ИЗ ПИСЬМА ЧИТАТЕЛЯ:

Пересылаю вам свой иронический роман “Фрейд с апельсиновым соком”. Почту за честь увидеть его на страницах вашего блога “Творчество читателей”, который читаю с большим удовольствием.
С уважением,
АННА БИЗЕН, 25 лет, социальный работник, Израиль.

ОТ РЕДАКЦИИ:
Спасибо, Анна!
Роман печатаем с некоторым сокращением.
Предупреждаем автора, что все публикации нашего Блога не оплачиваются. Он существует на общественных началах.
Успехов вам всяческих и крепкого здоровья!





ФРЕЙД С АПЕЛЬСИНОВЫМ СОКОМ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Врагу не пожелаю возвращаться с работы в двенадцатом часу ночи. В это время все нормальные люди уходят: кто на вечеринку, кто на танцы, кто на свидание. В общем, куда угодно, только не в темную квартиру, сознавая, что до начала рабочего дня осталось меньше семи часов.
С такими мыслями плетусь по скрипящей деревянной лестнице на свой третий этаж. Осторожно вставляю ключ в замочную скважину, аккуратно щелкаю замком, проскакиваю в дверь, молниеносным рывком закрываю ее и оказываюсь в кромешной тьме. Судорожно шарю по стене в поисках выключателя, пытаясь заставить не дрожать коленки. Я знаю, что бояться темноты в двадцать шесть лет не совсем нормально, но абсолютная нормальность – всего лишь посредственность, как любил говорить мой учитель по психопатологии. А быть посредственностью мне совсем не улыбается.
Ф-у-у, вот и он. Щелк! Щелк! Не меньше минуты издеваюсь над выключателем, не желая осознать простую истину – лампочка перегорела. Еще пару минут трачу на раздумья, не попросить ли моральной поддержки у соседей, прикинувшись технической дебилкой, понятия не имеющей, как вкрутить лампочку. Правда, не уверена, что смогу докричаться до этих милых хиппи, которые сейчас наверняка путешествуют по стране грез. Придется действовать в одиночку. Поглубже вздохнув, я мужественно продвигаюсь к салону, цепляясь за стены и стараясь не вспоминать особо кошмарные сцены из просмтренного накануне триллера. Так, теперь быстренько к стенному шкафу за свечой. Главное – не заглядывать под диван. Самое ужасное, что может под ним скрываться – огромный крылатый таракан. И этот протяжный вздох – всего лишь завывание ветра в окнах или первый признак шизофрении. Вообще-то мое душевное здоровье подтверждает справка, которую нужно предъявить для поступления на факультет социальной работы. Так что я совершенно точно знаю, что привидений не существует!
Во всяком случае в моей старой, уютненькой квартирке в самом центре богемного Тель-Авивского района Флорентин.
Но когда я делаю еще два шага вперед – с ужасом отпрыгиваю назад, потому что наступаю на что-то мягкое и большое!... Зажимаю обеими руками перекошенный рот и шарю взглядом по кромешной тьме на полу. Белое расплывчатое пятно начинает постепенно приобретать очертания… Этот предмет явно ни с чем не спутаешь – белые мужские семейные трусы в синюю полоску с голубыми цветочками. Даже странно, что я еще не забыла, как выглядит этот предмет туалета. Если честно, привидение в квартире удивило бы меня гораздо меньше. Заинтригованная, наконец, добираюсь до полки, на которой выставлена батарея ароматических свечей всех сортов и размеров, и зажигаю одну из них. Дрожащий свет открывает мне самую прекрасную картину, которую мне приходилось видеть со времен посещения Лувра. Оказывается у трусов есть продолжение – в меру накачанный, гибкий, загорелый мужской торс. У моих, затянутых в капрон ног, лежит спящий мужчина, прямо как в феминистской версии «Белоснежки». И, самое интересное, я его знаю. Это Леонардо – начинающий юрист, подрабатывающий в нашей конторе два раза в неделю. Любовь всей моей жизни последние полгода. Понятия не имею, почему он решил вздремнуть на полу моей квартиры, но меня это не интересует – я с благоговением взираю на божественное создание.
Вот только эти трусы… они достают почти до колен, и между нами говоря, это не очень-то современно. Ну и ладно. Пусть только проснется, я быстренько введу его в курс мужской моды…
