Как же тут жарко! Черт побери, да я в пустыне! Что это за рваная одежда на мне, кто этот плачущий иноземец бегущий впереди меня? И почему мы бежим?
Молчание...
Сдесь не любили вопросы, так же, как не любили ответы.
Пробираясь по затягивающему ноги песку мы наконецто вбежали на самую высокую дюну. Иноземец прекратил рыдать и озираться, искать за спиной то самое страшное и коварное от чего он так ежился и искал укрытие. А чего боятся? Всего лишь смерть.
Вытирая слезы толи араб, толи негр радостно закричал, запрыгал - впереди он увидел лагерь натовских солдат. Ух! Америкосы поганые! - думал я. - Да вас бы всех туда, мне за спину, там где ЭТО... то от чего шарахается араб, туда, где смерть.
Хотел я того или нет, выбора у меня не было- жизнь продолжала бороться, заставляла инстинкт самосохронения работать на всю катушку. И я рванул к лагерю. Рванул еще резвее канючего негра... или араба. Я бежал и думал: сейчас же эти сволочи посмотрят в свой бинокль, увидят мою харю, на которой четко и доступно написано "Е*И ПОГАНУЮ АМЕРИКУ!" и наплевав на меня, высадят все свои магазины, своих гнилых М4А1... и потом напишут в рапортах "У него было оружие". И пусть пишут, ведь оно у меня есть - моя слабость.
Но сейчас речь шла не о том, это были лишь мысли; мне, как любому здравомыслящему существу хотелось быстрее спрятаться от гибели. Хотя ее могло и не быть, может это просто у китайца или араба или негра разыгралось вооброжение?
Но разговор не об этом...
Солдаты не стали стрелять, они любезно втащили нас в палатку с красным крестом и принялись осматривать раны, которых у меня отродясь не было, как не было всего этого места, иноземца, солдат, смерти...
Мне хотелось поверить этим мыслям. Очень.
И тут, без всякого предупреждения, со скоростью мира, прорывая полаточный брезент влетела ОНА. Просвистела у меня над ухом и снесла голову улыбающемуся, от мысли о сохроненной жизни арабу, негру, китайцу, еврею...черт возьми, ЧЕЛОВЕКУ! Я только краем глаза разглядел покатившуюся башку, после чего вместе с трупом, так в такт, как полено, рухнул на пол. Я чувствовал запах крови, вкус пыли, вопли "Аларм, аларм!" и думал:"ВотЪ, вашу мать, а могли и мне голову снести... видать везучий я до безобразия!"