«Ах, лето красное, любил бы я тебя, когда б не зной да пыль, да комары, да мухи»
Мы не случайно выбрали в качестве вступления эту цитату... Во-первых, в этом месяце, 6 июня, исполняется 207 лет со дня рождения ее автора, Александра Сергеевича Пушкина, "солнца русской поэзии". Естественно, мы не обошли это событие стороной и включили в наш июньский выпуск статью о создании одного из наименее известных пушкинских шедевров. Ну, а во-вторых, большинство читателей относятся к лету с бoльшим оптимизмом, чем великий русский писатель. Для нас это прежде всего официальное начало периода отпусков и каникул, щедро сдобренных ярким солнцем и летним теплом. Как всегда, наш выпуск проведет вас по июню, рассказав о наиболее интересных праздниках и событиях этого месяца.

Международный день защиты детей-1 июня

У Международного дня защиты детей своя история. После Второй Мировой войны в 1949 г. на конгрессе женщин в Париже, прозвучала клятва «неустанно бороться за обеспечение прочного мира как единственной гарантии счастья детей». Решением сессии первый Международный день защиты детей был проведен в 1950 г. Так 1 июня стало ежегодным днем подрастающего поколения. Ассамблеей Организации Объединённых наций.
Этот день отмечается и провозглашает права и интересы несовершеннолетних объектом первоочередной государственной заботы.
1 июня во многих странах мира, в том числе и в России, проходят благотворительные акции, призванные помочь и поддержать детей-сирот и инвалидов.
Этот день не только шумные и веселые празднования детворы, но и напоминание обществу о необходимости соблюдения и уважения, прав ребенка, как необходимого условия для формирования гуманного, справедливого и благополучного общества.

Когда мы привычно повторяем "дети - наше будущее", мы не всегда отдаем себе отчет во всей серьезности этой простой истины. От того, как и чему мы их учим, зависит облик страны, в которой через 10 - 20 лет мы будем жить. Достаточно ли серьезно и ответственно мы относимся к нашим маленьким гражданам, которым выпала судьба родиться в эпоху перемен, когда еще нет подлинной свободы, но уже нет подлинного равенства?

Ну, как не позаботиться о детях, как не поберечь их, таких маленьких, милых и беззащитных? День защиты детей, приходящийся на первый день лета, почему-то был очень популярен в бывшем Советском Союзе, особенно среди школьников, которые связывали защиту детей с началом самых длинных в году летних каникул. Школьники удалялись под сень лесов, на пляжи, на берега рек и озер, и тем самым защищали себя от назойливых педагогов.
На специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, посвященной вопросам защиты прав детей, прошедшей в сентябре 2001 года в Нью-Йорке, были оглашены печальные факты, собранные Детским фондом ООН (ЮНИСЕФ). Из них следует, что более половины детей в мире живут в семьях, где физическое и психологическое насилие – повседневная реальность. Каждый десятый ребенок в мире регулярно становится жертвой агрессивного поведения взрослых. В слаборазвитых странах Азии и Африки детям угрожает не только агрессия взрослых или неуважение их прав, но такие суровые реалии, как голод, СПИД, война. Уровень детской смертности в этих странах почти в два раза выше, чем в развивающихся. Так что в этот день людям есть о чем задуматься.

Чтобы права ребенка были защищены по-настоящему, мало их написать на бумаге, надо, чтобы сами дети хотели и умели их защищать, а для этого они должны их знать. Дети — такие же люди, только маленькие. Они так же умеют видеть, слышать, думать, говорить, совершать поступки. Поэтому к ним нужно относится с пониманием, а еще лучше — с уважением. И если сегодня мы нарушаем права детей, то завтра найдется тот, кто нарушит наши права.
У людей среднего и старшего поколения еще на слуху словосочетания, запомнившиеся с детства: «Все лучшее – детям», «Дети - наше будущее», «Счастливое детство». Словесные стереотипы прошлого возможно и не отражали действительное положение детей в нашем обществе, однако они выражали отношение взрослого населения страны, ее правительства к проблеме детства. Сейчас они скорее звучат как насмешка, как ирония над чем то призрачным, неосуществимым и по-детски наивным.

