До года я спала в оцинкованной ванне. Для того, чтобы я не могли запеленговать родителей, на ночь они меня накрывали чайной фольгой. Я не мешала папе во сне достраивать дом, а маме делать сына. У неё было самообслуживание.
Однажды папа вез меня на санках и потерял. Я стала искать себя в самолете, в поезде, в расписании, в телефонной книге. Мне встречались другие, а мимо себя я проходила.
Но мама не разрешила отклониться от тура счастливое детство, и купила мне кирзовые сапоги и постригла на лысо.
С тех пор я хожу кованными сапогами по нервам других, и с маршрута не сбиваюсь. У них немеет душа, как будто они её отлежали. А по их спинам я вижу, как бегают мурашки.