не ожидала от Александры Петровны.
- Сейчас же домой! Где ты находишься? Я немедленно высылаю за тобой машину!
- Нет, нет папочка, - залепетала я, притворяясь испуганной, - я сейчас сама возьму машину и еду домой. Через десять минут я дома. Колечко покажу… - проблеяла я, совсем идиотским голосом.
- Мигом, - рявкнула, трубка и отключилась.
От неожиданности я подпрыгнула на стуле. Маг посмотрел на меня несколько тускло, уже без охотничьего блеска в глазах и, раз уж у меня такой строгий папа и с колечком ничего сделать нельзя, посоветовал мне, как доброй христианке, почаще ходить в церковь и каждый вечер читать Библию по сорок раз левым глазом. Тогда и порча и проклятие, и «венец безбрачия», сами меня покинут, а так же слушаться родителей, тогда в жизни у меня будет все замечательно. Скромненько взял указанную сумму за прием, а ни о чем другом больше не заикался. Не чуя под собой ног, я выскочила на улицу. Оказывается разведка это опасное занятие. Надо бы завтра поменять украшения. С бижутерией оно как-то спокойнее.
Я шла по улице оглушенная и ошарашенная. Мне и в голову не могло придти, что магия может находиться так близко от криминала!
А что было со мной в «Мюнхенском центре»? Почему я вдруг решила снимать «венец безбрачия» за двести пятьдесят долларов? Тем более, что у меня его нет? Я набрала Александру Петровну и вкратце рассказала, ей, что сегодня со мной было, и она успокоила меня и относительно венца, и относительно Аристарха и велела на ночь принять ванну с морской солью и спать в ее амулете. Сейчас у нее как раз раздача зарплаты, она пообещала позвонить вечером, после девяти, потому что она поняла, что надо делать для того, чтобы посетителей было больше, и кто виноват, что их не стало.
И примет меры. Совместно с Лушей и Таней. Заодно и со мной заочно поработает. Пока советует мне успокоиться, попить где-нибудь чайку и ждать дома ее звонка.
Совет был неплохой, но я не хотела чайку. После всех этих переживаний, я дико хотела есть, просто как помоечная кошка, которая готова сожрать картофельные очистки, если они всего лишь пахнут рыбой. Я осмотрелась и увидела маленький китайский ресторанчик, которые так расплодились в нашем городе. Китайская кухня именно то, что мне необходимо. Можно даже потом попросить завернуть домой что-нибудь в контейнере, на случай нападения зверского аппетита. Я зашла, внутри оказалось уютно и традиционно. Я выбрала удобный столик рядом с окном и заказала. В меню оказались мои почти все любимые блюда и цены были невысокими. Видимо, ресторан только что открылся и стремился завоевать популярность. Я смотрела в окно, медленно приходя в себя от впечатлений сегодняшнего дня. Мысли уже перестали разбегаться, как перепуганные тараканы. В голове, как детский пазл постепенно складывался рисунок дня, медленно выступали детали, конкретизировались впечатления. Внезапно я почувствовала чей-то взгляд. Я подняла голову. По проходу шла Глаша Боровкова и внимательно смотрела на меня. Я вскинулась ей на встречу, потому что она была самым приятным сюрпризом этого дня и завопила «Глаша, Глаша иди сюда!». Лицо Глаши неожиданно помрачнело. И я поняла, что опять поспешила со своей радостью. За Глафириной спиной маячил высокий темноволосый молодой человек, до боли похожий на героя псевдоисторического сериала, который мы с моим папенькой еще весной склоняли на все лады за дикое искажение истории России. Глаша обернулась назад, и лицо ее засветилось, как стосвечовая лампочка. Потом посмотрела на меня выразительно и мрачно, уже без свечения. Глаша, видимо хотела, чтобы я притворилась, что я ее не знаю, но было поздно, я уже выскочила со своей младенческой радостью. Момент возможного «не узнавания» был упущен безвозвратно, и ей таки придется со мной здороваться. Что она и сделала.
- Привет, Саша, - сказала Глафира таким голосом, что и тени сомнений у меня не осталось, она мне совсем не рада, - познакомься, это мой знакомый доктор.
- Артем, - представился красавец.
- Саша, - любезно ответила я.
- Глаша, давай присядем за этот столик? Саша, Вы надеюсь не против?
- Конечно, нет, присаживайтесь, - устало сказала я, понимая, что мои надежды, что маленький домашний театр на сегодня закрылся, увы, не оправдаются.
- Очень приятно с Вами познакомиться, Глаша мне не рассказывала, что у нее есть такая подруга. Вы актриса?