В борьбе за демократические права и свободы, достижения заоблачных высот в социальных и экономических реформах наше общество, мы взрослые, потеряли наших детей, потеряли наше будущее. Воистину, наши дети стали уже не в переносном, а в буквальном смысле потерянным поколением.

Десятилетие, как мы забыли детских смех, возню во дворах и подъездах. Детей стало мало, они стали неудобны, они мешают нам «самовыражаться», они мешают нам говорить о серьезном. Те дети, что есть, стали «маленькими взрослыми». Мы, взрослые, перестали им объяснять, что такое «добро» и « зло», перестали, потому что, наверное, сами уже не понимаем, что это такое.

Распадаются семьи, и в обществе уже витает мысль о допустимости так называемых альтернативных семей, т.е. таких, где нет папы и мамы, а где есть только «партнеры» по сексу и потреблению «достижений цивилизации. Оголтелая пресса, на все лады рекламируя эти самые «достижения» цивилизации», почти убедила многих, что «они этого достойны», достойны того, чтобы «не дать себе засохнуть», чтобы, купив некую мелочь, они «чувствовали себя защищенными на весь день» и «имели повод для гордости». Размыто понимание достоинства человека, право на уважение к его личности. И если мы, старшие, еще помним, чему нас учили в детстве, тому, что «честь надо беречь с молоду», что «в человеке все должно быть прекрасно», что «человек- человеку друг», то наши дети этого не знают, не потому, что они хуже нас, а потому, что их этому не учат. То, каким будет наша старость, и «какова судьба человечества в третьем тысячелетии», полностью зависит от того, какими мы воспитаем наших детей. Тех детей, котор ым довелось родиться вопреки нагнетаемой в нашем обществе истерии «о праве матери на здорового ребенка», читай «о праве на убийство того, в здоровье которого кто то засомневался», тех которые живут в полных и неполных семьях, тех, которые не знают, что такое родительское тепло и забота.

Однако просто воспитывать детей, воспитывать так, как воспитывали нас наши отцы и матери, деды и бабки, мы уже не можем. Не можем потому, зло в мире материализовалось. Материализовалось на страницах журналов, книг и учебников, материализовалось и громогласно заявляет о себе с экранов телевизоров, материализовалось в нашей повседневной речи, полной сквернословия и бессмысленных штампов сытой «цивилизованной» жизни.

Наступили времена, когда право на воспитание своих детей мы должны защищать, отвоевывать и доказывать. Перед всеми: перед обществом, правительством, чиновниками, перед школой, перед «всем прогрессивным человечеством».

Всемирный день поцелуя -6 июня

В этот день все желающие могут "обмениваться своими душами" на полных правах: 6 июня отмечается Всемирный день поцелуев, который впервые придумали в Великобритании. А два десятка лет назад он был утвержден Организацией Объединенных Наций. Во многих городах в этот день будут проходить различные конкурсы поцелуев, участники которых имеют шанс выиграть различные призы и подарки. Итак, дерзайте, устанавливайте "поцелуйные рекорды"!

Как появился поцелуй? Большинство знающих людей утверждает, что авторство первого поцелуя не установлено. Он не был изобретен, как электричество или телефон. Он не был назван по имени человека, который первым соединил свои губы и тут же разжал их с характерным звуком, оставив мокрый отпечаток на щеке подруги. Да, в общем-то, не так важно, откуда взялось слово, обозначающее это действие. Гораздо интереснее узнать, почему появилось само действие, но на этот счет ученые антропологи, историки и философы до сих пор не сошлись во мнении. Теорий существует великое множество.

Почему люди целуются? Во-первых, потому что это привито культурой. Во всем мире люди, попадая в романтическую ситуацию, чувствуют неосознанную необходимость целоваться. Это одно из наиболее полезных открытий, которое я совершил во время своей исследовательской деятельности. Такое ощущение, что представители противоположного пола запрограммированы на поцелуй и только этого и ждут. Если вы это поймете, то будете получать больше и самих поцелуев, и удовольствия от них.

