Озлобленный на весь мир, кто-то шел по улицам закатного Города Талого Снега. Нет, там нет кроваво-красного заката и лучей бьющих в глаза из-за зданий. Только фиолетово-красные отражения асфальт, которые кто-то испачкал серым.

Людей там не найти. Там только развалины советских зданий, покосившиеся таблички с названиями улиц и длинные авторстрады.

Озлобленный на весь мир, кто-то прикоснулся к стене здания и город ожил. Неторопливые, безразличные люди в ярких пальто разговаривают о чем-то, не замечая настоящего, пусть и призрака. Воображение само восстанавливало стершуюся эмаль с табличек, а развалины вдруг становились жилыми домами.

Но разве город ожил? Конечно нет.

Рука перестает чувствовать холодный камень и снова тишина. И снова пусто. И снова только молчаливый талый снег составит компанию.

Озлобленный на весь мир, кто-то вытирал слезы рукавом куртки и бежал в разросшийся парк. И казалось, там все будет живым, настоящим...

Почки, а кажется осень. Грязный снег, а кажется только первый. Это увядание, это не весна.

Какая красивая, мертвая осень! - кричал он.

Все как и прежде: никого нет и только если коснутся стены можно увидеть яркие тени Города.

Все как и прежде: озлобленный на весь мир, кто-то бежал домой, на ходу стирая слезы, улыбался и приносил в дом новые идеи.