«…Где-то течет. Всегда где-то течет, но на этот раз все намного серьезнее, потому что сейчас кто-то сливает информацию с самого верха. Его команду провалили. Провалили тупо, без всяких далеко идущих планов, просто слив инфу, которую имели на руках. Сам по себе факт того, что его парни попали в плен к транзам, его мало огорчал. В конце концов, они знали, что это возможно, что это иногда случается, что никто их не будет вытаскивать, и что никто там сильно бить не будет. Прямое подключение к головному мозгу, пара кубиков сыворотки, развязывающей язык, заключение в камере со всеми удобствами. Кто знает, может быть для некоторых это станет новым витком в карьере. Присяга, которую они давали, будет стерта из памяти в первую очередь и дай бог, чтоб они потом вспомнили, как зовут их маму и с кем они трахались в первый раз. Новое имя, новая жизнь, новые возможности. Его тревожило другое.



Течет с самого верха. И так уже было. Десять лет назад, когда серия локальных войн между хомосами и транзами приближалась к взаимовыгодному миру. Перебежчики стали ходить косяками с обоих сторон. Бери, не хочу.

То, что произошло с его группой, скорее всего, было следствием чьих-то судорожных попыток заработать несколько очков. Это значит, что война уже близко.

Первые тревожные сигналы стали поступать месяц назад. Скандальные переговоры между делегациями завершились ничем. Конфликт из-за меркурианских баз, продолжавшийся несколько месяцев до этого, из небольшой новости на коммерческой полосе переполз на передовые позиции всех информационных каналов. Число подключившихся к конфликту сторон очень скоро стало говорить о том, что Меркурий – это всего лишь повод для более крупной драки. Косвенным подтверждением этого стала реконфигурация «Протуберанца» и консолидация сил транзов в районе Пояса Астероидов.

«Протуберанец», крупнейший добывающий комплекс пришел в движение, поднявшись с поверхности Меркурия на высокую орбиту, одновременно проводя перераспределение производственных и энергетических мощностей и подтягивая под себя менее крупные станции, уже висевшие на орбитах. После чего взял курс на Луну. В это же время разрозненные добывающие базы в поясе астероидов стали сниматься со своих мест и взяли курс на Луну, попутно сбиваясь в более крупные образования. По предварительным расчетам траекторий их движения они должны были составить временное боевое соединение в районе на лунной орбите.

В соответствии с официальным пресс-релизом Orbit Mining Inc. «Протуберанец» перебрасывался на Луну для освоения залежей в районе Моря Спокойствия.
Орала перековывали на мечи. Многофункциональный технологический комплекс, который представлял «Протуберанец», мог использоваться как в мирных, так и в боевых целях. Модули терраформинга могли создавать шахтные и карьерные комплексы, и с равным успехом выжигать и стирать с лица земли крупные города. Производственные модули клепали тысячи роботов, которые осуществляли сложные и опасные работы при высоких температурах и радиации. Ничто, кроме моральных устоев операторов этих роботов не мешало дать им в руки скорострельное и тепловое оружие вместо ультразвуковых отбойных молотков и перепрограммировать их на уничтожение окружающей биомассы. Модернизация «Протуберанца» осуществлялась с помощью нанороев, которые так же легко могли быть перепрограммированы на скоростной ремонт повреждений, наносимых противником. Проще говоря, «Протуберанец» представлял собой полностью автономную орбитальную крепость, которая могла быть центральным элементом в любом боевом соединении.
Если бы транзы хотели бороться за Меркурий, то логичнее было бы оставить «Протуберанец» на высокой орбите планеты. Переброс «Протуберанца» отчетливо свидетельствовал о том, что транзы готовят либо крупномасштабную операцию, либо собираются хорошенько припугнуть «ястребов» из правого крыла хомосов. Второе было более желательно, но менее вероятно. Перебрасывать базу такого уровня – дело хлопотное. Делать это только ради того, чтобы поиграть мускулами перед зарвавшимися экстремистами было бы глупо. Эта версия была хороша для самоуспокоения или официальных заявлений. Для военных аналитиков было ясно как божий день – транзы собирают пальцы в кулак. Вопрос в том, как и куда они будут бить. И здесь мнения расходились кардинально. Мозговой штурм, в котором участвовали все подразделения центра, выдал на-гора несколько гипотез.
Основной версией являлось использование комплексов в массированной наземной операции. Главные цели – базовые мощности глобальной энергетической системы: «Солнечные Поля» в Сахаре, ветроэлектрические установки Атлантического Пояса и крупные установки холодного ядерного синтеза. Полное уничтожение этих мощностей и, как следствие, крах земной экономики. Лишившись энергии хотя бы на семь суток, экономическая система переходила в состояние прогрессирующего и необратимого коллапса. Предполагалось, что первой волной пойдут рои роботов-камикадзе, которые выведут из строя противовоздушную оборону. Производственные модули «Протуберанца» на номинальной мощности клепали до трех сотен роботов гуманоидного класса HX300 при условии того, что подача сырья осуществляется беспрерывно. Три сотни молибденовых «каркасов», передвигающихся со скоростью до ста двадцати километров в час и способных пользоваться любым видом оружия. Уничтожение такого каркаса являлось сложной инженерной задачей. Запакованные в беспилотные кассетные капсулы они образуют вторую волну, которая будет сражаться с наземными войсками, контролирующими энергетические центры. Обезвредив остатки ПВО, они подготовят почву для ядерного удара по поверхности Земли.