Эта программа действует изо дня в день. Люди видят актеров, целующихся на экранах телевизоров, в кино и в рекламе, им рассказывают о том, что их друзья целуются с тем-то и тем-то, они видят людей, целующихся на улице. В результате в известных ситуациях поцелуй воспринимается как обязательная их составляющая. Поэтому в романтической ситуации в силу вступает подсознательный стереотип, и люди чувствуют практически непреодолимое желание поцеловаться независимо от того, хотят они этого в действительности или нет.

Известные целовальщики:
Некий американец А. Е. Вольфрам из Миннесоты за 8 часов поцеловал 8001 человека 15 сентября 1990 г. во время фестиваля, проходившего в его штате. Таким образом, он ухитрялся целовать нового человека через каждые 3,6 секунды.

Первый поцелуй на экране: 1896 г. - его запечатлели Мэй Ирвин и Джон С. Райе в 30-секундном ролике Томаса Эдисона под названием "Поцелуй".

Самый насыщенный поцелуями фильм: "Дон Жуан" (1926 г., компания "Уорнер Бразерс"). В нем насчитали 191 поцелуй.

Самый долгий поцелуй в истории кино: Реджис Туми и Джейн Ваймен целовались на протяжении 185 секунд в фильме "You,re in the Army Now" ("Ты сейчас в армии", 1940 г.), что занимает 4% всей продолжительности фильма.

День музыки -21 июня

21 июня - самый длинный световой день и праздник музыки по всей Франции.
Эта романтическая красная дата в календаре родилась в 1982 г. благодаря министру Франции Жаку Лангро и проводится в день летнего солнцестояния.

Музыка в этот день звучит везде: в концертных залах, на улицах, в квартирах. Все, кто умеет играть на музыкальных инструментах, играют, кто умеет петь - поют, кто умеет танцевать - танцуют, те, кто начисто лишен всяческих талантов, слушают исполнителей, и все вместе радуются жизни. Парады оркестров, концерты, в которых принимают участие и "звезды", и никому неизвестные артисты, исполняющие музыкальные произведения абсолютно всех жанров, от классической музыки, до самых современных ее течений. Многие известные музыканты специально в этот день приезжают во Францию, чтобы бесплатно выступить на сценических площадках, в ресторанах, на улицах.

Тишины в этот день во Франции просто не существует. И не только днем, но и ночью, поскольку праздник продолжается до утра. Вообще официальные парады и концерты начинаются во второй половине дня, после того, как все заканчивают работу, но праздничное настроение в стране у всех с самого утра.

В этом месяце, 6 июня, исполняется 207 лет со дня рождения ее автора, Александра Сергеевича Пушкина, "солнца русской поэзии".
Малоизвестные страницы истории создания одного пушкинского шедевра
Казалось бы, о Пушкине мы знаем всё: жизни и творчеству великого поэта посвящены сотни книг, тысячи статей. Но по-прежнему продолжают появляться новые исследования. Литературоведы, историки, публицисты, снова и снова погружаясь в мир поэта, ищут «к нему свой отдельный путь». Но, согласитесь, чаще всплывает в нашей памяти образ поэта — певца Кавказа, очарованного долинами Грузии, южными ночами и садами Крыма, и реже — образ Пушкина-«мусульманина», который ярко проявился в его знаменитых «Подражаниях Корану». Это произведение, написанное в духе магометанской Священной книги, многие специалисты относят к литературному шедевру, называют самым совершенным поэтическим циклом А. С. Пушкина, в котором звучит тема пророческой миссии поэта.
Но сначала — о том, что стоит за припиской поэта к его заголовку: «Посвящено П. А .Осиповой».
В августе 1824 года четырехлетняя южная ссылка Пушкина была заменена ему на северную, с проживанием под жандармским надзором в Михайловском — родовом имении матери в Псковской губернии. Там он был встречен как нельзя лучше. Но скоро все переменилось. Пушкин никогда не был близок с отцом. И теперь, с водворением его в Михайловском, отношения между ними испортились окончательно. Сын уличил родителя в слежке за ним в угоду приставу, а отец прилюдно обвинил сына в преподании младшему брату Льву и старшей сестре Ольге безбожия (Пушкин, видимо, втайне читал им написанную на юге и ходившую в списках поэму «Гавриилиада» — пародию на церковные темы).
О «тягчайшем грехе» поэта узнают в Санкт-Петербурге. Измученному опалой, Пушкину уже начинают грезиться Сибирь и лишение чести. Надо хоть на время куда-то укрыться. «Я поклонился (родителям), — напишет Александр В. Жуковскому, — сел верхом и уехал». Князю П. Вяземскому он чуть позже объяснит в письме: «Принужден был бежать из Мекки в Медину». Мекка здесь — Михайловское, Медина — Тригорское, в двух верстах от него.
В то время, когда родной дом, пусть ненадолго, станет немил, в Тригорском поэт окажется в кругу большой, необычайно дружной семьи Вульф-Осиповых. Для всех он здесь — бог, «солнышко в окне». Все от него без ума: старшие дочери (они, как и их двоюродная сестра Анна Керн, станут музами его сердца), восторженный старший сын Алексей Вульф, студент из Дерпта, готовый с поэтом хоть на край света и глава семьи. Для Пушкина важнее всего отношение к нему хозяйки имения Прасковьи Александровны, женщины утонченного образования и литературного вкуса, которая еще семь лет назад, во время первого приезда Пушкина в Михайловское, когда он тоже был гостем в Тригорском, увидела в юном соседе поэтическое будущее России и с тех пор стала его ангелом-хранителем.

