ГЛАВА ВТОРАЯ
- Итак, Фердинанд, если я правильно поняла, вы считаете,что ваша мать замышляет вас убить, чтобы освободить лишнюю жилплощадь?
Пытаюсь подавить зевок и украдкой смотрю на часы. Прошло только семнадцать минут? Невероятно. Значит, осталось еще сорок три. А я уже умираю от скуки.
- Фердинанд, но вы сами начали рассказывать мне про своих родителей. К тому же мы уже говорили, что я не смогу разобраться в вашей проблеме, если не узнаю, в чем она заключается. Понимаете?
Фердинанд, или попросту Фреди – один из моих «любимых» посетителей. Его визит я жду с тайным страхом и надеждой. Надеждой, что сегодня он решит проспать или прогулять нашу встречу, и я смогу заняться чем-нибудь более полезным и интересным. Страхом – если он не придет, возможно, это означает, что с ним что-то случилось: бедняга лежит в больнице, одинокий и несчастный, а все потому, что я вовремя не пришла к нему на помощь. Но Фреди, которого я уважительно именую полным именем Фердинанд, обо всех моих метаниях знать не знает. В свобдное время (которого у него 24 часа в сутки), он иногда забегает «поболтать» со мной. На все намеки о том, что в сорок лет неплохо было бы наконец-то слезть с шеи родителей и начать самому зарабатывать на жизнь, он ужасно обижается, жалуется на мою черствость, и грозится, что отныне ноги у нас его не будет. Этот вариант меня не устраивает, ни один социальный работник не может существовать без клиентуры. И если совсем честно – мне действительно жутко любопытно узнать, какие такие тайны скрываются в его прошлом. Фреди это прекрасно понимает, и поэтому его главная задача – это прошлое от меня по возможности скрывать. Сенсационные факты он выдает строго дозированными порциями, дабы сохранить ореол таинственности, а заодно довести меня до белого каления. Надо признать, что это ему удается на все сто.
- Фердинанд, мы же договорились, что будем обращаться друг к другу только на «вы». Во-вторых, в нашем обществе все обязаны самостоятельно зарабатывать на жизнь, если не хотят спать на помойках или быть убитыми родителями, которым надоело нас содержать. Каков же ваш выбор?
- Я понимаю… И я очень хотел бы работать… Я хотел бы работать с детьми, ведь они такие милые, такие веселые… Я вырастил своих племянников, они были моим светом в окошке, но теперь… они подросли и знать меня не знают. Лицо у него становится такое несчастное, что, мне кажется, еще секунда – и он заплачет.

О Боже! Я – жуткое эгоистичное существо, никчемный винтик в бездушной государственной машине…

- Э-э, Фердинанд, пожалуйста, успокойтесь, не убивайтесь так! Все будет хорошо! Вот увидите! Мы обязательно что-нибудь придумаем!
Не верю, что эти слова вырвались у меня! Он снова победил! Вместо того, чтобы, как и подобает настоящему специалисту, уверенно отразить его выпад, а потому изящно ободрить, я распустила нюни! Почему, как только начинаешь понемногу чувствовать себя профессионалом, одно неосторожное слово и … бум! Снова оказываешься отброшенной к стартовой линии и начинаешь взбираться на эту гору с самого начала.
В расстроенных чувствах выхожу из кабинета и отправляюсь к начальнице на ежедневный «разбор полетов». В течении часа мы обсуждаем моих подопечных и разрабатываем стратегию дальнейшего психологического вмешательства в их жизнь.
Наверное, я – одна из немногих людей в мире, которые обожают свих начальников. Испытала шок, когда узнала, что этой красивой, высокой женщине с мальчишеской стрижкой и фигурой фотомодели, уже сорок пять! Голди прямо-таки пронизана оптимизмом и любовью. Она любит своих детей, своего мужа, свою работу, и (даже слишком), психоанализ. Общаться с ней почти всегда легко и приятно.
У самой двери сталкиваюсь с Леонардо, и это, в свете сегодняшнего сновидения, еще больше поднимает мне настроение. Сегодня он выглядит как никогда здорово: блестящие темно-русые волосы, в которых солнце проделало светлые прядки, спадают чуть ниже подбородка, загорелые, сильные руки со слегка выступающими венами, на плече сквозь белую футболку призывно просвечивает татуировка, а еще на нем эти моднючие, небрежно потертые «Дизели». А если этого мало, его рдной язык – испанский – самый романтический язык мира!
- О-ла, Ади!
- О-ла! – с восторгом откликаюсь я, пытаясь за пару секунд перевоплотиться в Наталью Орейро.
- Komo estas?
- Бьен, грациас.
На этом мои познания в испанском исчерпываются (пока), но со следующей зарплаты твердо решила начать брать уроки. Отворачиваюсь от Лео, берусь за ручку двери и… чья-то рука нежно, едва касаясь, скользит по моей талии. Замираю, уставившись невидимым взглядом в побеленную фанеру, не находя сил пошевелиться. После рабочего дня, в самом прозаическом месте на земле, со мной заигрывает мужчина моей мечты! А я-то была уверена, что думать о таких легкомысленных вещах в разгар рабочего дня могу только я. Вспоминаю, что надо дышать, делаю маленький выдох, и захожу в кабинет Голди, кусая губы, чтобы не дать глупой улыбке расползстись по физиономии.
- Привет, Ади! Должна сказать, ты сегодня выглядишь просто окрыленной.

