ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Возвращаюсь на работу с чувством ликования: мой проект не провалился в самом начале, как боялась я и намекала Упыриха. Поэтому для начала разделываюсь с самым неприятным: представляю ей отчет о проделанной работе и потраченных деньгах. Упыриха читает, и губы ее постепенно сжимаются так, что превращаются в синеватые ниточки – плохой признак. Да, я знаю, что первое приключение обошлось нам… скажем так, дорого, но с другой стороны, не может же она не знать, что косметический салон – удовольствие не дешевое. Или может? Но отступать некуда. Я вжимаюсь в спинку стула, ожидая вердикта. Дочитав до конца, Упыриха медленно поднимает голову, и уставляется на меня тяжелым взглядом.
- Так и быть, на первый раз простила вам эту ошибку, но учтите – посещение платного туалета не было предусмотрено нашим бюджетом. В дальнейшем потрудитесь держаться в его рамках, иначе разницу вычтут из вашей зарплаты!
И это все? Не веря, что так легко отделалась, клянусь, что такого расточительства больше не повторится, и выскакиваю из кабинета, пока она не придумала к чему бы еще придраться.
Голди, как я и думала, с большим интересом выслушивает мою историю, особенно когда разговор заходит о сумке и коробочке.
- Ну, надо же, - взволнованно всплескивает она руками. – Именно для этого я и пошла учить социальную работу 27 лет назад! Мы способны открыть в людях их лучшие качества! Кстати, я понимаю, что у тебя есть еще неделя, но мне ужасно интересно узнать, куда вы пойдете в следующий раз?
Когда я сообщаю ей о своей идее по поводу следующего приключения, Голди на секунду теряет дар речи, а потом заявляет, что мне надо поставить пять баллов не только за оригинальность, но и за дерзость.
Проанализировав первое собрание, начавшееся с воровства, и закончившееся дракой, я подумала, что неплохо было бы организовать какое-нибудь облагораживающее культурное мероприятие. Идею мне подала Ариэлла, большой спец по всему, что касается культуры. Когда она предложила организовать поход в оперу, я сначала рассмеялась ей в лицо. Ари, разумеется, вспылила и сказала, что если в моем понимании культурное времяпрепровождение – это поход на дискотеку, мне самой не помешает немного окультуриться, прежде чем делать это с другими. В конце концов я решила, что в этом что-то есть. Тем более, что ничего получше я не придумала. Местные музеи, если честно, скучноваты, а что-то подсказывает мне, что на билеты в Лувр Упыриха вряд ли раскошелится. К тому же Ариэлла сказала, что в опере как раз дают Аиду, и даже вкратце рассказала мне о чем идет там речь. Оказалось, довольно романтичная история, нечто вроде Титаника. Ариэлла, как постоянный посетитель, может обеспечить нам билеты со скидкой, так что я не дам Упырихе повод лишний раз упрекнуть меня в расточительности.

На следующий день у меня по расписанию – вторая встреча с Гаем. Несмотря на то, что обычно перед утренним подъемом с кровати, мое нормальное настроение можно охарактеризовать, как “препротивное”, по неизвестной мне причине я нахожу в себе силы не только вовремя встать, но и приготовить нормальный завтрак для себя, Жени и Арика и даже сделать макияж. Наверное, магнитная буря, не иначе. Обычно такую роскошь позволяю себе только по пятницам и выходным, потому что по будням времени хватает только на то, чтобы впрыгнуть в джинсы и, сломя голову, нестись к автобусу. Если честно, я бы вряд ли успевала на него, но водитель обычно на минуту дольше задерживается возле моей остановки, пользуясь тем, что полусонные пассажиры этого не замечают. Мы стали хорошими знакомыми после того, как однажды я оказалась рядом, когда у него случился приступ паники: ему показалось, что один из пассажиров смахивает на террориста. Правда, это уже другая история.
На работу, о чудо, прихожу на пятнадцать минут раньше обычного и не спеша двигаюсь к кабинету, предвкушая утреннее чаепитие в тишине и покое, до того, как подтянутся первые посетители и контора превратится в сумасшедший дом. Как и следовало ожидать, в офисе в этот ранний час находится только Ассексуальный маньяк, и, если честно, помятуя, что ему прихдится проводить ночь в обществе нарисованных лошадок, меня это не удивляет. По правде говоря, после той кошмарной ночи, мы, не сговариваясь, ведем себя так, будто друг друга не существует в природе. Глупо, конечно, зато удобно.
Проходя по коридору, вижу перед дверями моего кабинета еще одного одинокого человека. Это Гай, и, судя по всему, дожидается он уже давно. Признаться, я здорово удивлена. Обычно мужчины вроде него предпочитают опаздывать ( всеми правдами и неправдами ), а еще лучше, не приходить вообще. Интересно, что бы это значило?