Прасковья Александровна к тому времени овдовела вторым браком и осталась одна с семерыми детьми и падчерицей. Она целиком ушла в заботы о семье и хозяйстве, но как только встретила Пушкина и узнала о его беде, отложила в сторону все и пустилась хлопотать за него: наездами в Михайловское — мирить с родителями, письмами в Петербург — умолять влиятельных лиц заступиться за поэта. А его самого, как могла, ограждала от излишнего внимания детей, уединяя в роскошной библиотеке с наставлением успокоиться, отмахнуться от сует и обратиться к вечным истинам жизни и смерти, добра и зла, любви и веры.
Скорее всего, именно по ее совету Пушкин и остановил свой выбор на объемистом томе в кожаном переплете шоколадного отлива.
…Примерно неделю спустя после начала работы в Тригорской библиотеке в переписке Пушкина появится новое обращение к излюбленным образам Востока. В письме брату Льву в Санкт-Петербург после вопроса: «Что «Онегин»?» (в столице готовилось издание первой главы романа) — после просьб прислать ему книги (в том числе «Жизнь Емельки Пугачева», «Путешествие по Тавриде»), а также «серные спички, карты, горчицы и сыра» поэт деловито сообщит: «Я тружусь во славу Корана и написал еще кое-что». Еще через две недели (теперь уже в письме П. Вяземскому) по случаю окончания работы: «Мой Коран пошел по рукам...». Эти выражения носят шутливый характер. Но в них — типично пушкинская влюбленность в предмет своего поэтического исследования.
Естественно, на первом плане «Подражаний» — мотивы очень многих аятов (стихов) Корана о Творце всего сущего:
Зажег ты солнце во Вселенной,
Да светит небу и земле,
Творцу молитесь; он могучий;
Он правит ветром, в знойный день
На небо насылает тучи,
Дает земле древесну тень.
О высшем благоволении Творца:
Он милосерд: он Магомету
Открыл сияющий Коран,
С небесной книги список дан.
Тебе, пророк, не для строптивых;
Спокойно возвещай Коран,
Не понуждая нечестивых!
О дарованных пророку достоинствах проповедника истины:
В паренье дум благочестивых,
Не любит он велеречивых
И слов нескромных и пустых.
В подобные поэтические кристаллы «Подражаний» спрессованы Пушкиным стихи Корана, взятые из различных глав, о таких понятиях, как честь («Мужайся ж, презирай обман, стезею правды бодро следуй»), готовность отдать жизнь за веру («Блаженны падшие в сраженье: теперь они вошли в эдем»), подлинное милосердие и бескорыстная отзывчивость к чужой беде («Торгуя совестью пред бледной нищетою, не сыпь своих даров расчетливой рукою») и т.п. Но заблуждение — полагать, что девятистишие воспроизводит по проповедям, притчам и заклинаниям содержание Священной книги, а тем более «уклад жизни и философию арабского Востока». Обращение к первоисточнику — изданию Корана 1790 года в переводе М. Веревкина, которым пользовался Пушкин, — убедительно подтверждает этот вывод. Из суры (главы) «Пророк» Пушкин выписывает в свою тетрадь аят, который так выглядит в переводе с французского: «Он (Всевышний) создал горы, удерживая землю от движения, проложил пути.., покрыл их небом, поддерживая оное, да не п адет на них» (стр.59). И делает энергичную приписку: «Плохая физика; но зато какая смелая поэзия!». Картины мироздания в Коране действительно нередко условны с точки зрения естествознания. Но они всегда возвышенны и поэтичны. Под стать им и приведенный выше аят превращается в «Подражаниях» в нечто неповторимое, крылатое, одним словом, истинно пушкинское:
Земля недвижна; неба своды,
Творец, поддержаны тобой,
Да не падут на сушь и воды
И не подавят нас собой!
Вот на чем останавливался взор поэта — на строках, озаренных поэзией! Пусть даже они не самые значимые в содержании главы или стиха, но всегда изящные, образные или символичные.