Вот так всегда, ничего от нее не скроешь,

- Присаживайся, нам нужно многое успеть.
- Спасибо. Послушно придвигаю стул и беру предложенную мне печенюшку.
- С кого начнем?
- Пожалуй, с Фердинанда.
- Без проблем. Итак, есть прогресс с прошлой встречи?
- Похоже, незначительная регрессия в эмоционально-поведенческой сфере ( перевод с профессионального на человеческий – парень пытался вывести меня из себя, и это ему удалось ).
- Плохо, - вздыхает Голди. У тебя есть догадки относительно причин?
- По-моему, он снова проецирует подсознательную агрессию на меня, вследствие подавления отрицательных эмоций.
Голди скорбно качает головой. – И каковы были твои ответные действия?
- Раскрытие больной темы и ответная проекция.
- Да, проекция никогда не повредит. А как насчет конфронтации?
- На данном этапе? Я думала об этом, но мне показалось, что еще слишком рано. В конце-концов мы приходим к соглашению: профессионально намекать клиенту, что у него не все в порядке с головой, еще не время, придется молчаливо терпеть его выходки.
- Кстати, - на прощание напутствует меня Голди, - не забудь о предстоящем еженедельном совещании. Подумай над идеей общественного проекта на следующее полугодие.
При этих словах на сердце у меня слегка тяжелеет. Ненавижу общественные проекты. Вспоминаю, как в младших классах школы, мы рыскали в поисках старушек, которых требуется перевести через дорогу. Все идеи приходится высасывать из пальца, потому что мэрия ни за что не даст денег на что-нибудь стоящее.
Всю неделю я пыталась придумать что-то интересное, но ничего особенного в голову пока не пришло. Может, покурить травки? Говорят, здорово усиливает творческие способности. Так, быстро прекратила думать об этом! Ты же социальный работник! Хотя, если честно, сейчас меня интересуют вопросы поважнее, чем какие-то проекты, поскольку до сих пор чувствую на пояснице огненный след, оставленный рукой Леонардо. В связи с этим возникает два вопроса:
1. Что делать теперь?
2. А делать ли что-нибудь?
Может в Латинской Америке таким образом принято проявлять дружеские чувства, все равно как у африканских племен – тереться носами вместо поцелуя? Ну, нет, Лео достаточно знаком с нашей культурой, чтобы понимать, что означают такие действия! А значит, совсем скоро мне предстоит стать обладательницей настоящего латиноамериканского бойфренда! Теплыми южными ночами мы будем до потери сознания накачиваться «маргаритами», и он научит меня танцевать сальсу, а потом отправимся в путешествие по Испании, и мне больше не придется говорить по английски с людьми, которые его не понимают!
Вдруг в мои приятные мысли врывается пиликание сотового. Номер закрытый. Ненавижу закрытые номера, в наш век всеобщей подозрительности они не вызывают ничего, кроме параноидальных страхов. Хотя, может, не стоит сразу настраиваться на плохое? Вдруг мне звонят сообщить, что я выиграла бесплатную путевку в Испанию?
- Ади?
Незнакомый мужской голос… Надо поинтересоваться у моей чокнутой сестренки Гили: не прихдило ли ей в голову снова засунуть мой номер в службу гомосексуальных знакомств. Тогда звонившие здорово возбуждались, потому что были уверены, что я – леди-бой, заговоривший женским голосом после операции на связках, и ни в какую не хотели верить, что я – всего лишь заурядное существо женского пола. Вообще-то они очень обижались, думали, что таким образом я просто хочу их отшить, потому что они не в моем вкусе, и мне приходилось их успокаивать… В общем, после очередного такого звонка на этот же сайт отправился телефон самой Гили, и с тех пор она со мной не разговаривает. Ой, а вдруг это обиженный клиент, решивший мне отомстить? По количеству нажитых врагов социальные работники запросто могут потягаться с американским президентом.
Хотя, кажется, этот голос мне знаком… Точно. Мой бывший бойфренд! Так я и знала, очередной приступ патологической страсти, если учесть, что расстались мы больше года назад! Не-е-ет! Ну не могу я сейчас никого утешать и рыться в чужих психлогичексих проблемах! Оставьте меня в покое! Мой рабочий день только что закончился! Может, удастся отшить его по-быстрому?
- Привет!
Придаю голосу стобальную степень по шкале сердечности.
- Ты меня узнала?
- Разве я не могу узнать свего котика?
- Ну, конечно!
По голосу слышу, он явно доволен. Черт, наверное, не следовало упоминать про котика.
- Просто хотел узнать, как твои дела?
- О, спасибо, все нормально! А как твои?
- Неплохо. Знаешь, мне кажется, я, наконец, встретил девушку своей мечты.
- Правда? Я так за тебя рада! Всегда была уверена, что это просто вопрос времени!
Я действительно рада за Котика, просто… ну, ладно, если честно, не ожидала, что после двух лет обожания, меня забудут так быстро. И, вообще, всегда считала, что девушка его мечты – я.
- И кто счастливица?
- Ее зовут Ади.
- ???
- Кстати, меня еще никто не называл котиком. Это я, Лео.
Нет. Нет!!
- А, Леонардо! – слышу чей-то елейный голосок, и с ужасом понимиаю, что он принадлежит мне. – Как поживаешь? В шоке, вместо того, чтобы быстро заткнуться, начинаю бодренько тараторить: кстати, мне очень понравилось, что твоя рука… то есть… твои руки… Э-э-э они такие загорелые… Я чувствую, что от стыда и ужаса начинают гореть кончики ушей.
- Я… рад.
Такого поворота беседы он явно не ожидал.
- Кстати, если уж ты упомянула о загаре… как насчет того, чтобы завтра вечером пойти на море?
Вот так. Кажется, я наконец-то вывела формулу успеха: кошмарная недогадливость + ужасный треп = свидание с мужчиной моей мечты.

АННА БИЗЕН, ИЗРАИЛЬ