Менее кровавый вариант предполагал другой сценарий развития событий. Направленный удар по тектоническим разломам на материковой части и морскому дну, последующий за ними ряд землетрясений. То же самое, но в меньших масштабах «Протуберанец» делал с Меркурием. «Протуберанец» вполне мог совершить ряд ударов, отправив свои модули-терраформеры на земную поверхность. Последующая паника и мероприятия по спасению гражданского населения отвлекут силы и внимание войск и, а в это время элитные подразделения транзов захватят контроль над энергетическими и коммуникационными узлами. То есть захват произведут все те же HX-300, управляемые либо с орбиты, либо транзами-гуманоидами, которые высадятся на Землю в каркасах еще более повышенной прочности. А дальше – дальше они будут диктовать любые условия, грозя параличем всей экономической системе.

Самую интересную историю придумали аналитики из отдела дальней связи. Исходя из прогнозов относительно вычислительных мощностей боевого соединения, они предположили, что транзам не нужны энергетические и коммуникационные мощности хомосов как таковые. Это было первой фазой операции. На второй фазе планировалось проведение мощной ментальной атаки, состоявшей в информационном ударе по десяти миллиардам землян, которые были так или иначе постоянно подключены к виртуальности. Массовые галлюцинации и последующая подмена реального мира на виртуальный, на глобальную систему информационного контроля. Захват физических и программных основ Си-Джея, глобального виртуального пространства. В этом сценарии была довольно сильная аргументация. Киберпространство было родным домом транзов и за последние пятьдесят лет они ушли намного дальше в развитии информационных технологий, чем хомосы.
На самом деле никто толком не знал, что будет дальше. Штабная суета наводила на него тягостную тоску. Варианты агрессии могли быть совершенно другие, хотя бы потому, что никто толком не знал какой из планетарных кланов взял на себя руководство операцией. «Протуберанец» принадлежал к группе, в которой главенствовала компания «Orbit Mining Inc.» или как еще их называли, «орбы». Центристы, нейтральная фракция, интенсивно торговавшая тяжелыми металлами с корпорациями хомосов. Война означала для них прекращение добычи и сужение рынка сбыта, а внутренний оборот с другими орбитальными кланами транзов не обеспечивал им необходимого финансового потока. Из экстремистов, которые могли начать заваруху, выделялось две группы – «аермары» и «хечверы», которых еще называли «селенитами». И те и другие специализировались на биокремнии и с каждым годом все меньше становились похожими на людей. Они были идеологической верхушкой расы и имели влияние на все кланы. Но… у них не было достаточного опыта для проведения операцией с использованием таких крупных технологических соединений как «Протуберанец». Среди селенитов преобладали глубокие философы и языкастые проповедники. Войну они вели также утонченно, как и философские диспуты. Их специализацией были «точечные» операции, проводимые небольшими элитными подразделениями. Именно с ними полковнику приходилось встречаться чаще всего пятнадцать лет назад. Они были жестокими и бескомпромиссными противниками, но массовая резня или локальный ядерный армаггедон был не в их стиле. Не та школа. Слишком много философии и рассуждений о карме. Слишком много эстетики в действиях. Полковник терпеть не мог этих эстетов за то, что они превращали уничтожение биологической жизни в театральные действие с пафосными тирадами над поверженным противником.