- Не профессиональная. Любительница, можно даже сказать бытовая, даже где-то «кухонная». Шучу, конечно, нет, что Вы, я просто скромный администратор в салоне. Только и всего.
- Ну, ты же еще и модель, - ядовито добавила Глафира, замораживая меня ледяным взглядом. Она болезненно прореагировала на внезапно вспыхнувший интерес доктора ко мне. Какое-то время я надеялась, что ситуация смягчиться, но зря. Глафира дулась. Ее бесил сам факт моего нечаянного присутствия на их обеде. Артем наоборот, был оживленным. Доктор шутил, блестел глазами, а Глаша мрачнела. Замечания становились все более колкими. Артем как будто не замечал Глафириного настроения. Глашка демонстративно отвернулась к окну и закурила.
Так, началось. Совсем недавно еще общались как люди. Сейчас она меня возненавидит! Боже! И все из-за того, что комплексует и теряется рядом с красивыми бабами! Как она еще на работе держится? Она же гример! Работа-то с людьми и, в основном, с женщинами! Не даром все время ввязывается в какие-то интриги и разборки. Ах, Глафира! Лояльнее надо быть! Я еще ничего плохого тебе не сделала! На любимого твоего глаз не положила. И бедром не шевельнула. И глазом не стрельнула. Он сам на меня с интересом смотрит. Да, она была права, там, на набережной когда мы кидали огурцы, такие как он, любят девушек моего типа. Точнее они им нравятся. Это другое. Связь с такой девушкой тешит их тщеславие, и смазывает самолюбие. Только и всего. С такими, как мы ему очень приятно пройти по Невскому, чтобы все оглядывались. И в постель такую куклу тоже неплохо уложить. Но любить-то они нас не любят, этим-то мы для них и привлекательны! Малыми душевными затратами. Эх, Глаша, Глаша, у тебя мужиков не меньше моего было, а ты до сих пор не научилась разбираться в них. Любишь красивые мордашки. Стройные фигурки. Неужели не видишь, что на этом докторе большими красными буквами написано, что он бросается на конфеты в красивых обертках, даже не задумываясь, что это за конфетка. Ведь по нему видно, что с Глашкой он уже спит. Больно по-хозяйски он сейчас себя ведет. По спинке гладит. И не кокетничает в прямую, а просто любезничает, как хорошо знающий себе цену человек. Не белоглазый Глеб, с его неприкрытым хамством, но и не… даже не знаю, не орел… что ли, а кто? Кто? Не могу придумать образ, не настолько ярок мальчик. Хоть и красив. Зачем ей такие? Судя по одежке, зарабатывает мальчик прилично, но тратит, в основном, на себя. Сделать дорогой подарок на уровне тех, на мне ему и не по карману, и не по душевным силам. Слишком себя любит и ценит. На это и будем бить. Держись, Глафира, не пропадет твое счастье. Сейчас мы покажем твоему доктору, каково это, ухаживать за сволочными брюнетками. Артем как раз начал расспрашивать меня про работу модели. Я скорчила скучающую мину:
- Ну, модель это так, ради адреналина, же я дилетант. Я только с Катей Лютаевой теперь работаю, - протянула я мерзким надменным тоном, подчеркивая, что, дескать, я птица высокого полета, мне эти модельные дела мне так, для развлечения.
Глашка изумленно уставилась на меня. Красавчик заинтересовано. Повисла пауза. Принесли наши заказы, чай для меня и пиво для Глаши с доктором и я, стараясь как можно красивее держать палочки, чтобы были видны мои побрякушки, стала не торопясь, есть. Кольца посверкивали на моих холеных пальцах со свежим маникюром. Разговор как-то затих. Глафира, наконец, обратила внимание на мои «грабки»:
- У тебя красивое кольцо. Бабушкино?
«Ну, ты дура, Глафира! Какое бабушкино! Про любовников говори, про любовников! Ты еще про моих родителей-профессоров вспомни! Будет тебе полный набор для твоего дурака. Молодая. Красивая. Богатая. Из хорошей семьи. Неужели сама ничего не понимаешь?» – подумала я, но озвучила совсем другое:
- Нет. Но бабушке было бы приятно узнать, что внучка регулярно пополняет ее коллекцию. Подарили. В придачу к очкам.
И я продемонстрировала ей очки от Гуччи.
- А кто? – Глафира оторопело уставилась на меня – Аристарх?
- Аристарх, Глашенька, астролог. Он мне только гороскоп может подарить. И розы из ларька. Не Аристархом единым, подруга. Аристарх – это для души. Разве он может себе такое позволить? Вот скажите, доктор Артем, Вы ведь неплохо зарабатываете?