Наряду с многими повторами фраз-назиданий в Коране часты и другие случаи, когда мысль окутывается тайной намека, полуслова. Пушкин всякий раз удивительно проницателен и тут. В суре «Слепой» в момент проповеди пророка к нему приближается незрячий. «Пророк нахмурился в челе, — говорится в аяте, — устранился от приближающегося к нему слепого. Беги далеких закона Божия». И все! Фраза на этом обрывается… Для мусульманина, впрочем, и так все ясно: никто и ничто не может прервать проповеди веры. И только неуверовавший может недоумевать, что пророк в такую минуту «устранился» даже от внушающего сочувствие страдальца. Каждый может и должен выждать конца молитвы. Пушкин сохраняет всю прелесть словесного обрамления аята, добавляя только то, на чем фраза обрывается:
Смутясь, нахмурился пророк,
Слепца послышав приближенье,
Бежит, да не дерзнет порок
Ему являть недоуменье.
Мысль, заложенная между строк, становится понятной для всех, и вы уже успеваете забыть, что две последние строки не из Корана — настолько они в его стиле! В тех случаях, когда поэтика аята ярче высвечивает его смысл и способна высечь искру даже в сердце неверного, поэт стремится стать по возможности ближе к оригиналу, а то и воспроизвести его слово в слово. В той же суре «Слепой» — о судном дне: «Егда ангел вострубит во второй раз, человек побежит от брата, матери, жены и чад своих, о себе токмо едином себя мысля... За это обезображены будут..." У Пушкина:
Но дважды ангел вострубит,
На землю гром небесный грянет,
И брат от брата побежит,
И сын от матери отпрянет.
И все пред Бога притекут,
Обезображенные страхом.
Напомним: приехав в Михайловское, Пушкин дописал начатую на юге поэму «Цыганы». Вместе с ее героями на второй план ушли и мотивы романтики. На первый выступили мысли о создании произведений на темы реальной жизни и истории, об обретении такого поэтического голоса, с которым нельзя было бы не считаться даже сильным мира сего.

Тут-то и разгадка, почему, уединившись в библиотеке Тригорского, Пушкин принялся за поэтическое переложение Священной книги ислама. В те дни раздумий о своем месте в жизни поэту явилось осознание его пророческого предназначения в обществе. И в Коране — за что он и назовет его «сияющим» и «сладостным» (к месту будет замечено, как замутняется Коран сегодня сектами единоверцев и политическими расчетами экстремизма!) — Пушкин нашел ярчайший пример того, до каких высот может быть поднят поэтический язык. Каким он должен быть, чтобы, как скажет поэт в своих «Подражаниях», обладать «могучей властью над умами», как возвестит потом, в стихотворении-манифесте «Пророк», «восстать» (в значении возвыситься, подняться во весь рост!), все видеть, всему уметь внимать «и, обходя моря и земли, глаголом жечь сердца людей».