У социальных работников много общего с Шерлоком Холмсом. Мы верим, что ничто в мире не происходит просто так. Если человек пришел раньше, значит его подсознание подает нам знак, надо только суметь его растолковать.
Думаю, не улизнуть ли на кухню и попытаться обдумать этот вопрос над чашкой кофе, но Гай уже заметил меня и поднимается с кресла.
- Здравствуйте, я знаю, что пришел раньше, чем надо? (А если знаешь, то зачем пришел?)
- Ничего страшного, я рада вас видеть. Надеюсь, ничего не случилось?
- Нет, нет, все в порядке. Просто не хотелось тратить время на сновидения, если уж появилась возможность заняться чем-то по-настоящему важным.
Я навостряю уши. Он что, издевается? Но голос звучит без тени насмешки.
И Ари с Микки в любом случае еще не пришли, делать мне особенно нечего, а значит, ничто не мешает мне принять Гая на десять минут раньше.
- Мы действительно стараемся соблюдать временные рамки, но для вас я, так и быть, сделаю исключение – в награду за то, что вы пока никого не побили.
…После встречи чувствую себя по-дурацки. Мы проговорили целый час, но не приблизились к цели ни на сантиметр. Я снова честно пыталась выяснить подробности избиения и снова услышала историю о разнесчастной драке в средней школе. Пыталась поймать его врасплох – расспрашивать об отношениях с бывшей невестой, о том, часто ли он раздражается… на все вопросы получила исчерпывающие и ясные ответы. Никакого увиливания, молчания, отшучивания – ничего, за что можно было бы зацепиться. Может, у него потеря памяти – или еще круче, раздвоение личности? Одна половина ходит на работу, ездит в командировки, встречается с друзьями, а другая в это время насилует, бьет и убивает? А если серьезно, что я напишу, когда придет время давать заключение для полиции? Полная нормальность, ярко выраженное чувство юмора, характер спокойный, обаятельный, на фоне легкой усталости от высокооплачеваемой, интеллектуальной работы? Ха-ха. То, что он спокойный, это еще слабо сказано. Любой другой на его месте от всех этих вопросов давно бы вышел из себя, а он только сказал, что понимает их важность и рассказал все. Где работает (что-то жутко умное, связанное с американцами), что делает в свободное время (его почти нет), об отношениях с этой самой невестой. Оказывется, она “потрясающе красива, сексуальна и знает себе цену”. Когда он произносит эту фразу, профессионал, в роли которого я выступаю сейчс, продолжает спокойно сидеть и понимающе кивать головой, но женщина, на время упрятанная куда-то далеко, недовольно начинает шевелиться где-то в районе живота. Не слишком приятно, когда в твоем присутствии поют такие диферамбы другой. Мне, например, таких комплиментов не делали уже… давно. Но затем Гай упоминает нечто такое, от чего я мгновенно настораживаюсь. Оказывается, драка с полицией произошла (или не произошла?), через несколько дней после того, как он сообщил Шелли, что собирается отменить свадьбу.
- Отменить? – ошеломленно спрашиваю я.
Вот эту часть своей профессии я люблю больше всего. От людей часто приходится слышать такие пикантные истории, просто готовые киносценарии.
- Не может быть!... То есть… Что заставило вас это сделать?
Похоже, это первый раз, когда Гай замялся.
- Мне было нелегко решиться на это, просто… Понимаете, сделать Шелли предложение мне казалось самым разумеющимся. Красота, ум, обаяние, положение в обществе… Море поклонников, из которых она выбрала именно меня. Многие друзья по-настоящему завидовали мне. И… только надев ей на палец обручальное кольцо, я понял, что этого мало, чтобы прожить с нею всю оставшуюся жизнь.
При этом в его темных глазах мелькает нечто, похожее на сожаление.
- Вы меня понимаете?
- Конечно, - я с самым серьзным видом киваю головой, - я вас понимаю. На самом деле понимаю я только одна. Возможно, настоящая жертва действительно не Шелли, а Гай?
- Скажите, а вы не думали, что это… была месть с ее стороны?

Я сразу же разозлилась на себя за этот вопрос. Не стоит делать выводы раньше времени, и делать из мужчины жертву, когда каждому ясно, что эта привилегия испокон веков принадлежит нам, женщинам!
- Это приходило мне в голову, но насколько я знаю Шелли, она неспособна на такую низость.
(Вот именно, насколько ты ее знаешь?)
Выходя из кабинета, Гай чуть не сталкивается с Микки.
- Что это за чудо в галстуке? – округляет она глаза, провожая его взглядом.
- Тише ты! Это мой новый клиент.
- Везет же некоторым! А моим клиентам в голову не придет даже помыться, не то что галстук надеть. Вот что значит уметь подлизываться к начальству!
АННА БИЗЕН, Израиль.