Доктор подавился заказанным пивом и покраснел. Его от этого разговора явно коробило.
- Не жалуюсь. А почему Вы спросили?
- Ну, Вы могли бы своей девушке такое подарить?
Я бесцеремонно сунула ему под нос руку, на которой красовалось колечко с «чистым камнем». Доктор покраснел еще больше.
- Не думаю.
- Вот именно! Разве может интеллигентный человек позволить себе такие неприлично дорогие подарки? Нет. Вот и приходится красивой женщине периодические общаться с людьми, которые к таковым причислить себя не могут. Но зато у них есть деньги.
Артем поднялся со стула.
- Ну ладно, девочки я покину вас на минутку, а вы тут пока посплетничайте…
Красавец поспешно удалился в сторону туалета. Наверное, его от меня затошнило. Что ж, именно этого я и добивалась. Глафира не оценила моих усилий. Она накинулась на меня как тигр на козу, и злобно зарычала:
- Что ты несешь! Какая муха тебя укусила! Зачем ты его унизила!
Я не осталась в долгу:
- Прекрати на меня кидаться! Ты себя со стороны видела? На него смотришь как голодный на хлеб, а на меня как солдат на вошь! Я что перед ним до гола разделась? На стол легла?
Глаша помотала головой.
- Телефончики раздаю? Визиточки? На ножку наступаю?
Глафира смешалась, а я продолжала наседать.
- Нельзя так с мужиками себя вести! Дура ты Глаша! Я тебе помогаю, играю продажную избалованную идиотку! Могу поспорить на сто баксов, что после того как я уйду, твой приятель Артем скажет тебе, что ты удивительная, умная, добрая, а я спесивая и недалекая, как впрочем, все красотки моего типа. В конце концов, я не виновата, что оказалась в этом ресторане!
- Не надо было признаваться, что меня знаешь!
- Не сообразила! У меня, знаешь ли, своих проблем по горло, чтобы еще улавливать, когда можно признаваться, а когда нет.
- Вечно ты у меня на дороге стоишь!
- Я на дороге? Ну, ты нахалка! Да если я и вправду у тебя на дороге встану, ты по-другому заговоришь! Хватит Глаша, как тебе не стыдно! Я кто угодно, но не сука, и мужиков меня и без твоего Артема предостаточно! Опомнись! Ты сама себе сейчас все испортишь, если не успокоишься. Доверься мне. Я знаю что делаю. Ты с мужиками совсем обращаться не умеешь. Учись, пока я жива, пользуйся, пока добрая.
- Попробую.
Глашка, кажется, поняла, что я ей все-таки не враг и успокоилась. Может дошло, что никто ей такой бесплатный концерт в защиту ее любви устраивать не станет, а может, просто взяла себя в руки. Она же не глупая, Глафира. Просто страстная и влюбчивая. Мы перестали шипеть как две рассерженные кобры. Она сходила в короткую медитацию, и вернулась лишь тогда когда появился ее красавец. За время своего отсутствия он совершенно потерял ко мне интерес и поскольку, я продолжала играть даму полусвета, этакую дорогую "камелию" нашего времени, темы для разговоров иссякли. Мой обед тоже. Я не стала ничего заказывать с собой, это разрушило бы образ, а, чуть свысока попрощавшись, удалилась, оставив, Глашу наедине со своим любимым доктором.
Какой безумный день!
Домой я приехала на автопилоте, поспала часок, посидела за компьютером, попила кофе, включила телевизор. Случайно переключая каналы, я наткнулась на неких магов в прямом эфире.
Противная, как жаба в кружевах, магиня, вещала о карме, а на другом конце трубке висела женщина с неуверенным голосом. Минута подключения стоила тридцать рублей. Ну, что же счет придет тетке приличный. Мне стало противно, в свете сегодняшних впечатлений, просто до тошноты, и я выключила ящик. Позвонила Александра Петровна, похвалила, приласкала и велела завтра после окончания разведывательных мероприятий обязательно зайти в салон. Я попыталась поделиться впечатлениями, но Александра Петровна сказала, что предпочтет «вживую», и что ждет меня с нетерпением. Что ж, завтра, так завтра. В половине второго на мобильник позвонила Глафира и томным голосом сказала мне: «Спасибо, Сашка – ты человек!», я только и успела ей ответить: «Сто баксов не забудь отдать, проспорила», как она хрюкнула в трубку и отключилась. День был прожит не зря. Только уж очень сумбурно.