Оставались еще «астермары», умеренные экстремисты, более всех досаждавшие в период войны десятилетней давности. Именно их силы начали консолидацию в районе пояса астероидов. Астермары были настоящими вояками и могли провернуть все что угодно и массовую операцию по захвату основ энергетики и тектонический удар. Их основные базы размещались в поясе астероидов, где они добывали тяжелые металлы и за круглые суммы протаскивали грузы через самый опасный сектор Солнечной системы. За четыре десятка лет они научились выживать в месте, где теория вероятностей не работала и логико-математические методы прогноза орбит астероидов были забыты давно и прочно. Они были наездниками, ковбоями Пояса, оседлавшими несколько десятков наиболее крупных и устойчивых кусков камня в этом районе. Им было все равно – воевать и нет. Они и так жили в постоянной войне с космосом, и каждый день были готовы умереть. В отличие от селенитов у них не было мощных каналов связи и сложной системы виртуальных пространств, где персональное сознание могло переждать, в то время, когда материальная оболочка находится в опасности. Это было доступно только их элите, остальные рисковали своей, пусть и железно-пластиковой, но все-таки единственной шкурой, как и углевородные хомосы. Опыт ведения боев и умение прокладывать себе дорогу через траектории ракет ближнего радиуса поражения были неоценимы. Астермары могли возглавить военную операцию.

Но эти не слишком дружили с орбами. Внутренние противоречия транзов давали о себе знать всегда. Оседлые и спокойные орбы и буйные Наездники Астероидов были не любили друг друга и сделки предпочитали вести через земные корпорации транзов.

Оставался еще клан «уранитов». Самая дальняя и самая закрытая колония транзов, еще более загадочные и малопредсказуемые чем селениты. Последние часто летали туда, на окраины Системы, не говоря уже о том, сколько времени они проводили в совместных виртуальных пространствах. Молодая селенитская знать проходила там обучение и именно оттуда они возвращались начисто лишенными всякого гуманизма в традиционном смысле этого слова. О трех больших поселениях уранитов, большую часть времени прятавшиеся в газовых облаках Урана, было известно очень мало. Торнберн подготовил информацию из которой было ясно, что в этом календарном году селениты зачастили в район спутников Урана. В последние полгода было шестнадцать экспедиций, состоявших в основном из тяжелых транспортников и узлов дальней связи. Кто знает какие разговоры велись в виртуальности, которую контролировали транзы, о чем консультировались селениты и ураниты в закрытых от лишних ушей кластерах виртуального пространства. Может быть колония на Уране нашла мотив, способный объеденить вместе кланы, которые не могли сойтись вместе десять лет?

Это являлось, пожалуй самым серьезным вопросом. А что собственно задумывают разрозненные кланы? Или они сумели найти общий язык и объединиться? Тогда на каком основании? Забыть противоречия, которые то тлели, то вновь загорались на протяжении последних шестидесяти лет? С чего? Или появилось настолько веское основание, которое заставило их объединиться?

Тут было над чем посушить мозги…»