В Японии наступил Новый Год. Соответственно, весна. Пролетарии кисточки и баночки с тушью вышли к народу.

Сайгё:

Окончился год.
Заснул я в тоске ожиданья,
Мне снилось всю ночь:
"Весна пришла". А наутро
Сбылся мой вещий сон.

Народ одобрительно посвистел, принимая во внимание года оратора. Сайгё вздохнул и укутался в одеяло. Выходят раскрашенные Фудзивара-но Окикадзэ и монах Сосэй.

Фудзивара-но Окикадзэ:

Пусть трели соловья
Не умолкают,
Пока еще весна.
Другой
Так долго ждать.

Монах Сосэй:

Хоть обречен смотреть,
Как опадает слива,
Но память о цветах
Осталась в аромате,
Пропитавшем рукава.

Господа поэты еще пытаются что-то сказать о любви, но их прерывает толпа, несущая на руках Мацуо Басё. Старик величественно сходит с толпы.

Басё:

Весенние льют дожди.
Как тянется вверх чернобыльник
На этой заглохшей тропе!

И, сделав, опять же, величественный взмах рукой, удаляется в свою хижину, принесенную вслед за ним той же толпой.

Исса Кобаяси:

За праздничный стол
По-свойски уселась и кошка
Старый год проводить

Толпа возмущена отходом от темы. Исса пытается компенсировать гнев толпы совей "Улиткой", но ему это не удается. Дальнейшее происходит за пределами прямой видимости.

Ёса Бусон:

Задремал,
Но внезапно очнулся - зашло
Весеннее солнце.

На что дремавшая поблизости Сэй-Сёнагон всхлипнула во сне, а Сайкаку, тайком листающий вытянутый у нее из под изголовья дневник, коротко вскрикнул и убежал. На сцену выступают поэты второго эшелона, на что уже никто внимания не обращает. Господа Рампо и Акутагава спорят о детективном рассказе. Мураками пытается втиснуться в их диалог, но его раздраженно отпихивают ногами. Вечереет. Рыбаки потихоньку растаскивают декорации театра. На опустевшей сцене остается свиток с "Кодзики" и банка из-под кока-колы.

------------------------------------------------------------------- занавес---------------------------------------------------------------------------

LI 5.09.15