Вегас уже давно забыл, что такое зима. Жар пустыни питает его сухой силой уже долгие годы. Но стоя на эскалаторе Белладжио он знал, что времена года живут в сердце каждого. Они постоянны, и в своём постоянстве неизменны. Лишь иногда, когда сталь реальности пронзает сердечные мышцы, они кровоточат.

От чистой, прозрачной и неизменно холодной идёт пар; от весенней крови, всё ещё прохладной, исходит зелёное свечение и пахнет луговыми цветами. Летняя кровь красная и горячая, но помимо этого есть в ней ещё доля безумно тяжёлой плотской скуки. Осенняя кровь стекает по пальцам и звонко разбивается о бетонный пол. Буровато-оранжевые кристаллы её очень нежны, и разбить их не составляет большого труда.

Ступеньки эскалатора одну за другой затягивал под землю жадный монстр андеграундного Вегаса. Казалось он хотел поскорее поглотить каждую следующую ступень, но в этот момент каждая предыдущая ступень вырывалась из его лап вверху эскалатора.

Сев в такси Дэймон пробормотал что то невнятное, но таксист не стал переспрашивать, так как уже надавил на педаль, увозя Д. дальше по Стрипу.


Зал 1000 солнц.

Таксист как обычно взял большеем следовало бы. А в MGM Grand всё было как всегда: назойливые носильщики тянут руки к твоему багажу, портье напускной улыбкой убаюкивает бдительность толстосумов, старики в шортах и гавайских рубахах глумятся над "однорукими бандитами". Нащупав ключ-карту в кармане Д. двинулся к лифту. На 46 этаже в комнате его ждала Она. Та, что заставит его увидеть снежную шапку на вершине "Стратосферы", насладиться метелью сортируя снежинки руками у фасала "Сахары".

Людям давно удалось забыть то время, когда у страха было имя. Имя Кецалькоатль. Имя страха и божественного вожделения. Единственное чего он не умел, так это зажигать новые звёзды. Он умел их гасить. Когда была погашена звезда №1000, Кецалькоатль воздвиг пирамиду с тронным залом. Зал был назван "Зал 1000 погашенных солнц". Свет пирамиды был настолько ярким, что люди слепли, даже отворачиваясь. Икогда ослеп последний ребёнок, Кецалькоатль провозгласил себя прекраснейшим из всех.

Богиня Аматику была прекрасна. Голубое сияние, лившееся из её глаз заставляло любого пасть на колени. "Зал 1000 солнц" казался ей странным, и, почему то, фальшивым. Украшенный золотыми перьями, Кецалькоатль гордо восседал на троне.

Он всегда смеялся над Смеялся он и сейчас. Смеялся над той которая пришла остановить его безумства. Но сила тысяч порабощённых людей уже кипела в его груди, пылала пламенем власти. Аматику видела это свечение. Она уже понимала что ей не уйти. Она уже чувствовала жжение на кончиках тонких и хрупких пальцев. Это был конец. Её плотская оболочка стала жидкой и прозрачной. Последнее что она услышала было: "Я нарекаю тебя Зимней Кровью, Аматику. Отныне и навсегда."


Тем временем Дэймон уже приготовил ключ-карту чтобы провести ей по кард-слайдеру. Его номер ничем не отличался от остальных. Скудное убранство давило однообразием. Открытый лэптоп на столе был выключен уже дней десять, судя по обильному слою пыли. Он открыл холодильник. Оттуда на него смотрела ампула с прозрачной жидкостью. Стены её странно светились нежно бирюзовым цветом. Надпись на ампуле былана: "#567834521 The winter blood"


LI 5.09.15