Ой! Удар головой об окно автобуса возвращает меня в реальность. Как и следовало ожидать, заснул не Леонардо, а я. Вместо Спящего Красавца меня ждут не желающий работать Фердинанд и хулиган Пашка. Тяжелы и унылы будни социального работника… Хорошо, хоть не проехала нужную остановку.
…Наша контора – небольшое одноэтажное строение с толстыми синими решетками на окнах. В нем нет никакой романтики, ни внутри, ни снаружи. Здесь обитают социальные работники, одним из которых два года назад стала и я. Местные «рыцари» приходят к нам, когда устают в одиночку сражаться со своими «драконами»: несложившейся семейной жизнью, непослушными детьми, нищетой. А мы считаемся чем-то вроде волшебников, которым известны средства от любых напастей: напиши письмо в отдел социального обеспечения и получи меч-кладенец, возьми пару сеансов психотерапии и превратись из лягушки в царевну.
На самом деле, мы, конечно, не волшебники, а скорее – современная версия монашеского ордена. Подразумевается, что мы не пьем, не курим, и (вот ужас!) никогда не занимаемся сексом (хотя, подозреваю, любая монашка грохнется в обморок, если ей объяснить кое-что об оральных и анальных комплексах). Еще мы, как и все, уверены, что работаем слишком много, а получаем слишком мало, обожаем четверг и ненавидим воскресенье.
Но что, действительно, обидно, в отличии от многих других, мы не имеем морального права появляться на работе в юбке выше колена, носить вызывающе высокие каблуки, выставлять напоказ татуировки и пирсинг, а также завязывать гетеросексуальные романы. Первое запрещено по этическим соображениям, второе невозможно ввиду катастрофической нехватки коллег мужского пола.
Впрочем, тайное оружие социальных работников действительно существует. Подозреваю, что если бы о нем прознала мировая общественность, на рынке труда разразился бы кризис, потому что все женщины спешно бы ринулись менять профориентацию. Дело в том, что кроме профессиональных навыков, мы в совершенстве владеем искусством Поимки Хороших Мужчин. Из уст настоящего социального работника вы никогда не услышите унизительное хныканье на тему «настоящих мужиков не осталось». Может, и правда не осталось, потому что все, кто попадает под это определение, давно и счастливо живут под нашим крылышком. Годы изучения сексологии, психологии и прочей «логии» не проходят даром. Мы за версту чуем бабников, неудачников и недоумков всех мастей. Стоянка вокруг нашего видавшего виды домика под завязку набита новенькими «Маздами», «Тайотами» и «Хондами», приобретенными не без помощи любящих супругов. Кнечно, и в нашей среде бывают разводы – в основном у тех, кто прогулял слишком много лекций, но и они больше похожи на расставание двух хороших друзей. Никаких воплей про мерзавцев и загубленную жизнь. Ни за что не признаюсь об этом вслух, но в глубине души я надеюсь, что когда-нибудь кусочек этого мещанского счастья перепадет и мне.
Что в нашей конторе происходит очередное ЧП, я узнаю, еще не переступив порог. Хриплый мужской голос фальшиво распевает на всю улицу: «…Это есть наш последний и решительный бой…» Добро пожаловать в театр абсурда.
Переступив порог, спотыкаюсь о чьи-то тонкие смуглые ноги в огромных новеньких «Адидасах». Их обладатель разлегся на полу, перегородив своим нескладным телом узкий коридорчик между кабинетами. Знакомьтесь, это Шуки – один из завсегдатаев нашего заведения. Пару месяцев назад, после очередной бурной ссоры, супруга с помощью полиции выставила его за дверь, и, к ее чести, пока отказывается впустить обратно. Теперь раз-два в неделю Шуки приходит к нам, пытаясь заручиться нашей поддержкой. Переговоры зашли в тупик, когда оказалось, что Шуки не в состоянии уяснить, почему ему не разрешается время от времени лупить жену, даже если она «последняя стерва». Сейчас он в знак протеста разлегся в коридоре и пытается бить на жалость, но попадает, в основном, по нервам. Зои, его социальный работник, пользуется моментом и пытается наставить Шуки на путь истинный, сидя возле него на табуретке.
- Привет, цветочек! – пение обрывается на середине куплета.
- Привет, Шуки, - перешагиваю я через него.
АННА БИЗЕН, Израиль.