Перевод, вдохновивший Пушкина на «Подражания», был сделан, как помним, с французского языка. Издание вышло в 1770 году в Лейпциге. В переложении с арабского на французский, сделанном Андрэ Мелезером, уже не было никаких следов сознательного извращения текста Корана, что практиковалось в Европе со времен крестовых походов. Перевод с оригинала, как сказано на титульном листе и русского издания, «весьма силен в оном по свидетельству турецких законоведов».

В библиотеке лицея, где Пушкин единственный раз в своей жизни проходил учебный курс истории религий, были, несомненно, оба варианта Корана: и французский Мелезера, и русский Веревкина. Но русский он мог , в лучшем случае, только подержать в руках. Пользовался же французским, потому что в лицее Пушкин читал еще преимущественно по-французски (кроме, разумеется, русских книг). И позже к мудреным книгам поэт будет обращаться на французском. Так, уже из Михайловского, после завершения «Подражаний» попросит в письме к брату: «Отправь с Михайлом (слугою)... Библию! Библию! И французскую непременно». Вернемся, однако, к его лицейской поре. Коран там «проходили», основываясь на предисловии Придо к нему. Поэтому у Пушкина и сложилось отрицательное отношение к книге, прочное, как все усвоенное в молодые годы.

«Христианские сочинители»? «Все повествованное ими...»? «Баснословие грубое»? Ничего себе! О самом Коране у Веревкина оценки совершенно другие. «Все в Нем, кроме Неприятия (имеется в виду известное несогласие Корана с христианскими заповедями о Боге-отце, Троице и т.п., в чем Пушкин как православный не мог не согласиться с автором.), наполнено установлениями законов, самых нужнейших для общежития человеческого, советов и увещеваний вести жизнь добродетельную, богоугодную, а между правилами сиими положены преизящные нравоучения, достойные читанными быти и от христиан...»

«Даже и от христиан»? Ай да Веревкин! Ай да молодец! А как говорит он о языке книги! «Слог Аль-Корана везде прекрасен и текущ, высок и велелепен, хотя и сочинен прозой... В нем чудные происходят действия искусства от выбора слов и оных расположения, ибо оным, подобно Музыке, как бы очаровывается слух».

Это и было как раз то, что очаровало Пушкина и подвигло его на немыслимо сложное предприятие: переложить Коран на поэтический язык — как литературный образец, как памятник словесности и мудрости; и на одном дыхании выдать подражание ему, исполненное ассоциаций с собственными переживаниями и предощущениями наступления новой поры в его творчестве.

Вовсе не случайно была избрана форма девятистишия. Этим числом поэт как бы подчеркнул, что, любуясь поэзией и нравоучениями иной веры, он остается преданным своей, ее Новому Завету, что у Запада и Востока единый Бог, и они едины перед ним. Ведь девять стихов — главное в Каноне, прославляющем христианскую церковь.

Пушкин по-своему высветил этот путь — с высокого утеса поэтических «Подражаний Корану».

…Из «Медины» в «Мекку» Пушкин окончательно вернется только месяц спустя. Обстановка в доме к тому времени начнет улаживаться. Родители уедут на зимние квартиры. Пушкин останется в Михайловском зимовать с няней Ариной Родионовной. По вечерам будет слушать ее сказки и писать, писать…

После Тригорского, где, как Пушкин скажет потом в черновиках к «Онегину», он «…свой след оставил, и ветру в дар на темну ель повесил звонкую свирель» своего нового предназначения как поэта, главными темами его творчества действительно станут темы времени и судеб, добра и зла, надежд и потрясений.

В Михайловском было создано более ста стихотворений и каких! Помимо «Подражаний Корану», это и «Храни меня, мой талисман», «Андрей Шенье», «Зимний вечер»; это и «Я помню чудное мгновенье», «19 октября» («Роняет лес багряный свой убор...»), «Пророк», четыре сельские главы и начало седьмой «Евгения Онегина»; это и величавый «Борис Годунов», начало «Арапа Петра Великого», наброски к «Пугачеву» и, наконец, поэма-пародия «Граф Нулин», которой между сугробами российской цензуры поэт расчистил дорожку для скорого появления в литературе великой сатиры Гоголя, — это неполный перечень того, что за время северной ссылки выйдет из-под пера поэта.