Валерию Тарасову

А с тобой не русские мы что ли?!
Я представить не могу на миг,
Чтоб мой друг сказал, коня пришпорив:
"Боливар не выдержит двоих".

А с тобой не русские мы что ли?!
Дорог нам с тобою или нет,
Фимиам от дружеских застолий
До научных взлетов и побед?!



ж ж ж
Я заглянул к тебе "на огонек",
Мой старый двор, что на Речном вокзале,
А здесь меня похоже, что не ждали,
И двери все закрыли на замок.

Ровесники разъехались уже,
И незнакомый дврник подметает
Твой тротуар. В осеннем неглиже
Лишь старый дуб о чем-то размышляет.



ж ж ж
Ни дня из прожитых с тобою не отдам,
Я день с тобой на сто не разменяю,
Тебя узнаю, хочешь, по шагам?
А хочешь, по дыханию узнаю?



ж ж ж
А власть, на то она и власть,
Чтоб жить себе любимой всласть,
Как хряк, жирующий под дубом,
Не зная желуди откуда.

И как на кучу из навоза,
Взирать из окон "членовоза",
На свой измученый народ.
Который все еще живет.



ж ж ж
Знать такая моя стезя,
Быть душою, чем лет моложе,
Ветку нежной мимозы я,
Подарю случайной прохожей.

Поцелуем введу в румянец
Неприступных и чопорных дам,
И девченку на медленный танец
Приглашу я на зависть друзьям.

Пронесется весна и лето
Расцветет как желанный цветок,
И не будут тревожить поэты
Вас безумием мартовских строк.



ж ж ж
"Куда мне до нее, она была в Париже?!
И сам Марсель Марсо ей что-то говорил"
Владимир Высоцкий
И. Е.
Ужели я погиб от чар ее, ужели?
Но видеть и молчать мне не хватает сил.
Куда мне до нее, она живет в Брюсселе,
И даже сам Заде ей что-то говорил.

Ей Лондон и Париж, мне Ржев и Конаково,
Лазурный берег ей, мне Геленджик и Крым,
Куда мне до нее, я повторяю снова,
Ведь чувств внезапных пыл рассется как дым.

Ужели я погиб от чар прекрасной дамы,
И в безрассудстве чувств сам черт не разберет,
Куда мне до нее, ей завтра на Багамы,
А у меня на днях в Кувшиново зачет.



ж ж ж
Да разве мужчинам у нас до сна?!
Им так завидует пол России!
В Москве Тверская только одна,
А в нашем городе - все тверские.




ОКОЛИЦА
Чтоб душа гуляла вольницей,
Раскалившись добела,
Приюти меня, "Околица",
Хоть за краешком стола.

Перетри тоску мне мельницей,
Свет немного притуши,
Я стихи смазливым грешницам
Прочитаю от души.

Под "цыганочку" да с выходом,
Дай мне молодость вернуть,
И под платье то, что с вырезом,
Краем глаза заглянуть.

Распахни широко горницу,
И спали хандру дотла,
Приюти меня "Околоица",
Хоть за краешком стола.



ж ж ж
Пусть скромнее жили мы, чем ныне,
Только были душами добрей,
И в России не было в помине,
Столько проституток и бомжей.

Не богато жили, только но,
Сберегая душу от мамоны,
Мы стихами заполняли стадионы
Те, что стали рынками давно.

Не богато жили, не богато,
Только верно - бедность не порок,
Если были нам дороже злата
И Есенин, и Ахматова, и Блок.



ж ж ж
Вы, компьютерные гении,
Странники виртуальных миров,
Верните нам поколение
Бессребреников отцов.

Бескомплексные прагматики,
Узники эСэМэС,
Верните нам время романтиков,
Лириков и повес.

В плену "караок" и "нокий",
Вы - дети иных судеб,
Но чахнут в "эмейлах" строки,
Как позавчерашний хлеб.



ж ж ж
Испив церковного вина,
Вкусив добра и зла без меры,
Я наконец-то осознал,
Что жизнь - спектакль одной премьеры.

С благословения Христа
Играю роль свою без грима,
То с бесшабашностью шута,
То с покаяньем пилигрима.

И вновь, испытывая боль,
Смирившись с участью вассала,
Играю я покорно роль
Ту, что мне жизнь предначертала.

Ее, судьбе наперекор,
Не изменить как лик и Веру,
Ведь несговорчив режиссер,
А жизнь - спектакль одной премьеры.